Проклятый отбор, или Ведьме закон не писан! - Олешкевич Надежда "AlicKa" - Страница 12

Следовало всполошиться, но было настолько лениво и хорошо, что я сомкнула веки. Минута, вторая… Что?!

Выпрямилась, тем самым ударив сидевшего сзади мужчину макушкой. Осмотрелась, не обнаружила поблизости ни кареты Алеины, ни сопровождающих нас на отбор имперцев. Мы стояли возле открытых ворот в город, мимо проезжали груженные товарами телеги.

– Вы куда меня привезли? Где остальные? – возмущенно повернулась я к Тариану, потирающему подбородок.

– В городе, отдыхают.

– А мы почему здесь?

Он усмехнулся одними уголками губ, взялся за поводья и развернул коня, чтобы направить его в город. Мы тронулись с места.

– Я жду ответа!

– Какая смелая мышь, – наклонился к моему уху Тариан, и я дернула плечом, чтобы отделаться от мурашек, пробежавших вдоль позвоночника.

– Спасибо, дан. Любой девушке будет приятно, когда ее сравнивают с грызунами.

Ром фыркнул, подтверждая мои слова и явно желая добавить, что не только девушке, но и ежу. Вообще его следовало бы выгулять. Негоже малышу столько сидеть в сумке, хотя ему там явно уютно.

– Данира, придержите свой гнев, я не хотел вас обидеть. Прошу прощения, если эти слова задели вашу гордость, однако вы показались мне рассудительной для того, чтобы не обижаться на глупые мелочи.

– Когда это вам подобное показалось? – удивилась я, глянув на него через плечо.

– То есть станете отрицать, что рассудительная?

Поджала губы. Заставила себя отвернуться, до сих пор не понимая, в чем именно совершила ошибку. Я ведь трепетная лань, забитая и молчаливая… должна быть.

– Но не бойтесь, я никому не расскажу, – снова на ухо.

– Было бы что рассказывать, – не забыла изменить немного свой голос, сделав его еще тише. – Вы не ответили, почему мы стояли возле ворот. Простой вопрос, полагаю.

– Я решил подождать одного знакомого, чтобы переговорить с ним.

– Переговорили?

– Да.

– Так а почему мы находились возле ворот? Если вы переговорили, то в момент моего пробуждения мы должны были двигаться по улицам так же, как это делаем сейчас.

– Вы уверены, что вам нужен честный ответ, данира? Вы к нему не готовы.

– Уж позвольте мне самой решать! – едва не воскликнула, и меня вдруг пронзила догадка.

Не потому ли, что не хотел будить меня?! Не-е-ет, точно нет!

Я напряглась всем телом. Отодвинулась подальше от мужчины, его руку со своего живота убрала, запоздало о ней вспомнив, – уж очень приятное от нее исходило тепло, оно будто согревало не меня, а то, что некогда беспощадно было заморожено.

– Вы достаточно отдохнули, данира? – поинтересовался мужчина, снова проигнорировав вопрос, на который я уже опасалась услышать ответ.

– Да, спасибо.

– Перекусим?

– Давайте присоединимся к остальным, – предложила я, продолжая держать спину до невообразимого ровно.

– Нет.

– Что значит «нет»?

– То и значит, данира, что я не знаю, где они остановились. А потому мы сейчас выберем какую-нибудь хорошую таверну, поедим, а потом отправимся покупать вам другое платье. Это никуда не годится.

– Хм, вообще-то да, к императору в таком виде появляться нельзя.

Так и сделали. И пусть внутри все протестовало от подобного поведения имперца, тянуло напомнить самой себе, что именно он заморозил мой источник и забрал росток, из-за него все мои беды. Вот только я устала. Дорога вымотала. Ужасно хотелось есть. Между ног саднило от долгой езды, а потому противиться и показывать характер было с моей стороны глупо. Хотя именно так и следовало бы поступить. Настоять, чтобы отыскали других участниц отбора, присоединиться к ним. Именно так сделала бы благоразумная данира. Но я ведь ведьма! Да, пыталась учиться терпению и делать так, как правильно, но ведь это очень скучно…

Тариан выбрал столик под навесом. Пока делал заказ, я незаметно выпустила Рома и отправила его погулять, сказав, чтобы не убегал далеко, потому что мы здесь пробудем недолго. Он фыркнул, направился к сапогам имперца с явным намерением продолжить их пачкать, но я сменила траекторию его движения, преградив путь своей ногой.

