"Фантастика 2026-92". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Юркина Ирина - Страница 161

К его удивлению, в списке одаривающих отметились и англичане с французами. А им-то он чем угодил? Скорее, наоборот… потому как создал конкурентную линию поставок китайских товаров, в то время как до сего момента французы и особенно англичане подгребли под себя торговлю с Китаем почти полностью. Или они этого пока что не осознали? Либо дело было в международном престиже, ради которого они непременно должны отметить человека «продвинувшего цивилизацию», как высокопарно выразился чуть позже один из присутствующих…

Как бы там ни было, Веллингтон, по примеру Николая, тоже наградил его титулом… вручил ему медальон баронета – между прочим, это был самый дешёвый титул из тех, коими успешно торговал горемычный Яков I, из-за конфликта с парламентом лишившийся возможности пополнять казну налогами. Но когда герцог вешал ему на грудь медальон, он торжественно произнёс во всеуслышание:

– День, когда я возвёл вас в дворянское достоинство, я почитаю как один из самых удачных дней моей наполненной многими событиями жизни. Потому как я не знаю никого, кто более достоин этого, нежели вы, баронет Николаев-Уэлсли…

Ну а Фердинанд-Филипп с папашкой оказались пощедрее англичан, наградив Даниила титулом полноценного барона, да ещё и выдав ему вместе с титулом земельное владение – какие-то острова Птит-Тер в Карибском море, судя по жалованной грамоте – общей площадью меньше полутора квадратных вёрст и совершенно безлюдные. Впрочем, на них стоило посмотреть воочию – возможно, там можно будет устроить флотский пункт базирования или хотя бы угольную станцию. Это могло сильно облегчить доставку поселенцев из России в Калифорнию…

На этом награждения закончились.

Нет, Данька знал, что кроме него награды получили ещё несколько сотен человек, причём полтора десятка из них – во главе с Бисмарком, получили либо начальные, либо последующие аристократические титулы. Например, Дормидонт, уже давно являющийся правой рукой бывшего майора, получил дворянство, а Бисмарк – титул барона. Ну да для Отто было не жалко – он тянул на себе все текущие вопросы управления строительством всех новых железных дорог, а возведение этой ветки вообще полностью взвалил на свои плечи, взяв на себя все взаимодействия как с пруссаками, так и с австрийцами и освободив Даньку от значительного объёма напрягов… Но все остальные награждения проводились за пределами этой залы.

А потом случился бал! Где, как обычно, блистала Ева Аврора, которую совместным решением трёх Государей и их вторых половин единогласно выбрали главной распорядительницей. И она не подвела! Ставшие главным хитом этого сезона платья, украшенные жемчугом и фосфором, были почти на половине дам… но те, которые вышли из-под игл мастериц её модного дома – явно смотрелись на голову круче других. Даже француженки и австрийки, которые привезли на эту первую после Венского конгресса столь представительную международную тусовку свои самые лучшие наряды, и то явно смотрелись… нет, не бедными родственниками, а скорее обожравшимися буржуа. Уж больно вычурными казались их платья на фоне скромной элегантности «аврорианских»… Ну а сама Ева Аврора, как обычно, выглядела истинной королевой бала. Что, кстати, сильно испортило настроение супруге австрийского императора Марии Анне Савойской. Из-за болезненности супруга она была довольно ограничена в развлечениях, так что подвернувшимся поводом, похоже, собиралась воспользоваться по полной, надев пышнейшее платье с весьма нескромным декольте… И тут такой афронт! Все присутствующие в зале мужчины пожирают глазами вовсе не её, а эту несносную русскую… Вследствие чего Еве Авроре не удалось отговориться уже привычным для всех в Петербурге «Извините – я танцую только с мужем» и пришлось подарить по танцу не только всем присутствовавшим в зале монархам, но всем другим высокопоставленными гостям. В том числе герцогу Веллингтону, князю Меттерниху и французскому наследнику. Причём с Меттернихом она танцевала два раза, а француз напросился аж на три танца. И после третьего Ева Аврора вернулась к Даниилу с каменным лицом.

– Что-то случилось? – спросил он, когда Фердинанд-Филипп, любезно поклонившись, отошёл от них.

– Ничего.

– Ну я же вижу…

Ева Аврора вздохнула, потом улыбнулась и погладила его по плечу.

– Ничего, милый, просто устала.

Данька развернулся и воткнул во француза жёсткий взгляд. Тот встретил его спокойно… хотя в глубине глаз бывшему майору почудилась насмешка. Типа – ну да, я сделал «это»… что бы это ни было, и что ты можешь мне сделать? А вот хрен ты угадал, скотина!

