Мужья и жены - Потапова Татьяна - Страница 41

Урод! Все взялись ее пугать. В этом мире живут одни козлы! Ну ничего, она еще найдет способ всех построить. Вставит им пистоны! В ногах будут валяться!

А что делать сейчас?

Ну в конце концов не зря же она жила на свете двадцать восемь лет. Чему-то научилась.

Руки уже не дрожали, Марина сумела успокоиться.

— Андрей, — сказала она по телефону и внесла в голос плачущие нотки. — У меня страшная беда. С мамой Только что позвонили. Ее без сознания увезли в больницу, — Марина повсхлипывала. — Нужна срочная операция. Но бесплатно отказываются делать. Требуют двадцать тысяч долларов.

— А что с ней случилось? Что за цены такие?

— Сердце, — сказала Марина первое, что пришло в голову, — это всегда дорого. Мне нужно срочно выезжать. Сегодня же.

— Я что-нибудь придумаю, — растерянно сказал Андрей.

— Через пару часов буду у тебя. Не волнуйся, возьму тачку и на ней — сразу на вокзал. Помоги мне. — В последние слова она вложила все свои чувства. — Может быть, займешь где-нибудь? — подсказала она выход.

— Я все сделаю.

Отлично! Жаль, что она не стала актрисой. Сейчас Андрей подсуетится и хоть что-нибудь наскребет. Главное — застать его врасплох, пока он не обдумал ситуацию. Теперь срочно собираться.

Марина вернулась в гардеробную и оглядела ее оценивающим взглядом. Так, шубы можно продать. Что еще есть ценного? Пара вечерних платьев — явно дорогие. Новые сапоги с фирменными этикетками.

Теперь в другие комнаты. Где они хранят драгоценности? В спальне она нашла набор из сережек, кольца и кулона с изумрудом и мужской перстень. Запихнув все в сумки, Марина позвонила и заказала такси.

Надо бежать из этого города. Она поедет в Питер, там у нее есть родственники, которых Марина помнила по далекому детству и знала от матери, что те живы-здоровы. Приютят на пару дней. Есть и еще один влиятельный знакомый, который часто ездил в командировки в столицу и был очень неравнодушен к Марине. Вряд ли он ее забыл. Вот и пригодится на первых порах. А там… Питер — большой город, и он населен огромным количеством мужчин.

Вот только надо нейтрализовать Андрея. Кто знает… Обнаружит, что из его дома кое-что пропало, и обратится в милицию. Этого ей не надо.

С другой стороны, он понятия не имеет, что забрала с собой его жена, а что нет — сам рассказывал. Пусть потом разбираются. И пусть скажет спасибо, что она не покушается ни на технику, ни на что другое. Тяжеловато тащить. При других обстоятельствах…

Марина нашла лист бумаги и быстро написала:

«Мой дорогой, любимый! Прости меня за все! Я скрыла от тебя одну вещь — у меня есть муж, с которым я давно не живу. Но он разыскал меня, угрожает убить, если не вернусь к нему. Он страшный человек, влиятельный, с ним лучше не связываться. Хочу оградить тебя от всех неприятностей. Позвоню, когда смогу. И все объясню. Оставляю тебе свое кольцо, — она стащила с пальца дешевую змейку, — чтобы ты меня не забывал, а себе беру твое колечко — единственная память о тебе. Не ищи меня. Это может стоить и тебе жизни. Люблю и верю, что мы все-таки будем вместе».

Она осталась довольна написанным. Пусть ждет. А вдруг она и правда вернется? Жизнь так непредсказуема. Разлука сделает и без того сильные чувства Андрея к ней еще острее.

Марина оставила записку в спальне на тумбочке и вышла на улицу, где уже ждало подъехавшее такси.

— Помогите мне вынести вещи, — попросила она водителя.

Тот с готовностью перетаскал сумки.

— В отпуск? — поинтересовался он.

— Да. Сейчас заедем в одно место, а потом сразу на вокзал.

Машина тронулась, и Марина даже не оглянулась на покинутый ею дом, который так и не стал ей родным.

…Ближайший поезд в Питер уходил через полчаса. Марина с вокзала позвонила родственникам.

— Мы так рады, — отозвалась тетка. — Приезжай, конечно. Я приготовлю голубцы — ты в детстве их так любила.

