Исцеление по-драконьи - Счастная Елена - Страница 2

Прогоняет – и пусть.

Моего образования хватит, чтобы найти работу – я потратила почти четыре года не зря. Училась, читала книги по лекарскому делу, отец даже приглашал преподавателей, когда его раздражение чуть-чуть ослабевало. Можно начать с малого – устроиться в больницу сестрой. А там… там будет видно.

Главное сейчас – найти моего сына.

– Ты может поехать к тётке Амелии Фростборн, – бросил мне в спину Торбин. – Ей всё равно скучно жить одной после смерти дяди. Она тебя приютит.

Значит, совесть у него всё-таки есть. Только мне до этого уже нет никакого дела.

– Я подумаю.

Я не собиралась к тётке, хоть и понимала, что она действительно может взять меня на поруки. Для начала я собиралась нанести визит бывшему камердинеру отца. Теперь он, возможно, захочет со мной поговорить, ведь никто больше не может велеть ему молчать.

Я спокойно собрала вещи – сама, потому что предательницу-камеристку выгнала ещё в тот день, как отец узнал о моей беременности. А другую нанять не попросила, хоть он и настаивал. Ему нужно было, чтобы кто-то за мной следил даже тогда, когда он не видит.

Я же предпочла остаться одна.

Брать с собой много вещей не стала. Если понадобится, заберу их позже – когда обзаведусь жильём. Взяла только несколько смен нижних сорочек, запасную пару обуви и пару летних платьев – благо на улице тепло, и тяжёлая одежда ещё долго не будет нужна.

Некоторое время постояла у окна своей комнаты, созерцая привычный вид – кусочек улицы и сад внизу. Это я видела каждый день – одно и то же. И теперь наконец смогу посмотреть на что-то другое.

Насколько хватит моего энтузиазма, не известно, но пока была полна надежд. Это лишь заставляло поторопиться, чтобы скорее убраться из этого проклятого дома, ставшего моей тюрьмой.

– Вот! – Торбин спустился ко мне в прихожую и протянул весьма скромно тощий конверт. – Это всё, что я могу дать тебе на первое время. Сама понимаешь, нужно закрывать долги. А если я всё-таки соберусь жениться…

– Можешь не приглашать меня на свадьбу, – перебила я его. – А то вдруг я спугну твою невесту прямо у алтаря.

Я выдернула конверт из его руки и сунула в ридикюль. Пересчитаю по дороге, чтобы понять, насколько сильно придётся экономить. Брат поджал губы и вздохнул.

– Если бы сама не испортила себе жизнь, всё могло сложиться иначе…

Я даже не стала возражать, хоть много раз за время своего заточения повторяла, что не виновата. Что нужно искать того, кто это со мной сделал, и воздать интриганам сполна. Но Торбин с отцом решили взвалить всю вину на меня.

И однажды я окончательно поняла, что переубеждать их бесполезно.

– Прощай, – напоследок улыбнулась я брату.

– Лакей поймает тебе экипаж, – тот вышел за мной на крыльцо.

– Я сама, – махнула я рукой. – Пройдусь немного.

Не нужна мне его запоздалая забота. По сути он выставил меня на улицу – и теперь я сама по себе. Экипаж уже ничего не исправит.

Я пошла по улице в сторону центра. Чемодан ощутимо оттягивал руку, но сейчас мне было всё равно. Я вынула из сумочки записку с адресом, который нашла в кабинете отца, – там жил его камердинер. Это другой конец города, так что ловить повозку мне всё равно придётся. Но пока я хотела насладиться свободой – прогуляюсь пару кварталов.

Сначала мне было вполне легко. Но с каждым шагом мой чемодан становился всё тяжелее. Я даже посидела на скамейке в сквере, отдохнула и купила у лоточника булочку. Затем снова пошла – теперь уже к дороге, чтобы нанять экипаж.

Мой опыт городской жизни был практически нулевым. Раньше, в лучшие времена, я передвигалась в личной карете. Теперь же придётся приспосабливаться. Я немного понаблюдала за прохожими. Кто-то из них подходил к краю тротуара и поднимал руку, когда видел подходящий экипаж, который ехал мимо или стоял у обочины. Тогда повозка подъезжала – что ж, всё очень просто!

Собравшись с духом, я попробовала сделать так же. Взглядом выбрала неспешно катящий по улице экипаж – с виду свободный – и взмахнула рукой. Отлично!