Данька почувствовал, как в его груди поднимается горячая волна, а в ушах застучали барабаны… он сделал шаг вперёд, но Ева Аврора тут же вцепилась ему в руку и потянула за собой.

– Муж мой, пойдёмте потанцуем! Я уделила вам непристойно мало внимания на этом балу и желаю немедленно исправить эту ошибку… – Она была так настойчива и так нежна и страстна в танце, что Данька смог слегка успокоиться. К тому же после второго танца француз куда-то исчез из зала, а после ещё трёх к Даниилу подошёл прибывший вместе с императором генерал Паскевич и негромко прошептал Даниилу:

– Государь собирается отбыть и приглашает вас в свою коляску.

Данька замер, потом повернулся к жене. Та успокаивающе улыбнулась ему.

– Не беспокойся, милый, ещё пара танцев – и я тоже отправлюсь во дворец Потоцких… – В этом дворце разместили Российского императора, ну и Даньке с женой там тоже нашлись небольшие апартаменты.

Даниил повернулся к Паскевичу.

– Генерал, вверяю вам мою жену. Прошу вас сопроводить её до наших апартаментов.

Паскевич согласно наклонил голову.

– Можете не волноваться, князь!

Николай встретил его хмуро.

– Садись, – буркнул он, ткнув рукой в сторону диванчика напротив. – Трогай… – сразу же бросил он кучеру, едва Даниил сел.

Первые десять минут они ехали молча. Потом император вздохнул и покачал головой.

– Ты это серьёзно?

– Что?

– На француза взъелся?

Данька насупился.

– А чего он…

Николай покачал головой.

– Ты думать будешь, а? Я тут изо всех сил пыжусь, пытаясь оттянуть будущую Крымскую, – хотя бы до того времени, как было там у вас… а то и сделать так, чтобы англичане на нас без французов полезли, а ты собрался французскому наследнику морду бить? Это вот такая твоя помощь, значит?

– А чего его, гладить, что ли? Да много чести будет…

– Успокойся, – одёрнул его император. – И вот ещё о чём подумай. Ты сейчас, вот прямо на приёме, показал всем… не только французам или нашим – вообще всем, что твоя жена – это твоя болевая точка. То есть любой, кто захочет как-то на тебя воздействовать, теперь знает, куда бить. Ты действительно этого хотел?

Бывший майор скрипнул зубами и опустил голову. Чёрт… всё так. А он идиот. Несколько минут они ехали молча, Потом Николай вздохнул и крикнул кучеру:

– Останови! – После чего развернулся вбок и уставился на Вислу, на которую открылся отличный вид с этой точки.

– Что видишь?

– В смысле? – не понял Данька.

– Ну вот что ты отсюда видишь?

– Реку, – непонимающе начал бывший майор. – Прагу[88]… мост ещё.

– Вот именно! – Русский император воздел палец вверх. – В какой-то сраной Варшаве уже есть капитальный мост через реку, который, кстати, построил именно ты, а в столице великой русской империи до сих пор нет! И что ты мне хочешь сказать по данному поводу?

Часть III

Не было такого уговора!

1

– Поздравляю с очередным сыном, – радостно приветствовал Даниила император, ввалившийся в его кабинет в министерстве вместе с Мишкой и Кутайсовым, который после смерти Засядько стал правой рукой фельдцейхмейстера русской армии по всем новым артиллерийским разработкам. Совсем всем – от новых конструкций орудий, до новых штатов и новых уставов и наставлений… Что было, впрочем, ему вполне по силам. Потому что генерал-лейтенант никогда не пренебрегал учёбой. Ещё в тысяча восемьсот десятом году, когда они с Николаем только-только познакомились с молодым тогда ещё генерал-майором, он, решив, что ему не хватает знаний, специально взял отпуск со службы и отправился в Вену и Париж слушать лекции по фортификации, артиллерийскому делу и математике. О том, что он там действительно учился, а не кутил и не валял девок, говорил тот факт, что по итогам этой поездки он составил «Общие правила для артиллерии в полевом сражении», а потом очень успешно руководил артиллерией русской армии весь период её отступления от границы и в Бородинском сражении. В котором, кстати, в прошлом варианте истории, ныне известном только бывшему майору, и был убит. После чего, по свидетельствам множества очевидцев, начались многочисленные сбои в снабжении русских батарей боеприпасами… Здесь же он выжил, хотя и был ранен, но довольно быстро вернулся в строй, дошёл до Парижа, а после этого очень много сделал для развития артиллерийского дела в империи. По одному из признаний слегка выпившего Мишки, его батареи «новых гаубиц», сделанных по итогам осмысления материалов, представленных Даниилом, приобрели столь высокую эффективность именно благодаря неустанному вниманию Кутайсова…