Зуб мудрости - Ми Лэй - Страница 5

На площади перед вокзалом все еще кипела жизнь. С наступлением ночи температура заметно упала. Множество пассажиров, ожидающих поздних поездов, расположились на клумбах и скамейках – кто-то сидел, кто-то лежал, одни громко разговаривали, другие дремали. Торговцы с тележками сновали между людьми, предлагая сигареты, пиво, печеный батат, жареную кукурузу и сосиски.

Лу Цзиньтан, закурив, молча наблюдал за оживленной сценой; в нос ему то и дело били аппетитные запахи. Казалось, это пробудило в нем какое-то смутно знакомое воспоминание, и на губах появилась легкая улыбка.

Это был лысый, смуглый, невысокий и худощавый мужчина. На нем была выцветшая коричневая футболка и такие же потрепанные брюки, закатанные до щиколоток, открывающие потертые парусиновые туфли. Единственная поклажа – черный клеенчатый рюкзак; из его не до конца застегнутого кармана торчал рукав рубашки.

Внешне он ничем не отличался от других рабочих-мигрантов. Вот только в его глазах не было ни растерянности, ни страха.

Лу Цзиньтан бросил окурок и неторопливо зашагал к выходу с площади, игнорируя подходивших к нему женщин средних лет с табличками «Гостиница такая-то». Не успел он дойти до края площади, как навстречу ему вышел еще один мужчина лет сорока:

– Братец, такси не нужно?

Лу Цзиньтан опустил голову и уже хотел обойти его, как вдруг незнакомец ловко подхватил его рюкзак.

– Братец, только с поезда? Должно быть, устали с дороги… Давайте я донесу.

Лу Цзиньтан вздрогнул и хотел было вырвать рюкзак обратно, но мужчина уже бодро зашагал к выходу с площади, по пути указывая на обочину:

– Моя машина вон там. Не переживайте, возьму недорого.

Не видя другого выхода, Лу Цзиньтан покорно последовал за ним.

Это было зелено-белое такси, видавшее виды. Водитель средних лет услужливо распахнул дверь для Лу Цзиньтана, ловко устроился за рулем и завел мотор, не переставая при этом болтать:

– Братец, вы не местный? Куда едем?

– М-м… – Лу Цзиньтан не хотел разговаривать. – Сначала найти ночлег.

– Без проблем!

– Только подешевле. Чисто переночевать.

– Есть на любой кошелек! – Водитель весело рассмеялся. – Братец, по какому делу прибыли? На заработки или в гости?

Лу Цзиньтан, глядя на мелькающие за окном огни, долго молчал. Наконец выдавил:

– К другу… заглянуть.

– Ага… – Внезапно в голосе водителя появились заговорщицкие нотки. – Братец, может, вечерком программу культурную устроим?

Лу Цзиньтан недоуменно поморщился:

– Программу? Какую еще программу?

– Эх, братец, да вы прям простачок! – Водитель фальшиво рассмеялся. – Мужик в дороге и без девчонки обходиться собрался?

Лу Цзиньтан усмехнулся в ответ, но тут же покачал головой:

– Не надо.

Вскоре такси свернуло в узкий переулок и остановилось у скромной гостиницы «Счастье и благополучие». Плата за проезд – десять юаней. Лу Цзиньтан расплатился, взял рюкзак и вышел. Водитель тоже вылез, бормоча под нос: «Черт, больше не могу терпеть», и направился прямо к стойке администратора:

– Хозяйка, санузел срочно нужен!

За стойкой сидела густо накрашенная женщина лет сорока с блуждающим взглядом. Она махнула рукой водителю, затем сразу же уставилась на Лу Цзиньтана.

– Братец, на ночлег?

Лу Цзиньтан кивнул:

– Сколько стоит?

– Есть разные варианты – с интернетом, со столом для маджонга…[7]

– Самый дешевый?

– Тридцать. Без собственного санузла – общий в коридоре.

– Давайте этот.

– Комната триста восемь, залог пятьдесят, – коротко сказала хозяйка. – Шампунь и гель для душа нужны? По юаню за пакетик.

Лу Цзиньтан заплатил залог, взял по пакетику шампуня и геля, получил ключ-карту и поднялся по лестнице на третий этаж.

