Хозяйка старого поместья, или Развод с генералом-драконом (СИ) - Тирс Зена - Страница 46

— Подожди, Цветочек. Что это у тебя? — Асгард глядел ниже моего лица. Я проследила за взглядом мужчины и увидела на своей груди два симметричных мокрых пятна.

69

— Это дождь, я промокла, — я прикрылась руками и спряталась в глубине кареты. — Трогай, Джон! — нервно выкрикнула возничему.

На самом деле, это было молоко. Пора кормить Дэви. Груди разрывались.

Асгард же не мог догадаться? Он же мужчина, солдат! Откуда ему знать, что это молоко?

Но почему-то он продолжал стоять у кареты и бешено глазеть на меня. Сердце заколотилось о рёбра, готовое выпрыгнуть из груди.

— Я провожу тебя до дома, Лилиана, — произнёс наконец генерал и, решительно захлопнув дверцу, пошёл к своему коню — как будто не провожать собирался, а сопровождать под конвоем!

— Я не домой, у меня дела! — крикнула ему в окно.

— Ты разве не переоденешься в сухое? До особняка десять минут.

— Я прекрасно доеду и сама, провожать не нужно. Джон, едем!

— А я всё-таки провожу, — низко и хрипло ответил он, словно голодный зверь, напавший на след.

Р-р-р! Ведь не отстанет!

Экипаж тронулся, я вжалась в сиденье и стала молиться, только бы Асгард не узнал о Дэви и не отнял его. Не отдал своей дорогой Клаудии.

— Джон, правь в особняк, а там… — проговорила в переднее окошко возничему. — В ворота Асгарда ни за что не пускай, нечего ему там делать!

Я отсижусь немного дома, дождусь, когда генерал уйдёт, и поеду к сыну.

Когда мы подъехали, генерал уже встречал у распахнутых ворот и махал рукой, чтобы заезжали.

— Как ты открыл⁈ Сломал замок⁈ — возмущённо выкрикнула в окошко.

— У меня есть ключ, Цветочек. Замки ты не сменила, — ответил Асгард, запирая ворота за каретой.

Я двинулась к крыльцу. Генерала не приглашала, но он всё равно двинулся за мной. Я попыталась закрыть дверь перед его носом, но он успел подставить ладонь.

— Ты проводил меня, теперь тебе пора, — проговорила я с нажимом давя на дверь.

Какой же он сильный!

— Позволь, я на кое-что взгляну? — Асгард вошёл.

— А если не позволю?

— Цветочек, сейчас самое время сказать мне всё, — проговорил генерал, надвигаясь на меня скалой.

Я бы тебе всё рассказала, но я не могу верить тебе, Данкан! Ты обещал защитить меня, но сам гуляешь рука под руку с Клаудией, женщиной, которая чуть не погубила Дэви дважды! С которой ты изменял мне. Откуда мне знать, что ты не под дурманом или ещё под чем-то?

Я попятилась назад и помотала головой:

— Мне нечего тебе сказать. Уходи! — указала на дверь.

Асгард стиснул желваки, смерил меня тяжёлым взглядом, а затем свернул к лестнице — направлялся прямо в спальню.

По позвоночнику прокатилась капля ледяного пота. Я сжала в кулаки похолодевшие пальцы и пошла за ним: медленно, стараясь унять дрожь. Всё, что найдёт в спальне — детские вещи. Дэви в доме нет, беспокоиться не о чем, но всё равно страшно.

Когда я поднялась, Данкан уже прохаживался по комнате, скользя взглядом по кроватке, стоящей вплотную к большой кровати, и по игрушкам и пелёнкам, разложенным на комоде, на столе, на креслах. В комнате царил небольшой детский хаос.

Генерал взял из кроватки пелёнку и поднёс к лицу, шумно вдыхая. Как зверь, принюхивался к запаху сына. Если бы дракон был с ним — думаю, Асгард бы легко отыскал Дэви по запаху, но сейчас он не сможет.

— Почему всё тут так оставлено? — сдавленно проговорил он, переведя на меня мрачный взгляд. — Убери это всё, Лилиана! — разозлённо громыхнул он и, швырнув мне пелёнку, тяжёлыми шагами направился к двери. — Будь дома сегодня, Цветочек. Никуда не ходи.

Мы смерили друг друга напряжёнными взглядами.

— Какого демона ты смеешь приказывать мне, Данкан?

Генерал развернулся и оказался возле меня. Я испугалась и вжала голову в плечи.