Все шло как нельзя лучше. Правда, Андрей отдал ей только десять тысяч. Но она с такой страстью и благодарностью поцеловала его, словно это был миллион. Андрей попросил написать телефон и адрес мамы, но Марина ловко увернулась, сказав, что опаздывает на поезд и позвонит сразу, как приедет.

Проклятые шантажисты останутся с носом. Они будут искать ее только здесь, потому что ничего не знают про Питер. А она, может быть, рванет, потом еще дальше. Рядом Финляндия, горячие финские парни, да мало ли еще всяких возможностей. Ну не получилось в Москве, так свет клином на ней не сошелся. Мир большой. И неужели для нее, Марины, в нем не найдется уютного местечка? Пока она молода, красива, здорова и уже закалена жизнью — всегда есть шанс. А она в свой шанс верит. Не зря же на ее долю выпало столько испытаний! Когда-нибудь начнется и белая полоса. И Марина чувствует, что стоит уже на ее пороге.

Она с облегчением покидала Москву. И когда поезд тронулся, пошла в вагон-ресторан, чтобы отметить начало новою витка ее жизни.

Глава двадцать пятая

Наташа разложила перед собой бумаги с официальным приглашением от мистера Грэга Донована. Заполненные бланки не вызывали ничего, кроме тревожных чувств.

За пару недель до этого Грэг звонил. С помощью знакомого-переводчика, который оказался москвичом-эмигрантом, уехавшим в США на волне начала перестройки, он сказал, что все время вспоминает ее, Россию, Москву, что его родственники и знакомые в курсе, как Наташа делает котлеты и варит борщ. Дальше переводчик долго рассыпался в извинениях от имени Грэга, который не хочет обидеть своей нетактичностью Наташу, но он поделился с собственным отцом ее большой проблемой. К сожалению, Грэг не сумел все описать в полной мере, так как не знает подробностей. Тем более она должна приехать сама — отец готов обследовать такую милую русскую женщину в своей клинике. И пусть она не беспокоится о расходах — их возьмет на себя принимающая сторона.

Тут переводчик не выдержал и добавил собственный комментарий:

— Вам крупно повезло. Медицинские услуги здесь очень дорогие.

Наташа повторяла:

— Спасибо, спасибо… Не стоило так беспокоиться… Я пока не знаю… Я не уверена, что это необходимо…

И тогда переводчик строго сказал:

— Он удивлен. Вы совсем не рады. Он думал, что вас мучает ваша проблема. Он хотел помочь. Но в любом случае он ждет вас в гости. Вы были гостеприимны, он хочет отплатить вам тем же.

— Я рада, я благодарна. — залепетала Наташа. — Но у меня работа, всякие обязанности…

— Он понимает, — успокоил переводчик и передал трубку Грэгу.

— Наташа, — сказал тот на русском языке с сильнейшим акцентом, — я тебя люблю и целую. До встречи.

И она долго не могла прийти в себя, ошеломленная и последними словами, и всем разговором.

А теперь пришли бумаги…

Все как в сказках о неожиданной встрече, вырастающей в большое и светлое чувство, которые так любит рассказывать Машка. Нo Наташа сказками давно не интересовалась.

Она, наверное, ненормальная. Или что-то случилось с ней после истории с Андреем? Когда поселилась в ней эта тревожность, которая мешает радоваться, которая опутывает беспокойством каждое событие, каждый приходящий день? Во всем хорошем она словно видит угрозу лично для себя: вот только что ей сказали добрые слова, а завтра кто-то ждет ее за углом с пыльным мешком. которым огреют по голове, да так, что она долго не сможет смотреть на солнечный свет. Будто бы за любую маленькую приятность ей придется расплачиваться, и плата окажется ужасной.

Перелистнув в очередной раз бумаги, Наташу вдруг словно осенило. Да, вот в чем дело! Как же она сразу не поняла! Вот почему в ней такое сопротивление — и Грэгу, и этой далекой Америке, и столь лестному вниманию. Теперь ей не нужно беспокоиться об отсутствии детей! Ведь этих детей не от кого заводить! У нее больше нет семьи. Нет мужа. Не будет отца у ребенка. У нее нет даже собственного дома. Тогда какой смысл в поездке, в лечении, в переживаниях по этому поводу? Надо смириться и как-то дожить свою жизнь — вытянуть этот несчастный рыбный цех, открыть еще один, заработать денег…