Современный зарубежный детектив-21. Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Коллектив авторов - Страница 500

Месяц спустя были объявлены предварительные результаты: я прошел в финал. Учительница Цуй радостно похвалила меня перед всем классом, отчего мне стало очень неловко. Моя соседка по парте Фан Лю возненавидела меня еще больше. Я заметил, что Цинь Ли вообще никак не отреагировал, не говоря уже о том, чтобы выразить какую-то радость за меня. Учительница Цуй подала заявку от имени школы, чтобы лично отвезти меня в Пекин на финал. Мои родители были взволнованы больше всех. Они решили, что их сын буквально бог литературы, что я родился под счастливой звездой. Мечты, которые не удалось осуществить им, предстояло осуществить мне. Мама отвела меня в книжный магазин и одним махом потратила целое состояние на десятки книг, которые я давно любил, но был не в состоянии купить. Отец даже распечатал мой рассказ и приклеил его скотчем к ветровому стеклу своего грузового велосипеда. Когда никто не покупал его шашлычки, он сидел и перечитывал мой рассказ снова и снова, заглядывая в словарь и отмечая карандашом незнакомые слова. Дома он уточнял, все ли правильно понял. В тот момент я видел свет в его глазах – но, к сожалению, много лет спустя оказался не в силах удержать этот свет, чтобы он и дальше освещал бесконечную тьму передо мной.

В поезде до Пекина учительница Цуй спросила меня:

– Ты впервые уезжаешь так далеко от дома?

Я ответил:

– Я вообще впервые уехал из дома.

Учительница Цуй сказала, что когда-нибудь я смогу поступить в Пекинский университет и что юноши должны стремиться вырваться в большой мир. Я ответил:

– Я, наверное, даже в старшую школу не поступлю. У меня плохие оценки по математике, физике и химии.

– Я в курсе, твоя мама рассказала мне об этом и о твоей семейной ситуации. Не волнуйся. Когда мы вернемся, я найду учителей, которые будут дополнительно заниматься с тобой дважды в неделю. У тебя еще два семестра, наверстаешь потихоньку. Что касается китайского, то твоя сильная сторона – сочинение, и ты можешь улучшить свои базовые знания как минимум баллов на десять. В общем, надежда есть.

– Спасибо, учительница Цуй, – сказал я.

Она продолжила:

– У меня для тебя хорошие новости. Я сообщила о твоей ситуации руководству школы. Наша школа специализируется на точных и естественных науках, но, если ты сможешь выиграть приз на конкурсе эссе, это поднимет престиж школы. Руководство согласилось на мое предложение и даст тебе дополнительные баллы на вступительном экзамене в старшую школу в следующем году. Сколько конкретно баллов, обсудим позже. Я не сказала тебе об этом раньше, чтобы ты не слишком переживал насчет завтрашнего конкурса. В любом случае, как учитель китайского языка, я восхищаюсь тобой и не хочу, чтобы такой талант пропал зря. Ты понимаешь?

– Понимаю.

– Вы с Цинь Ли хорошие друзья, верно?

– Ага, еще с начальной школы.

– Я немного знаю о его семье, некоторые одноклассники сплетничают о нем…

– Цинь Ли – неплохой парень.

– Я понимаю, но он немного не такой, как все. Не обращает внимания на переживания других и серьезно мешает остальным… К тому же у него проблемы с успеваемостью. Руководство школы уже подумывает принять меры относительно него.

– Какие?

– Пока не знаю. Просто сделай вид, что ничего не слышал. Не говори никому, когда вернешься домой, даже Цинь Ли. На самом деле я знаю о драке между ним и Ли Яном в классе в прошлом семестре. Мать Ли Яна мне потом жаловалась. Я также слышала, что и ты чуть в нее не ввязался…

– Не чуть, а ввязался. Если будут приняты какие-то дисциплинарные меры, я тоже должен ответить.

– Не бойся. Не будем вспоминать прошлое. Однако я искренне хочу напомнить тебе: контролировать тебя вне школы я не могу, но в школе ты не должен попасть под его влияние и сделать что-то неподобающее. Если руководство школы узнает об этом, мне будет сложно получить для тебя дополнительные баллы. Понимаешь, что я имею в виду?

– Понимаю.

– Это хорошо.

…В тот день, когда я был на конкурсе в Пекине, Цинь Ли исчез из школы. Точнее сказать, не сам исчез, а его подставили. В тот день школа организовала генеральную уборку. Ученикам восьмого класса нужно было заменить парты и стулья новыми, а старые парты и стулья перенести в подвальное помещение школы. На самом деле это было бомбоубежище, вырытое во время войны с Японией. История школы «Юйин» насчитывает более семидесяти лет, и эти бомбоубежища ученики когда-то рыли вместе с солдатами. Говорили, что они соединяли весь центр города, образуя разветвленную сеть. О таинственных подземных бомбоубежищах ходили разные слухи; кое-кто из учеников даже сочинял страшные истории о привидениях, утверждая, что там бродят духи павших солдат. Это были всего лишь легенды, потому что ни один ученик никогда туда не спускался. Вход в бомбоубежище находился на спортплощадке – металлическая дверь, уходящая под землю. В тот год, когда я поступил в школу, было решено отремонтировать бомбоубежище и использовать его как склад для неиспользуемых парт, стульев и физкультурного инвентаря. В тот день таинственная дверь наконец открылась для учеников. Восьмиклассники начали переносить старые парты и стулья, издалека напоминая муравьев, перетаскивающих добычу. В отсутствие учительницы Цуй наш класс перетаскивал мебель самостоятельно. Каждый работал с соседом по парте, только Цинь Ли все делал в одиночку. По словам Фэн Сюэцзяо, девочки почти никак не участвовали в этом процессе; всю мебель носили мальчики. Вернувшись в класс, Ли Ян и двое других мальчишек рассказали, как они посмеялись над Цинь Ли: заперли его в коридоре бомбоубежища. Они даже спросили Цинь Ли через толстую железную дверь, закрытую на засов, сдается ли он, и, если сдается, они его выпустят. Моей первой реакцией было: они совершенно не знают Цинь Ли. Фэн Сюэцзяо сказала: «Да». Поскольку Цинь Ли не произнес ни слова из-за железной двери, они решили проучить его и ушли, собираясь вернуться через пару часов. Но когда спустились вниз открыть дверь, то обнаружили, что Цинь Ли там нет. Все перепугались. Чем глубже они спускались, тем темнее становилось, и они понятия не имели, какой длины коридор. Вскоре все в страхе вернулись назад. Никто не осмелился сообщить об этом учителям. Самый робкий из мальчишек даже расплакался и стал кричать: а вдруг Цинь Ли там задохнулся или его похитил призрак? Я спросил Фэн Сюэцзяо:

– А ты что?

– Я хотела вызвать полицию, – ответила она.

Я подколол ее:

– Зачем вызывать полицию, почему бы просто не рассказать отцу?

– Я колебалась, поэтому сначала обсудила это с Гао Лэем.

– И что сказал Гао Лэй?

– То же самое, что и ты: они плохо знают Цинь Ли. Мы договорились по очереди звонить ему домой, и, если после восьми часов вечера от него не будет вестей, я сообщу отцу. В результате еще до восьми часов позвонила Хуан Шу и сказала, что Цинь Ли у нее и что с ним все в порядке.

Фэн Сюэцзяо вздохнула и сказала, что Цинь Ли действительно очень крут.

На следующее утро он вошел в класс вовремя, как будто ничего не произошло. Ли Ян и остальные были в шоке.

Вскоре после этого мы впятером стояли плечом к плечу у входа в бомбоубежище на спортплощадке Медицинского университета, и Цинь Ли успокаивал нас:

– Не бойтесь, я уже здесь бывал. Здесь темно, но дорогу я запомнил. Это бомбоубежище соединено с теми, что находятся под средней школой «Юйин» и начальной школой номер один района Хэпин. Вместе эти подземные туннели тянутся километров на десять через центр города.

Цинь Ли рассказал, что в тот день, когда его заперли, он провел под землей четыре часа, пробираясь в темноте на ощупь от спортплощадки средней школы «Юйин» до спортплощадки медицинского университета. Когда попытался выйти, то обнаружил, что металлическая крышка выхода заперта снаружи на полуразвалившийся замок. К счастью, он нашел под ногами кирпич, сломал замок и вышел на свет. Я спросил Цинь Ли:

– Тебе не было страшно там в темноте?

– Сначала было немного, но, когда прошел несколько шагов по стеночке, уже нет, потому что дальше темнее не становилось.