— Такого демона, что ты моя сладкая, — он шумно вдохнул мой запах. — Пока я есть, ты должна слушаться меня, — В его глазах полыхнула тьма, он невесомо обвёл силуэт моего лица, протяжно, словно в муке, выдохнул и ушёл.

Как только генерал уехал, я позвала Джона и велела сменить замки: на воротах и в доме. Сегодня же, сразу как отвезёт меня в Танцующие дубы. Выждав полчаса, я велела подать экипаж, несмотря на предупреждения Асгарда. С молоком шутить нельзя, тем более — там сын голодный.

Дождь продолжал накрапывать, небо заволокла серая пелена, похолодало. Леди Элеонора встретила меня очень взволнованная: мы с Майклом надолго пропали. Но вот я вернулась, а её племянника до сих пор не было.

Дэви громко кричал на руках у чужестранки, и я немедленно принялась его кормить прямо в холле, прикрывшись пледом. Лорд Гройс, бывший полковник Пирс, был в мастерской на дворе, чинил какую-то утварь.

На вопрос леди Элеоноры, где же Майкл, я сказала, что он решил задержаться в городе.

Я хотела рассказать своей благодетельнице, что Майкл был близок с Клаудией, но закусила язык. Пусть он сам расскажет ей — сегодня же. А если не расскажет, то придётся мне. Такое нельзя держать в тайне. Надеюсь, что он скоро уже вернётся.

Дэви закончил кушать, успокоился и уснул. Я положила его в колыбельку и накрыла одеялком. Погладила по пушистым тёмным волосикам. Лорд Гройс сделал нам эту колыбельку — он такой молодец, делал всё для удобства пребывания малыша в доме. А ещё говорил, что когда Дэви подрастёт, то обязательно будет брать его с собой на рыбалку и охоту. Нам повезло, что у нас есть лорд Гройс.

Леди Элеонора сделала чай, и мы сели за стол возле окна. Дождь перестал, и мы наблюдали, как лорд Гройс увлечённо возился под дубами, выкладывая оградку из булыжников. Вокруг нависала мокрая зелень вьюна, и прелый запах мокрого сада радовал сердце.

Стукнула дверь в доме, кто-то вошёл.

— Наверное, Майкл, — проговорила леди Элеонора, мы обе обернулись.

Но это был не Майкл.

В холле выросла огромная фигура генерала Асгарда. Взгляд его был устремлён к колыбели, стоявшей в середине комнаты. Он шагнул вперёд.

Сердце сжалось.

Асгард подступал медленно и хмурился, словно боялся спугнуть или разочароваться. И вот наконец замер над кроваткой. Лицо его расслабилось и просветлело. Брови дрогнули.

Он минуту безотрывно глядела на ребёнка, а потом поднял на меня взгляд и взволнованно шевельнул губами.

70

Я ожидала от Асгарда чего угодно: жестокости, укора, проклятий, но…

— Как он вырос, — изумлённо прошептал генерал. Очень тихо, одними губами, чтобы не разбудить. И вновь уставился на сына.

Дэви закряхтел, и я осторожно приблизилась.

Сын открыл глаза и, нахмурившись, глядел на Асгарда.

— Помнишь меня? — прошептал Данкан, присев у кроватки. — Или забыл? Не бойся, я твой папа.

Асгард протянул Дэви палец, и сын крепко схватился за него, внимательно разглядывая бородатое лицо отца. Сын так смешно хмурился, слишком серьёзный для младенца — и в этот момент очень напомнил мне самого Асгарда. Точная маленькая копия.

— Я немного изменился, — с улыбкой проговорил Данкан, почесав бороду. — Если хочешь, побреюсь, но станут видны шрамы. Ну же, сынок, это я, папа.

Дэви неожиданно разгладил личико и улыбнулся.

— Гу-у-у, — загулил малыш. Громко заговорил с отцом на своём, детском, словно рассказывая, как он тут жил-поживал без него.

Данкан широко и счастливо улыбнулся. В глазах заблестела влага — от меня не скрыть — я внимательно, во все глаза, глядела на бывшего мужа. Видела, как его сердце разрывается от встречи с сыном. Эти минуты счастья я навсегда сохраню в душе.

— Правда-правда? — отвечал Асгард на лепет сына. — Мама хорошо тебя кормит? Ты так вырос, щёчки, животик — всё, как надо.

— Да, он хорошо кушает, — проговорила я, погладив Дэви по тёмным волосикам.

Асгард взял меня за руку и поглядел в глаза. С благодарностью, со всей любовью. Его брови и губы снова дрогнули, будто он переживал глубокие эмоции.