Ужжасное Поведение (ЛП) - Фейри Дж. М. - Страница 2

— Очень хорошо, — он откидывается на спинку стула. — Ты готов прожить среди этого вида больше года?

Напряжение пробегает по моему позвоночнику.

— Конечно, готов. Я понимаю, что на поиск идеальной самки может уйти время.

Мои антенны улавливают сомнение, исходящее от капитана Барбана. Но то, что этот инструктаж проходит немного скомкано, вовсе не значит, что я не готов к миссии на все сто.

Он одаривает меня долгим молчаливым взглядом, после чего качает головой:

— И последнее: повтори важность этой миссии.

Легко. Не проходит и дня, чтобы цель миссии не крутилась у меня в подсознании.

— Наша цель — создать высший вид, который с легкостью размножится и омолодит наш род. Наша цель — сделать Голубую планету лучшим домом для всех членов Колонии, снова наполнив её жизнью и научив её исконных обитателей оптимальному способу сосуществования.

Я источаю уверенность, потому что верю в эту миссию всем сердцем. Я видел, как сокращается наша популяция: последние королевы не могли дать достаточно жизней для Колонии. Страдает старшее поколение, так как молодежи не хватает для поддержания нашей промышленности и производства. Нам нужно больше потомства и новая планета с большим количеством ресурсов.

Голубая планета и её население — идеальное решение. Их атмосфера почти идентична нашей, и хотя мы выглядим по-разному, наша генетика безупречно совпадает для создания потомства. Их планета на семьдесят один процент состоит из воды и содержит больше органических материалов, чем пять наших планет вместе взятых. Можно было бы подумать, что они должны быть более развитыми и цивилизованными, учитывая всё, что может предложить им их дом. Но именно за этим мы здесь: чтобы помочь перевести их вид на новый уровень и одновременно продолжить наше существование — идеальная комбинация.

Эта миссия — лишь первый шаг в плане. Я стану первым опылителем, который принесет обратно оплодотворенный эмбрион. Наши ученые проведут тесты, чтобы убедиться, что потомство будет процветать на обеих наших планетах.

Оттуда мы будем медленно проникать к большему числу самок, свяжемся с их лидерами и докажем этим недалеким существам, что мы можем выстроить взаимовыгодные отношения. Я всего лишь первая фигура в этой игре, и к своей работе я отношусь со всей серьезностью.

Антенны капитана, должно быть, считывают мою убежденность. Он кивает и вскакивает на ноги:

— Думаю, ты готов, — он хлопает меня по плечу и протягивает свою пушистую руку.

Я встаю — почти на голову выше него — и крепко пожимаю ее.

Он постукивает пальцем по виску, активируя вживленное устройство, позволяющее нам общаться из любой точки:

— Команда, направляйтесь к шлюзу. Давайте доставим Барикса к его самке.

Глава 2: Дженнесса

Звенит колокольчик на входной двери, и я вскакиваю на ноги, выбегая из подсобки в торговый зал. По венам струится тревога; я лишь надеюсь, что вошедшему нужно что-то из моего скудного ассортимента цветов, а не то, что я не смогу достать. Пожалуйста, пусть ему будут нужны тюльпаны, повторяю я про себя.

Мое сердце падает, когда я понимаю, что это всего лишь Кент, а не покупатель.

Время близится к половине двенадцатого, а за день не было еще ни одного клиента. Это неудивительно — подобное стало привычным делом в последние несколько недель. Внутри разливается разочарование, но я стараюсь изменить выражение лица, прежде чем он это заметит.

— Привет, милый! Я не знала, что ты сегодня заглянешь.

Он вальяжно заходит в магазин и опирается на прилавок, его лицо светится улыбкой.

— Я и не планировал, но только что получил письмо от потенциального работодателя и захотел тебе показать. Подумал, можно было бы сходить куда-нибудь пообедать, чтобы это отпраздновать.

— Это здорово! Что за работа? — я улыбаюсь, изо всех сил стараясь скрыть зародившиеся сомнения. Кент никогда не хотел работу, требующую усилий, так что эта возможность, вероятно, слишком хороша, чтобы быть правдой.

— На самом деле, это просто безумие. Помнишь Тима? Мы вместе учились в старшей школе. Я не общался с ним сто лет, но вчера вечером он вышел на связь, спросил, чем я занимаюсь, и я рассказал, что ищу хорошую возможность. Должно быть, это судьба, потому что он ответил, что как раз открыл свой бизнес и хочет расширить команду.

— Ого, и что за бизнес? — спрашиваю я, протирая и без того безупречно чистый прилавок, разглядывая свое отражение на блестящей поверхности. Мои карие глаза выглядывают из-под темных кругов. Каштановые волосы до плеч выглядят сухими и безжизненными. Можно было бы подумать, что отсутствие заказов на цветы в последние несколько недель даст мне столь необходимый отдых, но я превратилась в комок нервов. Я почти не сплю, зациклившись на том, как буду платить аренду за магазин в этом месяце.

— Бизнес по продаже ножей, но сами продажи — это не то, что приносит деньги. Это скорее возможность для рекрутинга. Все, что мне нужно делать — это связываться со старыми приятелями, привлекать их к продаже ножей, а потом просто сидеть и смотреть, как капает пассивный доход.

Вот оно.

— Кент, — вздыхаю я, глядя на него снизу вверх, пока его улыбка медленно меркнет. Его загорелая кожа светится, а каждый каштановый волосок на голове идеально уложен. Хотела бы я быть такой, как он. У него нет денег, но, похоже, его это совершенно не волнует.

— Что? — спрашивает он, скрещивая свои огромные руки на широкой груди. Какая девушка не хочет парня, который качается? Но вид его мускулистой фигуры лишь напоминает мне о том, сколько времени он проводит в спортзале вместо того, чтобы искать работу.

— Сколько?

— В смысле «сколько»? Сколько за это платят? Ну, это зависит от того, сколько людей я смогу под себя подписать. Понимаешь, это как перевернутая пицца. Чем больше денег зарабатывает для меня корочка, тем больше плавится до самой верхушки. — Он складывает руки в форме треугольника, снисходительно растолковывая какую-то пацанскую версию финансовой пирамиды.

Ему двадцать семь лет, он мой ровесник. Как он мог раньше не слышать о финансовых пирамидах?

Я делаю глубокий вдох, сильнее сжимая белую тряпку в руке. Пока Кент продолжает болтать, я обвожу взглядом магазин, оценивая цветы, расставленные по периметру. Цветы всегда меня успокаивали. Я бы хотела, чтобы мой магазин был заполнен всеми моими любимцами: пионами, подсолнухами, махровыми розами. Вместо этого всё, что у меня есть — это цветы, которые никому не нужны: гвоздики, гипсофила и целая хуева туча тюльпанов.

В Нью-Йорке всё стоит дороже, а цветы и вовсе в дефиците, если только у тебя нет больших денег — чего у меня, как у владелицы нового цветочного магазина с бизнес-кредитом под высокие проценты, совершенно точно нет. Я виню в этом изменение климата, миллиардеров-повелителей или сетевые рестораны; я, блядь, не знаю. Реальность такова, что в американской мечте, блядь, хрен выспишься, если ты женщина, пытающаяся пробиться в одиночку в перенаселенном городе, где всем на тебя насрать.

По крайней мере, я не одинока. Я снова переключаю внимание на своего парня, с которым мне так «повезло».

Я вздыхаю.

— Кент, я имею в виду, во сколько это тебе обойдется? Или, точнее, мне, потому что я точно знаю: у него нет денег на финансирование очередного «бизнес-проекта».

Его глаза темнеют, а губы искривляются в недовольной гримасе.

Да начнется истерика.

— Ты всегда так делаешь, Дженнесса. Ты никогда не можешь порадоваться за меня и вечно находишь способ опустить меня с небес на землю.

— Кент, — мягко произношу я, выходя из-за прилавка и подходя к нему, надувшемуся от обиды, поглаживая его по щеке. — Ты же знаешь, я сделаю все возможное, чтобы помочь тебе встать на ноги. Просто я проявляю особую осторожность, когда дело касается людей, которые хотят тобой воспользоваться. Я не хочу, чтобы повторилось то фиаско с кредитной картой.