Номер 308 располагался в конце коридора. Тесное помещение вмещало лишь железную кровать, телевизор да жестяной таз с полотенцем в углу. Присев на кровать, Лу Цзиньтан сразу учуял затхлый запах, исходящий от пожелтевшего постельного белья. Не спеша сняв обувь, он переобулся в тапочки и, взяв таз и жесткое полотенце, направился в общий санузел.

Минут через пятнадцать Лу Цзиньтан вернулся в номер 308 в одних трусах, с влажным торсом и шлейфом дешевого аромата от геля для душа. Освежившись, он пребывал в отличном настроении: растянулся на кровати, закурил, включил телевизор и начал бесцельно переключать каналы, пока не остановился на спортивном. Слез с кровати, открыл рюкзак и достал банку лапши быстрого приготовления. Только начал искать в комнате электрочайник, как вдруг в дверь постучали.

Озадаченный Лу Цзиньтан открыл – и в номер стремительно вошла женщина лет тридцати. Быстро окинув его оценивающим взглядом, направилась к кровати.

– Братец, давай быстрее… – Ловко стягивая с себя одежду, она за секунды осталась в одном нижнем белье. – Чего застыл истуканом?

Лу Цзиньтан совсем растерялся:

– Ты кто?

– Спецуслуги, которые ты заказал. – Она презрительно скривилась, затем бросила взгляд на дверь. – Двести юаней.

Лу Цзиньтан только начал с сомнением разглядывать полураздетую женщину, как дверь с грохотом распахнулась. В комнату ворвались трое крепких парней. Первый, с татуированными руками, грубо отшвырнул женщину на кровать – та завопила с театральной выразительностью. Остальные двое тут же окружили Лу Цзиньтана. Один из них рявкнул:

– Ты что, совсем крышей поехал, трогать жену нашего брата?!

Женщина тут же подхватила, рыдая:

– Муженек, он меня силой затащил, я не хотела…

Лу Цзиньтан, все еще держа в руках банку лапши, на мгновение застыл, но тут же обрел невозмутимое выражение лица.

Татуированный мужик шагнул вперед:

– Это, твою мать, моя жена! Давай решай – по-хорошему или по-плохому. По-плохому – в участок за изнасилование. По-хорошему…

Лу Цзиньтан поднял руку, останавливая его, с выражением крайнего утомления на лице. Поставил лапшу на тумбочку, достал из штанов кошелек и отсчитал триста юаней.

– Все ж все понимают, – ровно сказал он. – Больше нет. Считайте, угостил ужином.

Татуированный парень смутился, но тут же округлил глаза и отвесил Лу Цзиньтану пощечину:

– Ты что, нищему подаешь?!

Лу Цзиньтан, получив удар, сохранял ледяное спокойствие:

– Братец, мы же все здесь взрослые люди. Не надо перегибать.

– Какой я тебе, на хрен, братец! – Парень с яростью толкнул Лу Цзиньтана в грудь, выхватил у него кошелек и вытряхнул все купюры.

Лу Цзиньтан наконец вспылил:

– Эй!

Двое других тут же набросились, сбив его с ног. Лу Цзиньтан, не проронив ни слова, свернулся калачиком на кровати, прикрывая голову руками.

Татуированный засунул деньги обратно в кошелек и убрал его в карман:

– Это компенсация за моральный ущерб! Чтоб больше не смел приставать к порядочным женщинам, ясно?!

Трое мужчин и женщина с грохотом распахнули дверь и гордо удалились.

Лу Цзиньтан медленно поднялся с кровати, сплюнул на пол кровавую слюну, постоял, тяжело дыша, затем снова опустился на кровать, сгорбившись. Через несколько минут он молча оделся, зашнуровал потрепанные парусиновые туфли, взял рюкзак и вышел из номера.

Внизу, у стойки администратора, таксист, что привез его сюда, облокачивался на стойку и флиртовал с хозяйкой. Рядом лежал пакет с двумя дымящимися печеными бататами.

– Глянь, специально для тебя припас, – слащавым тоном говорил водила. – Кушай, пока горячие. Остынут – невкусно будет.

– Ты этим дешевым дерьмом меня задобрить собрался? – брезгливо сморщилась хозяйка. – Обещал троих в день, а сегодня только второй…

– Сейчас же обратно на вокзал рвану. Просто соскучился… – Он водил пальцами по ее руке. – Муж сегодня ночью вернется?

Лу Цзиньтан спускался по лестнице. Увидев его, таксист резко отвернулся. Лу даже не взглянул в его сторону, швырнул ключ-карту на стойку и направился к выходу.