Его величество эгоист - Зимова Анна Сергеевна - Страница 7

После урока классная попросила всех задержаться:

– По поводу предстоящего бала. Я просила вас подготовить идеи. Кто-то это сделал?

Идеи были.

– Давайте тема будет «Осень», все придут в красном, жёлтом, оранжевом. Выберем короля и королеву! Раздадим бумажки для голосования… – сказала Казанцева. Я поймал на себе её взгляд. Королевой, понятно, Казанцева уже считает себя, и, кажется, она не против, чтобы королём был я. Мне это польстило.

– Только, пожалуйста, – поморщилась Кумушка, – пусть голоса присуждают не за внешний вид, а за участие в интеллектуальных конкурсах, викторинах…

– Новенькая, ты свою кандидатуру выдвигаешь на королеву? – спросил Игнашечкин, когда Кумушка ушла.

Вика подумала:

– Почему бы и нет…

– Ну не знаю, – сказала Казанцева. – Тебе не рано быть королевой? Ты подружись хоть с кем-нибудь сперва. У тебя же даже пары нет. Сходи на бал просто так, осмотрись.

– Может, на балу с кем-нибудь и подружусь, – хмыкнула Вика.

Казанцева метнула в новенькую такой взгляд… На месте Вики я бы, честно, сдулся.

– Новенькая, ты за пару не переживай, – снова пошёл в атаку Игнашечкин. – Я могу тебя… поддержать.

Яша благоразумно промолчал, он-то урок усвоил и вёл себя с новенькой сдержанно-вежливо. Но Покровский и Игнашечкин пока ничему не научились.

– А почему ты-то? – возмутился Покровский.

Я подумал: а на балу-то, похоже, будет весело. (Как оказалось впоследствии, я не ошибся.)

До самого мероприятия, которое состоялось через две недели, Казанцева и Гурская обрабатывали класс. «За кого ты будешь голосовать?» – спрашивали они девочек, и это, конечно, следовало понимать: «Надеюсь, ты проголосуешь не за новенькую!»

Девочки и с пацанами провели разъяснительную работу. Для начала открыли им «секрет»: зубы у Вики искусственные, она сточила свои родные до пеньков и поставила взамен циркониевые виниры. Распустили шуточку «Спонсор Викиной красоты – фотошоп».

Но мальчишки всё равно исправно подкладывали на парту Вике конфеты и шоколадки, не только наши пацаны, но и из соседних классов. («Ешь, Вика, ешь, – приговаривала тихо Казанцева, – порти зубы. Всё равно в королевы ты не пролезешь. В параллели больше девочек, чем мальчиков, а все девочки за меня».)

На бал Вика пришла в зелёном платье.

– Дресс-код, вообще-то, «Осень», – сообщила Казанцева.

– Будем считать, что я вечнозелёное растение.

– Скорее малахитовая шкатулка, – заявила Казанцева, уплывая со своей коробкой. Казанцева и Гурская раскраснелись от возложенной на них миссии: собирать голоса. В пластиковый контейнер с прорезью мы должны были складывать наши бумажки, в которых требовалось вписать имя напротив слов «КОРОЛЬ» и «КОРОЛЕВА». Ключик от ларчика до поры находился у классной. Пока что девчонки Казанцеву не подводили и голосовали не за Вику.

Не знаю, мне зелёное платье понравилось. Вика не худышка, да, но именно что «огонь».

Девочки состязались на сцене в стихотворном конкурсе. Казанцева читала Цветаеву и победила с заметным отрывом. Платье на ней было золотистое.

– Тоже мне бал, – Яша уже исстрадался. Ради мероприятия он нанёс на непослушные волосы гель.

– Подожди, – сказал я. – Я сделал тебе подгон. Следующий конкурс будет…

– Следующий конкурс – «Путешествие в мир супергероев кино»! – объявила Кумушка.

– О, совсем другое дело, – Яша пригладил вихры и пошёл к сцене.

Конкурс я, можно сказать, выпросил. Намекнул Казанцевой, что было бы круто, если бы в программе каким-нибудь образом появилось что-то про супергероев… И что она, как организатор, могла бы это устроить… Она устроила.

Мы с Яшей знаем все, даже самые отдалённые уголки самых разных вселенных. Ещё на сцену, разумеется, поднялась Наташа, наша соратница в том, что касается кино. Мы стали звать четвёртого.

