Vic. Если ты вернёшься (СИ) - Вайс Вирсавия - Страница 32

Она вздрогнула и подняла на него глаза.

- Витя, что-то случилось? - голос срывался.

- Разрулю, не переживай. - улыбнулся он, допивая кофе. - Мне пора, малыха. Ты сидишь тут и ждёшь. Через полчаса за тобой приедут мои ребята и проводят тебя в Рыбушкино. Из дома ни ногой. Надеюсь я всё доходчиво обьяснил, Ляль?

Ольга снова вздрогнула, в глазах появились боль и страх. Он обнял ей и нежно поцеловал, стараясь успокоить.

-Всё будет хорошо, родная, я тебе обещаю, Оль.

Он отстранился и посмотрел на неё долгим напряжённым взглядом. Выдохнул, запрокинув голову, встряхнул ею, запустив пятерню в волосы, раздирая кожу ногтями. Встал и подошёл к окну, цепким взглядом всматриваясь в окна дома напротив. Легкий поворот головы.

- Когда я уйду, позвони мужу. Он ждёт, Оль. Я люблю тебя, слышишь?

Она встала, подошла к нему и прижалась к груди, теребя пальцами пуговицы рубашки.

- Будь осторожен, Вить. - тихо прошептала Ольга, повинуясь внутреннему чувству тревоги.

- Буду, родная. Я к дочери и на выход. Времени в обрез.

Оторвав её от себя, он шумно выдохнул, широким шагом вышел из кухни, направляясь к комнате, где спала Дашка. Осторожно открыл дверь, тихо подошёл к кроватке. Наклонился, поцеловал её в щёчку.

- Папа любит тебя, маленькая принцесса. И никому не даст в обиду.- тихим, срывающимся голосом прошептал он.

Вик провёл по волосам дочери ладонью, встал и так же тихо и быстро вышел, прикрывая за собой дверь.

- Не провожай меня. - сухо сказал он Ольге, отгораживаясь от всего невидимой стеной, выходя в коридор, накидывая куртку и открывая дверь.

Он ушел, даже не оборачиваясь, оставляя после себя чувство звенящей, раздирающей душу пустоты и тревоги.

Глава 30

Сев в машину, Виктор открыл бардачок. Выудив один из нескольких телефонов, он набрал номер Влада. Трубку сняли сразу же.

- Да? Кто это?

- Дед, это я.

- Витька, какого хера происходит? Где Ольга с ребёнком? - Голос напряжённый, резкий. - Почему Зайкалов с пяти утра до тебя и Ольги дозвониться не может? Какая херь между вами троими происходит ещё, кроме того, что вы, два долбоёба, бабу поделить не можете?

- Блядь, ты прекратишь словесный понос? - Процедил Вик. - Собирай всех! Через пару часов привезут Ольгу с Дашкой. Никуда их не выпускать! Особенно Ольгу, что бы она не чирикала! Завтра приеду, заберу её, до этого времени пусть сидит на жопе ровно. И да, мозги ей не трахайте! Чтобы ни одного слова ни от тебя, ни от её матери. Не хер лезть! Разберемся сами. А тебе, чтобы не скучал, пища для размышлений — Карский!

На том конце повисло тяжёлое молчание.

- Вот так? Ничего не скажешь? - Вик поднял бровь, поглядывая на часы. - У тебя есть на него что-то?

- Какого хера? - Голос Влада становится ледяным, он тянет гласные, что всегда говорило о том, что он находится просто в ярости. - Что Егору от вас нужно... - Он замолчал, в трубке слышалось лишь его тяжёлое дыхание. - Сука! Зайкалов! Их старые счёты! Селивестра, отца его, хорошо знал. То ещё зверьё! А вот с Егором особо не пересекался. Молод он ещё тогда был, хотя о его жестокости уже тогда слухи ползли. Вот у Владимира должен быть на него компромат, они с ним лет десять назад схлестнулись. Тогда Володька и собрал все его грязные тайны. Но я не знаю, где твой отец хранил эти документы.

- Это даже не проблема, - хмыкнул Витька. - Я завтра постараюсь приехать пораньше, нужно поговорить серьёзно. Обеспечь охрану девочкам. если я успею, то своих ребят подтяну. Всё, исчез.

Сбросив звонок, он бросил телефон обратно, выхватывая следующий. Опять набор. Ожидание. На том конце снимают трубку.

- Лизбет? Как сегодня отец?

- Всё как обычно. - Грубый, почти мужской голос. - С утра не в настроении.

- Дай мне его.

