Привет - Юрьева Влада - Страница 2

– Что данные с его видеорегистратора нельзя было использовать в качестве улики, доказывавшей, что Ленни сама загрузила в багажник свое барахло и пыталась вести сама, отключив автопилот.

– Вот именно! При том, что никакой автопилот, даже самый тупой и дешевый, не повел бы машину в стену, а вот бухая девица могла. Короче, у адвокатов хлопок ушами в прыжке прокатил. Ленни по большей части оправдали, она отправится не в тюрьму, а в папин особняк, хотя и со следящим браслетом на копыте. Но из-за этого «Попутчик» признан неактивным, он больше не принадлежит «АнимаТранс», а значит, «кот» продается как самая обычная машина!

– Которую тут все равно боятся покупать.

– Ну да, – легко согласился Чибисов. – Потому что все понимают, какой это гемор. Но ведь и ситуация у тебя особая! Понятно, что твоя девочка не получит полноценного «кота», «Попутчик» там реально дохлый, придется заменить его на обычного «Второго пилота». И все равно тачка роскошная!

– Будет роскошная. Ты мне вот что скажи… Если я куплю «кота», я не подставлю того полицейского чина, который все это затеял? Понятно, что он хотел дать пинка Завадскому. Но он, может, договорился с «Анимой», они сами завтра явятся за своим «котом»…

– Не-а, этот не мог. Это ж почти коррупция! А там такой человек… Пролетариат до самых пяток. Он настаивал на том, чтобы машину продали кому угодно. Другое дело, что «Анима» попытается этого кого угодно деньгами задавить. Но ты с ними вообще не встретишься, ты купишь машину до начала аукциона!

– Они оспорят это по суду.

– Если б я купил, оспорили бы. Но ты ж официально опекун инвалида, у тебя есть право приоритетной покупки! Все, давить прекращаю, Паш, только ты знай: мы твою Женьку тут все знаем и любим, и если ты захочешь ее побаловать… Мы ее в обиду не дадим!

Женя не знала, зачем ей нужен завтрашний день. Давно уже не знала.

Когда-то ей сказали, что с возрастом станет легче, она научится ценить свою жизнь такой, какая досталась, и наслаждаться самыми яркими красками… Что-то в таком ключе. Только все оказалось ровно наоборот: с годами держаться становилось все сложнее.

Причин было много, но главных – всего две. Первой стала надежда: в детстве и юности Женя искренне верила, что человечество не стоит на месте, ученые вот-вот найдут способ ее вылечить, и она сможет жить самой обычной жизнью. Но что детская наивность легко принимает, то во взрослом возрасте разбивается о безжалостное критическое мышление. Женя давно выяснила, что серьезные исследований такой формы ДЦП, как у нее, сейчас не проводятся – слишком редкое проявление, слишком низок потенциальный коммерческий успех. Так что никто ее не вылечит… В теле, которое ей досталось от судьбы, придется остаться навсегда.

Вторая причина уместилась бы в четыре короткие буквы: боль. Приступы боли накатывали всегда, но с годами они стали намного сильнее. Нужно было или переходить на более сильные препараты, или терпеть… А для чего терпеть? Она прекрасно знала, что ее тело деградирует, поддается, что ничего хорошего ее в будущем не ждет… Получается, только и осталось, что боль и слабость – без конца?

Ее пытались утешить, говорили, что она сильная и со всем справится. А она устала справляться! Те люди не знали, каково это: жить в теле, которое похоже на кисель. Слабом, мягком, медленном и неуклюжем. Плохо подчиняющемся приказам разума. А теперь еще то и дело поддающемся волнам боли, накатывающей в любой момент, без причины!

Когда нет финальной черты, до которой необходимо дотерпеть… Зачем вообще терпеть?

Жене очень нужен был ответ на этот вопрос, но его мало кому можно было задать. Папе – точно нет. Потому что папа – герой. Когда врачи определили точный диагноз Жени, мама сразу сказала, что это не жизнь. Да, сейчас больно, но уж лучше один раз рубануть по живому, забыть и двигаться дальше! Что значит «девочка долго не проживет в интернате»? А зачем ей, собственно, долго жить… такой? Она все равно окажется на дне, вопрос в том, утянет она всю семью за собой или нет!

