"Фантастика 2026-92". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Юркина Ирина - Страница 111

– За последние месяцы… – медленно начал молодой император, – у меня было множество ходоков, просивших за приговорённых. И я всем отказал. Потому что считал, что предавший раз – будет предавать и далее. Ибо предательство – отрава, которую из души уже не вывести… – Николай сделал паузу и окинул взглядом приговорённых, ровные шеренги солдат, толпу за ними, кучку придворных, столпившихся за его спиной, вздохнул. – Но сейчас о милости для приговорённых просит тот, кому я верил как себе, кто не раз стоял со мной плечом к плечу в самых опасных делах – при атаке вестфальцев, на ферме Угумон, а здесь, на Сенатской площади, полгода назад вообще заслонил меня своим телом, приняв на грудь штык, предназначавшийся для меня. И удар этим штыком нанёс один из тех, кто стоит сейчас вон там, – и он резким взмахом руки указал в сторону виселицы. – Однако он всё равно просит дать им ещё один шанс… – Молодой император замолчал и снова обвёл взглядом всех присутствующих. Над площадью висела звенящая тишина. Люди, казалось, перестали дышать. Так что вздох нового императора услышали даже самые дальние присутствующие.

– Что ж… ему я не смогу отказать. Потому что до сих пор жив и могу говорить и править Россией только благодаря этому человеку. – Николай резко взмахнул рукой, и стоявшие рядом с приговорёнными солдаты Сапёрного батальона начали споро снимать с их шей петли и сводить их с крышек люков, которые должны были распахнуться, заставив приговорённых повиснуть на верёвке… император же наклонился к стоящему на коленях Даниилу и яростно прокричал: – Но и тебя, мой верный слуга, я видеть рядом не хочу. Ты отправишься с ними и проследишь, чтобы твоё заступничество не привело к ущербу для России и её народа. Понял меня?

– Да, государь…

После чего Николай наклонился ещё ниже и зашипел уже едва слышно:

– Ах ты ж сволочь – добился своего! Всё равно в Калифорнию я тебя не отпускаю. На север поедешь. В Архангельск. И не дай бог, вы не построите мне этот ваш корабль…

– Да, государь, – так же тихо отозвался Даниил.

– И ещё, не дай бог, твои выкормыши мне без тебя дорогу не построят. Всех в Сибири сгною!

– Построят, государь, не сомневайся, – снова отозвался Данька. Николай ожёг его яростным взглядом и, резко развернувшись на каблуках, быстрым шагом двинулся в сторону от Даниила. А бывший майор шумно выдохнул и обессиленно осел. Получилось…

Следующие несколько дней прошли как в тумане. Собирать ему было особенно нечего, к тому же эту обязанность взял на себя Прошка. Он даже оскорбился, когда Данька предложил ему остаться здесь, в Сусарах.

– Да как же это, ваше сиятельство, нешто я провинился чем, что вы меня от себя удаляете? Нет уж, куда вы – туда и я!

– Да уж, – усмехнулся Даниил, – недолго я сиятельством побыл.

– Как так?! – испуганно замер Прошка. Он вообще посвящение Даниила в графское достоинство воспринял с куда большим воодушевлением, нежели сам бывший майор. Как будто графом сделали его самого. – Нешто отобрали?

– Да нет пока, – пожал плечами Данька. – Но не думаю, что государь после такого меня в графьях оставит. Рассердился он на меня шибко. Сам видишь – в Архангельск высылает.

– А-а-а-а… а я вот не согласен! – внезапно вскинулся Прошка. – Нет такого закону, чтобы жалованное обратно забирать!

– Так государь – сам себе закон. Как захочет – так и будет, – несколько удивлённо ответил бывший майор, изрядно озадаченный реакцией своего слуги. А Прошку между тем понесло:

– Да что ж деется-то, люди добрые… как же ж так можно-то – раз, и всего нажитого человека лишать? Да это ж…

– Так, всё – хватит! – рявкнул на него бывший майор. – Я этого титула не просил и горевать, если меня его лишат, – тоже не собираюсь. И вообще, я тебе предложил здесь остаться.

Прошка насупился:

– Вот ещё! Хватит – отпустил вас, ваше сиятельство один раз на Урал – так вас там чуть на дуэли не убили. Хватит уже дурака валять – вместе поедем… И вообще, мы люди маленькие, тёмные, в этих ваших высоких материях не разбираемся, так что, чтобы там государь император не решил, для меня вы как были сиятельством – так и останетесь. Вот! – После чего повернулся и вышел из кабинета Даниила, в котором тот разбирался с содержимым своего сейфа. Но не успела за ним закрыться дверь, как в неё постучали.