И пары мгновений не прошло, как напротив меня остановилась новенькая крытая коляска – не та, на которую я нацелилась, но вполне подходящая. Совершенно без задней мысли я дёрнула дверцу и быстро забралась в прохладное полутёмное нутро.

Плюхнулась на кресло, поставила чемодан у ног и подняла взгляд.

– Ой…

Передо мной оказывается уже сидел пассажир! Мужчина – высокий, с широченными плечами, которые ровно так, как нужно, облегал прекрасный дорогой сюртук. Вполне себе респектабельный господин, вот только одна деталь помимо всего прочего перетягивала на себя внимание – его глаза были завязаны, а на коленях у него лежала длинная лакированная трость с элегантным набалдашником.

Похоже, он незрячий… Как жаль. Такой красивый – и такая неприятность…

– Простите, – пробормотала я. – Вы будете выходить?

Наверное, он просто прибыл, куда ему нужно, и сейчас освободит коляску.

– Я буду выходить, – согласился он, окутав меня приятным бархатистым тембром своего голоса. – Но только почему вы сюда сели?

– А это разве не городской экипаж? – заволновалась я и схватилась за ручку чемодана.

– К счастью, пока нет, – усмехнулся он.

Тут же дверца коляски открылась, и внутрь заглянул слегка ошарашенный мужчина в ливрее.

– Господин, простите! Она так быстро проскочила внутрь! – он перевёл взгляд на меня. – Леди, будьте добры выйти!

– Я просто перепутала!

– Ничего страшного, бывает, – мужчина поднял руку, останавливая назревающий конфликт. – Я не в курсе, но, похоже, дела в Эвенхарде неплохи, раз по городу разъезжают настолько хорошие экипажи, что их можно перепутать с личными, – он повернул голову к слуге. – Помоги девушке с багажом. И поймай ей другую коляску.

– Слушаюсь! – отрапортовал слуга и выхватил чемодан из моей руки, после чего помог мне спуститься обратно на тротуар.

Кажется, эпизод был исчерпан, но мне до сих пор было неловко. Пока лакей ловил для меня повозку, краем глаза я наблюдала за тем, как слепой господин выходит из своего экипажа – самостоятельно, не опираясь ни на чьи руки. Шёл он уверенно, лишь едва двигал тростью из стороны в сторону, выявляя возможные препятствия, а затем скрылся в здании. Я быстро прочитала вывеску: «Приёмный кабинет доктора Лейтерса». Похоже, этот загадочный мужчина не теряет надежды исцелиться!

– Леди, прошу! – окликнул меня слуга и взмахом руки указал на подъехавший к тротуару городской экипаж.

Теперь мне стало совершенно очевидно, что моя ошибка была настолько глупой, насколько это вообще возможно. Повозка с выбитым на дверце номером, потёртая, с заметно побитыми порогами даже близко не походила на новенькую полированную коляску, в которую я так проворно заскочила.

Поблагодарив лакея, который помог мне забраться внутрь, я назвала кучеру адрес, и, чуть скрипнув рессорами, экипаж покатил вдоль по улице.

Глава 2

Ехать пришлось долго. Несколько раз мы попали в заторы, во время которых я вдоволь наслушалась отборной кучерской брани. Но вот внешний вид домов сменился, стены стали темнее, а улочки – уже, мостовая здесь была не такой ровной, как в благополучном центре, и колёса то и дело попадали в выбоины.

В таких районах я не бывала даже когда могла свободно перемещаться по городу. А уж после заточения отцом дома – и подавно. И здесь, как оказалось, жил вард Морн – столько лет он служил в нашем доме, а я даже не знала!

– Приехали, леди! – крикнул кучер, когда мы остановились напротив крыльца одного из узеньких домов, тесно прижатых друг к другу вдоль всей улицы.

Я расплатилась с извозчиком и остановилась в нерешительности. Если бывший камердинер и сейчас не захочет со мной разговаривать? Показалось, после того, как Торбен прогнал его с ничтожным выходным пособием, он обозлился на всё наше семейство. Но надежда ещё оставалась.

Наконец собравшись с духом, я поднялась к двери и позвонила. Сердце почти не билось, пока я прислушивалась к звукам внутри – может, никого нет дома? Наконец раздались шаги, и дверь мне открыла опрятная женщина средних лет – похоже, супруга варта Морна. Кажется, я даже видела её несколько раз, она приходила к нему на работу, но только через чёрный ход.