Мои телодвижения заметил маг. Пришлось с невинным видом начать рассматривать цветы в кадках. Для надежности еще и подпереть голову кулачками. Правда, я заметила неподалеку двух девушек и вспомнила, что должна притворяться аристократкой, которой с детства прививали манеры поведения в обществе, а потому решила повторить за ними. Выпрямила спину, села ровно, приклеила на лицо улыбку, ноги под себя подтянула и руки положила на колени. Ужас! Это ведь очень неудобно!

Но ничего, скоро мои мучения закончатся. Я добьюсь своей цели, верну росток на прежнее место и выполню свой долг хранительницы. А месть Тариану… нужна ли мне она? Он сам себе жизнь испортит, когда проклятию даст ход. Вспомнить бы еще дословно, что я ему в порыве гнева наговорила, – явно что-то очень неприятное.

Принесли запеченную рыбу с салатом. Я с трудом сдержалась, чтобы не притронуться к еде сразу же. Уж очень есть хотелось. Скосила взгляд на аристократок, повторила их грациозные движения вилкой и ножом. Подумала, что таким маленьким кусочком, который отрезала, никогда не наемся.

– Зачем вам ехать на отбор, данира? Это загодя провальное для вас мероприятие, вы очень быстро потеряетесь в толпе.

Что там мне говорила настоящая Амелиса? Не есть, не разговаривать, не танцевать? Но как отказаться от сочной рыбы, как промолчать, когда один наглый маг снова пытается принизить мои достоинства? Хорошо хоть на танцы не звал! Ох, с радостью оттоптала бы ему ноги.

Но да, лучше молчать. Пропустить мимо ушей, стерпеть. Я благоразумная ведьма. Самая благоразумная из всех!

Прожевать, проглотить, отрезать еще кусочек.

– Тогда почему не отговорили свою кузину? – Язык мой – враг мой. Хоть ты прикуси его. Но тогда я не смогу в полной мере распробовать эту вкусную рыбу.

– Она должна там быть как представительница одного из родов Девятки. Ваши родители не вхожи в совет, а потому вам ничего не стоит отказаться.

– Спасибо, что донесли до меня свою мысль, я подумаю о ней на досуге, – нашла наиболее верный ответ.

Вот, смогла ведь! Нужно всегда так делать.

– Данира Шан, я не настаиваю, но правильнее с вашей стороны было бы не вступать в заведомо проигрышную борьбу.

– То есть отступить, даже не попробовав, – усерднее начала я разрезать рыбу. – Вы тоже так поступаете, генерал?

Молчание. Желание поднять глаза, чтобы посмотреть в лицо наглого мага. Но нет, я сдержалась. Все свое внимание уделила еде. Отрезать маленький кусочек, положить в рот, держать спину ровно. Уф, это настоящий труд и испытание на прочность. Да, нельзя мне есть на людях, но не потому, что я вела себя как дикарка, – просто манерное исполнение простого приема пищи и необходимость контролировать каждое движение напрочь убивало все наслаждение от еды.

– Хватит со мной бороться, – понизил он голос, чуть наклонившись вперед. – Я выиграю.

– Что выиграете? – совершенно не поняла я и все же посмотрела на мужчину.

Провалилась в глубину его серых глаз, лишилась воздуха. Дышать и без того было сложно из-за знойной жары, а теперь и вовсе почудилось, что воздух накалился. Горячо. Маняще-опасно.

– Как вам рыба, данира? – ушел от ответа маг, хотя я будто услышала его, он прозвучал в голове коротко и ясно.

«Тебя!»

Но ведь это глупо, зачем такому мужчине потрепанное чучело? Тем более косметическое зелье, которое я быстро обновила, когда напросилась к хозяйке в уборную, делало свое дело. Щеки немного пухлые, ресницы менее густые, брови тонкие. Я старалась наносить на себя самые яркие черты Амелисы, чтобы было хоть какое-то сходство. Не могло это чудо понравиться Тариану. Или у него слабость к забитым девушкам с невинной внешностью, которые слова громче писка выдавить не могут?

– Приемлемо, – кивнула я и опустила взгляд, поняв, что больше кусок в горло не полезет.

Нужно спасаться! Следует поскорее избавиться от этого мужчины и сделать все возможное, чтобы наши пути не пересекались. Вот только… мой источник чувствовался. Нет, не разморозился, но было легкое ощущение на грани выдумки, что энергия текла по венам, только позови ее. Совсем крохи, однако теперь присутствовали. И все дело не в трещине на морозной корке, которую мне помог сделать Странник на третий день после нападения имперцев.