"Фантастика 2026-92". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Юркина Ирина - Страница 332

Ростик прошелся, выцарапал из строя самых нелепых из тех, кто присоединился по дороге. Все равно черт знает что, подумал он и скомандовал вслух:

— Бойцы! Слушай приказ. Если мы пойдем таким вот цыганским табором, то обнаружим себя раньше времени. Поэтому приказываю первоначальному батальону выйти вперед, остальным, кто собрался идти с нами, следовать сзади в сотне метров, не ближе. В бой вступает батальон, остальные помогают по обстановке. Выполнять!

Теперь порядка стало побольше, но лишь на не очень требовательный взгляд. Ростик понял, лучшего он без взводных не добьется. А организовывать их у него охоты не было. Он был уверен, что спокойного времени у него остались минуты, а не часы.

Они прошли треть города. Снова толпа сзади увеличилась, но Ростик надеялся, что она распадется, едва грянут первые выстрелы. Собственно, эти люди уже выполнили свою работу, они вооружили батальон, и хорошо бы им разойтись, но как их заставить это сделать, Ростик придумать не мог. Не стрелять же в воздух — патронов жалко. Да и не был он уверен, что это отпугнет любопытных, могло получиться и наоборот...

И тогда налетели пурпурные. Их было много, машин десять, а может, и больше. В тесноте боковых улиц все гравилеты были не видны из-за крыш домов, из-за только что покрывшихся белой кипенью вишен и акаций.

Сначала они прошлись над толпой. Но их огонь был не очень силен, постреливали две-три лодки, не больше. И все равно, осколки старой, еще дореволюционной брусчатки, мигом загоревшиеся деревья и дома, крики перепуганных людей — все сразу превратилось в какую-то мешанину.

И конечно, пали первые убитые, мостовая обагрилась кровью.

К тому же все произошло очень быстро. Ростик только и сумел выкрикнуть:

— Воздух!

Как ни странно, лодки поливали именно батальон, именно по его солдатам вели огонь. То ли у них оказалась разведка в городе, то ли сверху в самом деле было видно все. Так, теперь посмотрим, чего стоят мои мужички, решил Ростик, передернул затвор и огляделся.

Ребята с противотанковыми ружьями стояли слишком тесно, пожалуй, кузнец перестарался, стремясь не потерять никого из своих. Но Рост сам ему приказал...

— Рассредоточиться, прикрывать все направления разом! — Ростик выбежал к ним и, отчаянно жестикулируя, заставил рассыпаться в подобие кольца, охватывающего батальон.

Три паренька с ружьями резво побежали вперед. Еще двое устраивались на крышах соседних домов, разом увеличив радиус обзора на несколько километров...

— Только бы они не опоздали, — прошептал Ростик вслух. — Только бы батальон подавить не успели...

Они не успели. Внезапно частая, но бессистемная стрельба из автоматов и винтовок оказалась перекрыта несколькими выстрелами подряд из противотанковых ружей. И по крайней мере один из них оказался удачным. Висевший в стороне солнца гравилет закружился с уже знакомым Ростику, неуверенным, как падающий лист, качанием из стороны в сторону. Из его бока повалил дым.

Снова выстрелы, ответный огонь зеленых струй, мощный и решительный... Ростик поймал на мушку эту лодку, неторопливо идущую поперек улицы на высоте в сотню метров, не больше, и всадил в ее голову всю обойму. Никакого эффекта... А впрочем, нет, ее полусферы, подвешенные с четырех сторон, повернулись, и она заскользила вдоль улицы, набирая скорость. Но тут из-под деревьев выскочил Чернобров.

Трудно сказать, о чем он думал, когда вот так подставлялся под удар. Нос лодки уже опустился, чтобы испепелить крохотного человечка и все, что окажется поблизости...

Чернобров поднял свое ружье, выстрелил прямо с рук, упал от отдачи, попробовал уползти, как вдруг... Это было именно вдруг — лодка накренилась и повалилась вбок. Ее хвост охватило пламя. Ростику было отлично видно, что это не настоящее пламя, а какое-то химическое, слишком светлое, слишком ослепительное даже под солнцем Полдневья. И оно рассыпало искры в воздухе.

