Мой темный принц - Шэн Л. Дж. - Страница 9

– Что, прости?

Иногда, но нечасто, моя маска спадала. Порой я был не веселым бабником Оливером фон Бисмарком: миллиардером, плейбоем, раздолбаем мирового уровня.

Порой я позволял себе просто быть… собой.

– Я уже поняла, что ты не такой сумасбродный и испорченный, как все думают. – Фрэнки повернулась ко мне лицом. – Ты просто притворяешься. Хочешь, чтобы все были о тебе худшего мнения. Ты правда хочешь, чтобы к тебе испытывали неприязнь. Никогда не видела ничего подобного. Зачем?

Конечно, у меня был ответ. Но я никогда ни с кем им не делился. Даже с Ромео и Заком, моими лучшими друзьями. Она не поймет. Никто не поймет.

Правда в том, что я не заслуживал ничьей любви, жалости или сочувствия. Я заслуживал ненависти. А поскольку я не мог объяснить окружающим, почему они должны меня ненавидеть, то добивался этого иными средствами.

Я заехал задним ходом на свое парковочное место и, заглушив двигатель, бросил на Фрэнклин непонимающий взгляд.

– Понятия не имею, о чем ты, Фрэнки. А теперь выметайся. Я опаздываю на игру в гольф.

Глава 6

Глава 7

На первых порах меня принимали в качестве фактического генерального директора «Гранд Риджент» довольно прохладно.

Я получил два высших образования в университетах Лиги плюща, ученую степень в Кембридже и защитил диссертацию на тему массового маркетинга, удостоенную награды. А еще у меня были шашни с женой губернатора, два скандала в конгрессе и репутация, которая довела бы до слез даже коррумпированного политика.

Не моя вина, что больше никто не считал эти достижения в равной степени впечатляющими.

В конечном счете я заслужил уважение сотрудников упорным трудом, рекордным уровнем удовлетворения запросов постояльцев и такими высокими годовыми доходами, что мне выделили средства на три дополнительные премии сотрудникам.

Иногда для достижения такого успеха приходилось жертвовать голосовыми связками. Как сегодня.

Спустя два часа и скандал со старшим руководящим персоналом я вышел из конференц-зала на двадцатом этаже «Гранд Риджент» и направился к лифтам.

За мной пошел только Элайджа.

Остальные задержались, прекрасно зная, что я начну распекать их из-за посредственных KPI, если посмеют оскорбить меня своим присутствием.

Элай забрал у меня ноутбук и дал вместо него телефон.

– У тебя с десяток непрочитанных сообщений от соседского дозора, пропущенный звонок из офиса в Германии и куча неприоритетных писем, которые я переслал на свой ящик.

– Слетай в Техас и проверь, как идет реконструкция. Мы не допустим очередного происшествия с пылью, как в Париже.

За пределами местного филиала Элай выступал моим публичным представителем на протяжении почти всей моей работы в «Гранд Риджент». Официально он занимал должность исполнительного директора. А неофициально – отец нанял его в качестве моего помощника, чтобы тот, образно выражаясь, был моим лицом.

Никто, кроме руководства в столичном округе и членов правления, не знал, что я, по сути, занял место своего отца.

– Принято. – Он ударил по кнопке лифта, почесывая затылок. – А еще у нас инцидент в Западном крыле.

Телефон возвестил о входящем сообщении, прервав наш разговор. Я достал его из кармана и хмуро посмотрел на экран.

К слову, мне жутко претило, что Фрэнки – зумерша, которая не желала писать слова с большой буквы на том основании, что в своей извращенной картине мира она воспринимала это как чрезмерные усилия.

Я зажал переносицу пальцами и шумно выдохнул. «Гранд Риджент» заключили контракт со студией, который предусматривал полную конфиденциальность и защиту от постояльцев и посторонних лиц.

Должность была настолько нелепая, что я не мог напечатать ее название с невозмутимым выражением лица.

Глава 8

В конце концов, я усмирил своего внутреннего мудака и поднялся на сорок шестой этаж, чтобы забрать маленькую мисс Катастрофу. Сегодня я не испытывал ни капли терпимости. Но увы и ах, моя самая неприятная черта характера подняла свою уродливую голову – надоедливая, раздражающая склонность выступать нянькой во всех отношениях, в которые я невольно ввязался.