Проклятый отбор, или Ведьме закон не писан! - Олешкевич Надежда "AlicKa" - Страница 2

– Какая поразительная осведомленность, – не впечатлилась я.

Имперец высыпал на руку черный порошок. Взвесил и принялся обводить тонкой нитью мой контур. И ведь лучше выйти, пока не поздно, потом не смогу, стоит ему замкнуть круг. Он ограничит меня с помощью пыли амарлиновой руды.

Откуда знал? И ладно это, где достал столь редкий материал? Кто он?!

– Как долго ты продержишься, ведьма? – высыпав остатки пыли обратно в мешочек, спросил мужчина. – Или, если быть точнее, на сколько тебя хватит? Час, два? Я могу подождать.

– Катись в бездну! – с презрением выплюнула я, поняв, что загнала себя в ловушку.

Он прав, защита дома держалась за счет моего внутреннего источника, который не бесконечен. Я продержусь долго, но потом наступит истощение, тело погрузится в сон. Здравый смысл подсказывал сдаться прямо сейчас, чтобы не изводить себя, но упрямство не позволяло опускать руки.

Я ведьма! Я не прогнусь под каким-то гнусным магом-имперцем!

– О, обязательно, и прихвачу тебя с собой, – мрачно сообщил мужчина. – Готова к путешествию?

– А ты? – решилась я на дерзость.

Сердце начало отмерять быстрый ритм. Я прикрыла глаза, погружаясь в транс, черпая из себя энергию и вливая ее в окружающую природу, чтобы разбудить-задействовать. Земля, живность в ней, ветвистые каналы бурлящей под ногами силы. Просьба о помощи. Вопрос о разрешении…

Я пару раз пыталась сделать то, что некогда могла моя прапрапрабабушка, самая сильная из известных мне ведьм. Кажется, после нее стали недолюбливать мне подобных.

Природе многое подвластно. Она жила по своим, вполне простым и понятным законам, но порой позволяла их нарушить, разрешала прикоснуться к сокровенному, узнать страшные тайны.

Внутренний купол исчез. Мне требовалось много сил, чтобы выполнить задуманное. Я шептала слова в стихотворной форме под заданный сердцем ритм. Земля, дом, местоположение… Все изменчиво. Нужно забрать все, ничего не оставить имперцам. Я обязана спрятать мое сокровище.

Из дома выкатился белый комочек. Я заметила движение моего фамильяра благодаря всколыхнувшемуся энергетическому полю, по тому, как из земли жалящими щупальцами потянулись к нему разбуженные мной магические потоки.

Ром приблизился к кругу. Не решился пересечь черту. Принюхался.

– Лиара, нельзя! – тихий писк ежика.

Я широко улыбнулась, распахнула глаза. Встретилась с мерцающей синевой имперца. Начала говорить слова вслух. Пусть слышит. Пусть знает. Да-да, мы сейчас переместимся в совершенно другое место, да хоть в бездну, он ведь сам захотел.

– Это нарушение закона, Лиара!

Ведьме закон не писан. С позволения природы я нарушу любой закон!

Слова уже гулко разносились по округе, стелились густым слоем пыли на землю, траву, на имперца и меня. На ежика, который от волнения наворачивал круги.

– Лиара. Ох, Лиаринда, что ты творишь? Глупая ведьма! Ты только мух не забудь, прихвати моих мух!

Мне нельзя прерываться. Одни и те же стихи. Громче, громче. Мы скоро переместимся, мой дом с прилегающей территорией окажется в другом месте, где нет столпившихся за туманом имперцев. А этот… затеряется по пути.

Связать себя со всем, что мне нужно. С фамильяром Ромом, с сокровищем, оставленным моей прапрапрабабулей, с самим домом и всем, что сердцу мило. Тяжело. Я чувствовала, как меня пронзали невидимые нити, словно наброшенные силки, тянули вниз, прижимали к земле.

Имперец тоже что-то колдовал, словно пытался противостоять мне. Я видела морозные завихрения, острые сосульки-ледышки, вылезающие повсюду, не обращала на них внимания. Туман редел…

– Лиара, ой что будет, – не затихал ежик.

Лицо имперца исказила гримаса жестокого понимания, что он проиграл. Да-да, я хоть и в ловушке, но и ты, маг, тоже.