Забыв обо всем, Ростик бросился к Черноброву. Тот тяжело дышал, на его лице застыла испарина, но он был жив и даже не особенно поцарапался об асфальт, когда уползал под деревья.

— Ты чего?! — тем не менее заорал на него Ростик. — Жить надоело?

— Нет, командир. — Он выглядел счастливым, хотя и перепуганным насмерть. — Мне сказали, у лодок, как ты их называешь, сзади какое-то топливо сложено. И оно горит... за милую душу.

Ростик оглянутся. Стрельбы стало еще больше, но теперь в ней преобладал огонь людей, трескотня их оружия. И больше ни одна из лодок не решалась палить, зависнув над улицей. Теперь они все били, пролетая над домами. И все равно Ростик отчетливо видел, эти разрозненные атаки получают жесткий отпор, кажется, скоро пурпурные не выдержат, решил он.

— Кто тебе сказал? — повернулся он к Черноброву.

— Вот тот старик, — водила кивнул на совершенно лысенького, но не очень старого мужичка, который стоял и как зачарованный смотрел на чей-то горящий дом.

Ростик подбежал к лысому:

— Отец, откуда ты знаешь про топливо?

— А, командир... Сынок, — он стал весьма деловым, даже голос его звучал неторопливо, словно они сидели на лавочке за шахматной партией и вокруг не кипел бой, исход которого был еще не предрешен, — я удрал вчера от них. А до этого они погнали нас на стадион, у них там временная база этих... самолетов.

— На стадионе? Ты не путаешь?

— Они и сейчас оттуда прилетели. — Лысый кивнул на одну из лодок, заходящую для атаки в дальнем конце улицы. Но на этот раз атака не удалась, и, даже не успев накренить нос, машина пурпурных вынуждена была отвалить вбок, за ближайший трехэтажный дом. — Вот эти — точно оттуда.

— Откуда знаешь?

— Нам сказали для боя против стрелков на брюхе наклепывать накладки из листового металла, а эти все — с накладками. Листы вчера специально с завода на стадион свозили.

Ростик не знал, важно это или не очень. На всякий случай все-таки переспросил:

— А те, что базируются на аэродроме, значит, без накладок?

— Туда и листы везти далеко, и к тому же их решили оставить для дальних маршрутов, ну, чтобы еще куда-то лететь, понимаешь? — Лысенький специалист по летающим лодкам огляделся и вдруг широко улыбнулся. Оказалось, у него не хватало доброй половины зубов. — Только если так пойдет, им не дальше лететь, а удирать придется.

— А почему ты посоветовал Черноброву стрелять не по пилотам?

— Кому посоветовал? А, этому. — Лысый оглянулся. — Ну, нас к бомбочкам и патронам-то не подпустили, неизвестно, куда их складывают. А топливо — пожалуйста, мы загрузили, вот я и знаю, как его подпалить.

— Так у них и бомбы есть?

— Бомбочек мало, топливо вернее будет. Кто-то вечером в огонь бросил таблетки две, так костер горел как скаженный.

— Оно в таблетках? — удивился Ростик.

— А в чем же? — Лысый посмотрел на Ростика так удивленно, словно не знать такую вещь о лодках пурпурных было непростительной глупостью для командира. — Такие черные кубики, похожие на воск, только ломаются трудно.

Бой затихал. Они не просто отбились, они нанесли противнику существенные потери. Если учесть, что у пурпурных тут не было ни ремонтной базы, ни умелых спецов, этот урон становился, скорее всего, невосполнимым.

Скорее уже по привычке, почему-то оказавшейся такой важной тут, в Полдневье, Ростик спросил:

— Как они себя называют, не знаешь?

— Почему не знаю? — рассудительно переспросил лысый. — Знаю. Называют они себя губисками. Как кто-то из наших выяснил, это на их языке означает пираты.

— Пираты?

— Пираты Полдневья. На их языке, — пояснил он со значением.

— Губиски? — Ростик покатал слово на языке. — Губиски. Ну что же, лучше и не придумаешь.

Кто-то стал выходить на середину улицы, чтобы получше прицелиться в кружившие в отдалении, на приличной высоте лодки. Те еще грозили атакой на бреющем, но как-то не очень убедительно. Ростик прокричал:

— Прекратить огонь! Батальон, стройся! — И уже потише добавил: — Раненых подберут жители окрестных домов.