Папа такие аргументы не принял. Мама ушла спасать счастливое будущее одна. Он говорил, что очень счастлив в их маленьком мирке, но и в это Женя с годами верила все меньше.

Кого еще спросить, друзей? Близких у нее никогда не было. Она легко знакомилась и общалась онлайн, там, где ее состояние было не важно, не заметно. А в реальном мире дела со знакомствами обстояли туго: Женя очень плохо говорила. Болезнь не повлияла на ее интеллект, но со стороны определить это было нереально. Она не всегда контролировала свою мимику, и ее лицо порой начинало странно дергаться. Вместо слов у нее чаще всего получались растянутые гортанные звуки, которые понимал только папа. Дети такое не прощают. Взрослые могут потерпеть из вежливости, но… это же не настоящая дружба!

Она пробовала обращаться к психологам, несколько раз даже. Одни были явно растеряны, они оказались не готовы к общению с такими людьми, как Женя. Другие пытались что-то сделать, и их советы даже звучали неплохо. Например, если боль неизбежна, нужно сосредоточиться на чем-то более важном, чтобы отвлечься от нее. Но как это сделать? В жизни Жени давно уже не было ничего по-настоящему важного.

Разве что папа… И она старалась для него. Женя не бросала тренировки, чтобы сохранить хоть какую-то возможность двигаться. Она быстро училась пользоваться новыми костылями, которые он придумывал сам. Она не оставляла работу – и давно уже зарабатывала намного больше него. Она даже улыбаться научилась вполне убедительно!

Ну а то, что она уже много ночей не может нормально заснуть, просто лежит, ощущая, как мышцы сводит от боли, и слезы сами катятся из глаз… Это папе знать совсем не обязательно.

Без сна дни сливались в сплошное выцветшее полотнище времени. Женя понятия не имела, когда и как все это кончится, сколько она еще выдержит, но в том, что перемен ждать не стоит, даже не сомневалась.

Ну а потом случится «Леопард».

В тот день отец с загадочным видом повел ее в свою мастерскую. Он ничего не говорил, но выглядел ребенком, который сам готовится вот-вот развернуть подарки. Он всегда себя так вел, когда придумывал для нее сюрприз и верил, что ей обязательно понравится. Женя знала, что обмануть его будет несложно, и заранее натянула на лицо милую улыбку.

Однако на сей раз обманывать его не пришлось, она действительно была поражена.

Женя давно уже стала отличным программистом – у таких, как она, вариантов немного. Позже она получила и инженерное образование, ей хотелось разбираться в технике, способной упростить ей жизнь. Ну и конечно, она не смогла пройти мимо темы автопилотов.

«Умные ассистенты» появились давно, еще до ее рождения. Сначала они просто помогали водителю, потом научились вести машину самостоятельно. Женя и сама пользовалась стандартными программами вроде «Водитель–2» или «Второй пилот». Она могла ввести адрес и ехать куда нужно с виртуальным шофером. Полезно – но ничего особенного.

Особенным стал «Попутчик» – программа, дополнившая автомобильный автопилот самообучающимся искусственным интеллектом. Настолько сложная, что сохранение ее кода в секрете было объявлено национальным приоритетом. Настолько совершенная, что в гоночном спорте сформировалось отдельное направление, посвященное роботизированным машинам.

«Попутчик» обладал обширной базой теоретических знаний и практическим опытом: для его создания в специальных симуляторах работали лучшие гонщики из разных стран, специалисты по экстремальному вождению, даже сотрудники спецслужб. Он мог управлять машиной сам, а мог ассистировать водителю – и вот эта его функция интересовала Женю больше всего. Насколько она сумела разобраться, с помощью искусственного интеллекта «Попутчик» полностью настраивался на своего хозяина, понимал команды, произнесенные голосом или даже поданные движением глаз.

А значит, она смогла бы управлять машиной! Не просто ехать в ней, как в такси, а действительно на что-то влиять. Может, даже в гонках участвовать… Почему нет? Свое тело Женя едва контролировала, зато разум ей достался отменный, она умела принимать сложные решения быстро и в большинстве случаев правильно. Она так хотела попробовать…