Ожидание. Он сидел в машине, пальцами постукивая по оплётке руля, прищурив глаза, в которых плескался арктический холод, прикусив губу. Он ненавидел эти разговоры, но без них никуда. Ненависть к этому человеку не отменяла того, что Владимир был и остаётся его отцом. Радовало только то, что теперь он превратил его жизнь в нескончаемый ад, где он, Виктор, был его личным дьяволом.

- Герр Татарский, с вами хочет поговорить сын.

Виктор услышал в телефоне голос сиделки и приглушённый голос отца:

- Какого хера ему от меня надо ещё? Я не настроен с ним разговаривать, пока он лично не нарисуется!

Звуки борьбы и жесткий голос в телефоне:

- Он сегодня не настроен на беседу, Витор.

- А мне глубоко по хер, на что этот мудак настроен, Лизбет! Живо приведи его в чувство и перезвони через десять минут.

Отключившись, Виктор сплюнул в окно и ударил кулаком по рулю, в очередной раз думая о том, что нужно было дать Тагиру в своё время кардинально решить вопрос с Татарским-старшим. Хотя, в принципе, он и сейчас живой труп. Витька помнил, каких трудов и бабла стоило провернуть всю эту авантюру со взрывом, подготовленными людьми, экспертизой, самолетом в Россию, на борту которого находился мертвый по всем документам отец.

Благо с Лизбет повезло. Через полгода, во время одной из операций в Сирии, он со своими ребятами освободил заложников, в числе которых и была женщина средних лет Лизбет Гросс. Её семья была расстреляна, и женщина решила остаться с Виктором, в котором увидела своего погибшего сына, всё равно в Германию возвращаться было некуда, да и не к кому. Когда Вик переправил отца в Россию, уже через восемь месяцев после взрыва, Лиззи вызвалась за ним присматривать и блестяще справлялась с ролью и сиделки, и тюремщика.

Виктор глянул на часы.

- Черт! Долго!

Он бросил телефон на торпеду и повернул ключ в зажигании. Мотор заурчал, и он втопил педаль газа в пол.

К обеду он уже заезжал во двор резиденции Татарских, где не был больше четырех лет. Войдя в пустой дом, он, не оглядываясь по сторонам, быстрым шагом поднялся на второй этаж в спальню отца и, открыв сейф, выгреб из него всё. Потом нашёл тайник, информацию о котором из старого мудака вытрясла Лиззи.

Тяжёлая папка перекочевала в рюкзак к остальным документам. Время изучить бумаги у него будет после того, как он отправит Ольгу и полностью обеспечит защиту дочери. Осталось заскочить к Зайкалову. Пиздец! Кто бы ему ещё вчера сказал, что он будет шароёбиться по его дому, да ещё с разрешения хозяина.

Уже через полчаса он, осторожно оглядываясь, шёл вдоль стены дома Тагира. Двери были приоткрыты. Всё обтянуто красно-белой сигнальной оградительной лентой. Чуть дальше по улице, Вик заметил мусорской серо-голубой УАЗик. Всё это указывало на то, что следаки уже шарились по дому, и гарантий того, что внутри никого нет, не было никаких.

- Сука! - цыкнул Виктор, подтягиваясь на руках, цепляясь за лепнину террасы второго этажа и быстро на неё поднимаясь.

Заглянув через окно, он убедился в том, что в комнате никого нет. Сердце болезненно сжалось, когда он понял, что за комната перед ним. Их спальня. Остановить воображение, рисовавшее картины обнажённых, переплетённых тел Тагира и Ольги на этой огромной кровати, стоило огромного труда. Повернув ручку, он выдохнул. Открыто. Широким шагом, не оглядываясь, Виктор пересёк комнату и выглянул в коридор. Никого. Стараясь держаться стены, он быстро прошёл по коридору, дошёл до балюстрады и прислушался.

Приглушённые голоса как минимум трёх человек доносились с первого этажа, периодически чередуясь с хохотом. Хорошо, что кабинет Зайкалова с сейфом находился в конце коридора на втором. Выглянув из-за угла и убедившись в том, что в холле никого не было, Вик быстро преодолел открытое пространство и двинулся вглубь коридора.

Уже через пять минут он вбил код и открыл тяжёлую дверцу, выгребая всё из сейфа и быстро складывая в рюкзак.

Дом он покинул быстро, так и оставшись для всех невидимым гостем. Уже сидя в машине, получил сообщение от Ярса, что команда собирается. Дольше всех ждать Святого, так как чудо-мальчик, снайпер от бога, забурился во Владик и на самолёт успеет сесть только вечером.