Неожиданно помочь нам вызвалась Вика. «Ладно, пусть постоит красиво на сцене», – думал я, чувствуя рядом головокружительный аромат этих тёмных волос. Сперва вопросы были заурядные, типа: «Какой супергерой носит красно-синюю форму и щит?», «Кто из супергероев может превращаться в любое животное?». Мы с Яшей отвечали, не чувствуя никакого азарта, Вика стояла рядом и мило улыбалась.

Но после разминки нам уже приходилось время от времени совещаться.

– Как звали собаку… – последовало имя очередного супергероя. Его самого я, конечно, знал, но имя его собаки… Молчала вся команда. Вика по-прежнему улыбалась. Зачем вообще полезла, стихи бы лучше читала.

– Яша, Наташа, алё, вспоминайте! – рыкнул я. – Почему я отдуваюсь за всех?

Вика вдруг взяла микрофон и сказала что-то негромко.

– Совершенно верно! Так её и звали! – подтвердила Кумушка.

Яша с Наташей посмотрели на Вику, будто та вынула кролика из шляпы.

– Следующий вопрос: какой из актёров, игравших… – (следующий герой) – набрал больше всего веса для этой роли?

Вика, потеснив меня, вышла в авангард. И снова дала правильный ответ.

Я хотел блеснуть эрудицией, но в тот вечер потрясли меня самого. Вика знала буквально всё про актёров, игравших супергероев. Благодаря ей мы собрали все очки. Спускаясь со сцены, я ощущал смешанные чувства: стыд от того, что так снисходительно позволил новенькой «постоять рядом», и вместе с тем радость. Кажется, мы с Яшей нашли на этой сцене единомышленника, о котором не могли и мечтать. Вика, оказывается, тоже спец по киновселенным.

– А сперва почему молчала? – Наташа смотрела на Вику изучающе.

– У вас такие лица были, когда я вызвалась… Разыграть вас хотела.

– Ну респект, – Наташа похлопала новенькую по плечу с зелёной бретелькой. – Добро пожаловать в клуб. Я думала, мы так втроём с Максом и Яшей состаримся и умрём. За просмотром фильмов…

Она сказала это шутливо, но я чувствовал в тот момент: зарождается что-то крепкое и классное. То, что впоследствии стало Большой Дружбой.

– Заканчиваем голосование! – сказала классная. – Все сдали бюллетени?

Ей передали коробку, и она вместе с завучем удалилась считать голоса.

В зал вкатили столик на колёсиках, на котором красовался белый торт. Все столпились вокруг. Казанцева с тревогой поглядывала на учителей, решавших её судьбу.

– Королём бала становится Максим Стрепетов! – наконец объявила классная, и пацаны заухали одобрительно. Кумушка выдержала паузу: – А королевой… Юля Казанцева, которая обошла Викторию Соколову. На один голос, но обошла. Поздравляем, Максим и Юля!

Я увидел облегчение и радость на лице Казанцевой. Когда я шёл сюда, я вообще-то воображал, что буду кружить её в вальсе. Я за неё, собственно, и голосовал. Но теперь я испытывал… разочарование. Потому что последние минуты воображал в своих объятиях другую королеву: темноволосую, язвительную…

– Погодите, – сказала Наташа. – А ко мне никто не подошёл, чтобы я проголосовала. Мой голос добавьте, пожалуйста. Чтоб всё честно.

Все уставились на Наташу, которая шла к сцене, держа в тонких пальчиках розовую бумажку.

– Спасибо, Наташа, – мило улыбнулась Казанцева. – За твой голос.

Но тут Наташа её и огорошила.

– Я не за тебя буду голосовать, – так же мило сказала она.

Вздох удивления прокатился по рядам. Все взгляды устремились на сцену, где происходило самое захватывающее действо вечера.

– А… за кого? – Казанцева не могла поверить, что её способны ослушаться.

– За Вику.

Никогда ещё спортзал не слышал такой тишины, притом что был полон.

– Прежде, чем ты отдашь свой голос, Наташа, подумай, а надо ли тебе наживать врага? – тихо поинтересовалась Казанцева.

– Зачем так пафосно? Врага… Ты римский полководец, что ли? – Наташа взмахнула прозрачным рукавом, отдавая бумажку Кумушке. У той на лице уже не было никакой радости. Происходящее не вписывалось в картину «Все мирно веселятся, хлопают и едят торт».

Казанцева была полна решимости бороться за корону, поблёскивающую в свете галогеновых ламп, но Вика вдруг сказала: