"Фантастика 2026-91". Компиляция. Книги 1-9 (СИ) - Аквила Люцида - Страница 417

– Ты чего? – пробурчала я, лишившись возможности уйти.

– Пока мы находимся здесь, постарайся нигде не ходить в одиночестве, – проговорил Рейн.

– Это всё, что ты хотел сказать? – холодно уточнила я у парня. – В таком случае, можешь идти, мне надо переодеться.

И тут он убил меня наповал. Уткнувшись лбом в моё плечо, Рейнод с отчаянием в голосе прошептал:

– Давай я отправлю тебя обратно в академию? Расскажем всё родителям Дамиана. Ведь мы можем объяснить, что ты не его девушка. Тогда ты будешь в безопасности.

До меня медленно доходил смысл сказанного. Я в шоке захлопала ресницами. Когда Рейн сказал о друге, это было ожидаемо. Видимо я слишком привыкла к тому, что эти ребята могут переживать лишь по поводу своих интересов. Но эти слова меня поразили. Неужели маленькая страшилка для него значит хоть что-то?

– Мы не будем этого делать, – тихо произнесла я, и парень поднял голову.

В его глазах стояла обида. Он реально обиделся, что я отказалась! Вздохнув, я собиралась объяснить причину отказа. Всё же, не такой он и плохой, раз беспокоится обо мне. Тёплое чувство благодарности внутри, не давало просто отмахнуться от его слов и продолжить молча воплощать в реальность свои планы. Но я успела только открыть рот.

– Почему, Айя? – спросил вдруг де Шантайс и зло усмехнулся, глядя мне прямо в глаза. – Тебе так понравилась роль девушки Дамиана? Приятно, когда к тебе относятся лучше, чем к мусору под ногами, не так ли?

Все мои душевные переживания вместе с благодарностью, тут же погибли в пламени ярости. Посмотрев на парня, я дала ему увидеть в своих глазах муки, в которых скончались все тёплые чувства по отношению к нему. Рейнод даже немного отодвинулся от неожиданности.

– Видишь ли, Рейн, – протянула я и толкнула парня в грудь, отчего тот отшатнулся назад, – как к мусору, ко мне относишься только ты. Хоть и сам понимаешь, что я всё это терплю до тех пор, пока ты мне нужен. Но поверь, стоит мне разобраться со своими проблемами, и я припомню тебе каждое унижение.

Спрыгнув с подоконника, я на негнущихся ногах промаршировала к двери. Протянула руку, чтобы открыть её и выставить этого придурка в коридор, но тут рядом с моей головой, опустилась рука парня. Подпрыгнув на месте, я хотела развернуться, только ощутила, как Рейн прижал меня к двери. Горячее дыхание парня обожгло кожу, когда он наклонился к моему уху и процедил:

– Значит, все мои действия, ты воспринимаешь, как унижение?

Я дёрнулась, поскольку он случайно прикоснулся к моему уху губами. В голове некстати всплыли воспоминания, как он точно так же прижимал меня к стене в подсобке. Те неистовые поцелуи, которыми он обжигал мою шею. Теплая волна удовольствия прокатилась по телу от живота к груди, и я судорожно вздохнула.

– Знаешь, Айя, – продолжил он цедить слова, растягивая гласные, словно ленивый кот, поймавший мышь, – целый год я пытался сделать из тебя человека. Старался пробудить в тебе гордость, женственность, уверенность в себе. Но для тебя всё это было издевательством?

– Что? – прошипела я в шоке от его слов. – Так это был добрый порыв с твоей стороны? Значит, мне нужно тебя отблагодарить, что из-за вас я не успевала учиться, спать, есть?

Развернув меня к себе лицом, Рейн нахмурился. Схватил меня за подбородок, чтобы я не смогла отвернуться, и покачал головой.

– Когда я увидел тебя в первые, ты вела себя, как перепуганный зверёк. Спустя месяц, я разглядел потрясающую девушку, которая живёт внутри затюканной страшилки. Признаюсь, тогда я тебя пожалел. Ты была такой испуганной. Поверь, мне знакомо ощущение бессилия. И я не понаслышке знаю, что такое прятаться от всех.

– Не понимаю, к чему ты мне всё это рассказываешь? – выдохнула я.