– Да!

– Есть минутка, ваша светлость? – в приоткрытую дверь просунулась голова Карла.

– Заходи, – выдохнул Данька. Карл уже давно стал кем-то вроде начальника всей его химической части – он лично отбирал людей, определял, кто сразу приступает к работе, а кто едет учиться в европейские университеты и в какие именно, заказывал нужное оборудование, составлял программы исследований и следил за тем, чтобы были достигнуты необходимые результаты… И при этом он продолжал и лично активно заниматься химическими исследованиями.

Главной задачей, которую поставил перед ним Данька, было создание динамита… то есть на данном этапе – нитроглицерина. И он её решил. Даже два раза. Но, увы, оба химических процесса, с помощью которых Карл получил нитроглицерин, прекрасно работали в лаборатории, но вот производство десятков, а потом и сотен тысяч пудов взрывчатки на их основе было не построить. Слишком дорого. И проблемно с точки наличия на рынке необходимых реагентов. А строить очередное производство для их изготовления бывший майор не хотел. И так всякого уже понастроил – часов в сутках не хватает, чтобы за всем уследить! Так что сейчас Карл занимался отработкой очередного – третьего по счёту – процесса получения нитроглицерина… А в отдельно выстроенной мастерской его пока нарабатывали по второму. Но не для производства динамита, а в качестве лекарства. Потому что Вилие[47] в него буквально вцепился… Впрочем, насколько бывший майор помнил из рассказов ефрейтора Гогохия – нитроглицерин изначально использовался именно таким образом. А его взрывчатые возможности считали досадной помехой. И лишь после того, как Нобель придумал смешивать его с кизельгуром, появился знаменитый динамит… причём, по рассказу ефрейтора, Нобель всю жизнь сам страдал от «грудной жабы», но использовать производимый на его заводах тысячами тонн нитроглицерин в качестве лекарственного средства категорически отказывался. Впрочем, так ли это было на самом деле либо всё это обычные околомедицинские байки – бывший майор не знал. Да это было и неважно.

– Говорят, вы нас покидаете, ваше сиятельство?

– Правду говорят, – вздохнул Данька. Несмотря на то что он ни секунды не жалел о своём поступке, того, что придётся бросить столько интересных проектов, всё-таки было жалко. Впрочем, у него сохранялась некоторая надежда на то, что опала будет не такой уж длительной – года три, максимум пять. То есть до того момента, пока либо не получится построить тот корабль, который был придуман на посиделках в кают-компании Гвардейского флотского экипажа, либо пока из Питера до Москвы не пройдёт первый поезд… А может, для снятия опалы потребуются оба этих события. Но даже и так – пять лет представлялись максимумом.

– И надолго?

– А это уж какова будет воля императора.

– Ну, тогда есть надежда, что совсем уж надолго это не затянется, – с этакой кривой усмешечкой произнёс Карл. Их взаимоотношения с новоиспечённом императором секретом для Карла не были… Но развивать тему он не стал, сразу же заявив: – А ведь я к вам с подарком.

– Неужто получилось? – удивился Даниил. И Карл молча кивнул, после чего торжественно вытащил из кармана желтоватый брусок. Он ничем не отличался от предыдущих, но если бы у него действительно не было бы никаких отличий – вряд ли Карл представил его столь величественно.

– И во что обошлось производства этого образца?

– Почти в полтора раза дешевле предыдущего. Но главное не это. Последний процесс позволяет использовать гораздо более «грязный» жир. То есть его не требуется очищать «лабораторным» способом.

Данька откинулся на спинку стула и задумался. Он уже давно размышлял над тем, что построенной им промышленной… ну нет, пока ещё не империи – уж слишком небольшими были общие объёмы производства, дабы использовать столь громкий термин, – увы, доступный рынок был пока ещё очень узким… но хотя бы компании – слишком уж много оказалось завязано на него лично. И любые проблемы с ним самим, даже вроде теперешней опалы – тут же сказывались на возможностях дальнейшего развития. Сильно или не очень – зависело от многих факторов, но сказывалось. Да и опасность того, что более серьёзные проблемы, например его смерть, вообще обрушат всё уже достигнутое, была отнюдь не иллюзорной… И избавиться от подобной опасности можно было только одним – создать группу носителей технологий, владеющих собственным производством и потому кровно и независимо от Даниила заинтересованных в дальнейшем развитии.