Теперь ты со мной. Или без меня… как повезет.

Слова заклинания. До крика, хрипоты. Сливаясь с воздухом, растворяясь в потоках.

Мужчина вдруг достал нож и резанул себя по ладони. Вымазал в крови лезвие и, зачаровав магией, кинул в меня.

Попал в грудь, между ребер.

Я запнулась на полуслове. Покачнулась.

Имперец разомкнул свой черный контур и, едва я завалилась на бок, подхватил меня.

– А ты интереснее, чем показалась изначально, ведьма.

– Отправляйся к прародителям! – прохрипела я.

– Когда-нибудь обязательно, но не сейчас.

Туман развеялся, я потеряла связь с наколдованной защитой, с самой природой. Ощутила холод лезвия, как разливалась чужая магия морозом по коже, как бежала к моему источнику, ограничивала меня.

Дышать. Теперь даже это было в тягость. Смотреть на проявляющееся небо, слышать причитания бегающего рядом ежа, чувствовать обжигающую руку имперца на своем животе.

– Я же говорил, что ты запомнишь нашу встречу.

Появились голоса. Замельтешили людские силуэты.

– Обыщите дом, заберите все источники и накопители, – приказал имперец и опустился вместе со мной на землю. – Это будет тебе уроком, ведьма, чтобы больше мне не сопротивлялась.

Вместо слов хрипы. Я не умирала, нет, но мой источник… он будто таял. Внутри пустело.

Мужчина провел надо мной ладонью, словно покрывая тонким слоем магии, достал холодное оружие. Вытер с него кровь о штанину и засунул в ножны. Завозился. Вскоре откупорил баночку, разлилась знакомая вонь. Зачерпнул заживляющую мазь и провел пальцами по моей ране.

А солдаты бегали вокруг. Слышался шум учиненного погрома. Их голоса.

Но сейчас все казалось несущественным. Мой источник, я все меньше его ощущала. Смотрела в бездонные серые глаза, понимала, что это последние мгновения, при которых я оставалась ведьмой.

Рука поднялась к лицу имперца. Я коснулась его покрытой колючей щетиной щеки.

Мой голос стих, имперец очнулся, тряхнул головой. Не успел возмутиться, как к нам подбежал один из воинов:

– Нашел!

Я скосила взгляд и вздрогнула от вида магического ростка, посаженного на заднем дворе моей прапрапрабабулей. Да, за столько лет он вытянулся всего на полпальца, однако уже был сильнее, чем все, что только можно найти в нашем мире.

– Это не источник, – потянулась я к сокровищу. – Его нельзя трогать, верните обратно в землю.

– Неси в сундук, обращайся осторожно, – приказал имперец.

– Нельзя! – смогла я вывернуться из рук мага, но рухнула на землю. – Вы сделаете хуже. Не трогайте!

Мое внутреннее солнце угасало. Я не чувствовала магии, хотя привычно тянулась к окружению, ждала отклик-вибрацию, поднимала потоки, будто гранитные плиты, чтобы направить в спину убегающему воину, защитить, исполнить свое предназначение.

Обзор мне преградили вымазанные в дорожной пыли сапоги. Имперец присел передо мной, поднял мою голову за подбородок.

– Скажи спасибо, что оставил в живых. Смирись, ведьма.

– Лучше бы убил! – презрительно выплюнула. Униженная, на четвереньках, не способная ничего сделать. Предки не простят мне! Я даже не смогу спокойно уйти за грань. – Но раз уж жива, то с радостью понаблюдаю за твоими страданиями.

– М-м, как страшно. Не желаешь стать моей избранницей? Ты мне подходишь. Я уже готов осознать…

Плюнула прямо ему в лицо. Мужчина достал платок, вытер влагу. Бросил его передо мной инициалами вверх.

Поднялся, приказал воинам заканчивать здесь. Я же с трудом держалась на руках, которые сильно дрожали.

Имперец взобрался на коня, потому как его ноги вдруг исчезли из моего поля зрения. Я увидела приблизившиеся копыта, кое-как подняла голову.

– Всего хорошего, ведьма.

– Будь ты проклят!

– Уже, – подмигнул он и присоединился к отбывающим воинам.