– Ты скрываешься, Айя, и мне это известно, – ухмыльнулся парень и, заметив, как сузились от страха мои зрачки, добавил: – Я не пытался выяснить, почему и от кого ты замаскировала свою магию с моей помощью. Только мне было противно смотреть, как ты затравленно озираешься по сторонам. Меня злило, что та девушка, которую я увидел, погибает, превращаясь в трясущуюся уродину. Именно поэтому я заставлял тебя становиться собой. Можешь злиться, ругаться, кричать, что я мерзавец. Но не смей обвинять меня в банальных унижениях.

Он резко убрал руку от моего лица и сделал шаг назад. Я пошатнулась и схватилась за его руку, чтобы не упасть. Хорошо, что Рейн не стал изображать оскорблённую невинность и помог мне устоять на ногах. А дальше…Наверное, он хотел сказать мне ещё что-то, поэтому наклонился. Только в этот момент открылась дверь в комнату, и меня буквально впечатало в Рейнода. Прижавшись своими губами к моим, Рейн ошарашенно смотрел на кого-то поверх моей головы.

– Так и знал, что вы соврали! Ведь на том балу между вами всё же что-то произошло? – раздался обиженно-возмущённый голос Дамиана. – Но от тебя, друг, не ожидал. А если бы сюда зашли мои родители? Неужели так сложно держать себя в руках, хотя бы в моём доме?

Отскочив друг от друга, как ошпаренные, мы с ужасом уставились на Дамиана. Парень сердился больше, чем следовало, но меня волновало не это. Моё запястье обожгло болью, а Рейнод начал покрываться сыпью. Боль становилась сильнее с каждой секундой, запястье горело огнём, и я не выдержала. Разревевшись, бросилась в ванну. Закрыла дверь и опустила руку в холодную воду.

Белоснежный росток, наливался фиолетовым светом и жёг, как раскалённое железо. Да это не брачный договор, а средство пыток какое-то! Ведь мы не специально поцеловались. Точнее и не было никакого поцелуя! Просто случайно столкнулись. Словно разумный, росток вдруг начал бледнеть и боль постепенно исчезла. Листики на узоре пошевелились, и появилось чувство, будто меня ласково погладили по руке.

Я задрожала от страха. Такие ощущения могут появиться лишь в том случае, если твой избранник рядом. Эти узоры являлись своеобразным способом общения между супругами. Стоит кому-то прикоснуться к женщине, и мужчина это чувствовал. Узор начинал себя вести определённым образом, в зависимости от эмоций, которые испытывает муж.

Например, боль приходила, если муж злился, ревновал и хотел проучить жену. Ласковое поглаживание, если хотел напомнить о себе или просто скучал. Вроде с помощью этих узоров, супруги могли даже узнать, если их половинка в опасности. Только вот связь на уровне эмоций и тактильных ощущений на расстоянии, приходила намного позже. Примерно, через год после свадьбы. В любом другом случае, пара должна находиться в соседних помещениях.

Чёрт! Значит, император до сих пор где-то рядом, и он подумал, что я с кем-то целуюсь?! Да почему так не везёт? Досадливо стукнув кулаком по стене, я оцарапала до крови руку, на которой жил своей жизнью узор, и выругалась. Росток тут же поспешил переползти на царапину, и та моментально затянулась. А вот это приятный бонус, ошарашено подумала я.

От разглядывания белоснежного узора, меня отвлёк звук какой-то возни в спальне. Я открыла дверь и выглянула из ванной, чтобы с тихим испуганным возгласом броситься в комнату. На ковре задыхался Рейнод, а рядом с ним сидел Рик и насмешливо наблюдал за страданиями парня. Я же говорила, что у пса своеобразное чувство юмора. Дамиан лежал без сознания недалеко от входа, а в дверях дрожал Стефан. Почему он дрожал, я поняла, когда увидела ещё одного гостя за спиной парня.

Волосы мужчины были белее снега и свободно падали на плечи. Красивое, словно выточенное из камня лицо с правильными чертами. Глаза, как два сверкающих магических бриллианта – такие же невероятно светлые, и зловеще светящиеся. Как всегда, в белоснежном длинном одеянии, на голове корона с чёрным камнем посередине. Он кривил губы, в насмешливой улыбке разглядывая Рейна.

– Как у вас тут весело, – протянул мужчина, которого я предпочла бы никогда не видеть.

Эринор прошёл в комнату, опустился рядом с Рейном на одно колено и притронулся к его лицу. Рука императора слегка засияла и дыхание парня тут же выровнялось. Я заметила, что сыпь, появившаяся под воздействием магии узора, начала исчезать с кожи Рейнода и с облегчением выдохнула. Вот зря я это сделала. Надо было тихо спрятаться в ванной и не выходить оттуда, пока Эринор не уйдёт.