Вакцина любви - Дункан Дейдра - Страница 4

Мысли у меня приходят в полный беспорядок.

Трахаюсь, чтобы продвинуться наверх? Почему они так обо мне думают?

Я опускаю взгляд на свое красное платье и эффектные туфли.

А может…

Нет. Дело не в сегодняшнем вечере и не в том, как я выгляжу. Это предвзятое отношение связано с чем-то другим.

Я не использую секс, чтобы продвинуться в жизни. Более того, я вообще не занимаюсь им уже два года, потому что мой последний раз закончился катастрофой.

«Это как трахать Снежную Королеву».

Нет уж, спасибо. Повторять этот опыт я не намерена. Мое либидо сейчас в состоянии глубокого покоя. Точнее, было в нем, пока минут десять назад у меня перед лицом не возникла дьявольски соблазнительная рука.

Кто же знал, что руки могут быть такими привлекательными?

Но потом он просто ушел…

Иисусе! Все потому, что он тоже в курсе этих сплетен, не так ли?

Я впиваюсь ногтями в ладони, оставляя на них красные полумесяцы, и выхожу на свет, уперев руку в отставленное бедро. В груди будто стягивается узел, а по коже бегут ледяные мурашки, но гнев при воспоминании о моем бывшем парне превращает бабочек в рой разъяренных шершней.

Джулиан переводит на меня взгляд темных глаз, задерживаясь на лице. Он толкает Ашера локтем, тот поворачивается, и его улыбка тут же гаснет. Рядом с ними стоят еще двое мужчин-ординаторов.

– И что это сейчас было? – Мой голос звучит резко, как удар хлыста.

Никто из них не реагирует.

Между нами потрескивает костер. Жар и дым пропитывают воздух терпким запахом жженого кедра.

– Кто сказал вам, что я продвигаюсь по карьерной лестнице через постель?

– Эм… – Ашер нервно потирает шею и смотрит на остальных. Неужели он думает, что у них есть волшебная палочка, чтобы его спасти? Не-а, дружище. Ты влип. – Ты, наверное, ослышалась…

Я качаю головой, и предательская слеза скатывается по щеке.

– Нет, я полагаю, что услышала все предельно ясно.

Снова молчание.

– Это неправда, – говорю я, смахивая слезу тыльной стороной ладони.

Джулиан отворачивается. Четкий контур его челюсти отбрасывает тень ему на шею. Остальные нервно обмениваются взглядами, явно сбитые с толку появлением разгневанной женщины.

Я направляюсь к ним, и мои каблуки отбивают четкий ритм по травертиновым плитам[12].

– Что именно вы слышали?

Лицо Ашера приобретает выражение человека, которому нужно сообщить своей девушке, что у него ЗППП, а заразился он не от нее.

– Я не… знаю…

Самый высокий из четверых встречается со мной взглядом. Это Кай Камписи, коллега-интерн, я узнаю его по профилю из социальной сети.

– Говорят, что ты получила свое место не совсем честным путем.

Он еще даже не приступил к интернатуре, но уже наслушался обо мне подобного?

Сердце у меня колотится как бешеное, а кровь отливает от головы, что вызывает головокружение. Четыре расплывчатые фигуры колышутся в мареве над костром, и, когда на глаза наворачиваются слезы, мир вокруг начинает сверкать.

В сознании проносится целый калейдоскоп подобных унизительных моментов. Старшеклассники с их сальными смешками, мечтающие о стриптизе в моем исполнении. Однокурсники из колледжа, небрежно намекающие на то, что мне никогда не понадобятся студенческие кредиты. Вышибала в клубе, проверяющий мои права и интересующийся, не я ли та самая Сапфир Роуз с известного порносайта.

А после медицинский университет… И Мэтт…

Ох…

– Я попала в эту программу не через постель. – Голос у меня дрожит, но я хочу, чтобы эти слова были произнесены, даже если мне не поверят. – Понятия не имею, кто сказал это обо мне и зачем, но я упорно трудилась, чтобы оказаться здесь. У меня высокий средний балл и превосходные результаты тестов. Я делала все, что от меня требовалось, и честно заслужила свое место. Даже если меня зовут Сапфир Роуз.

Кай склоняет голову, изучая меня с легкой улыбкой.

– Задай им, детка, – бормочет он.

Лицо Ашера мгновенно бледнеет.

– Эй, расслабься, – выдавливает он.

– Расслабиться? – Я топаю ногой. – Ты это серьезно?

Мужчина, которого я мысленно окрестила Низким Голосом, смотрит в землю, скрестив на груди мощные руки.

Джулиан замирает, и свет костра сверкает в его глазах, будто адское пламя. Рот у него плотно сжат. Он прикусывает нижнюю губу и постукивает пальцем по наполненному пластиковому стаканчику в руке.

На мгновение меня охватывает безумное желание выхватить стакан и плеснуть содержимое ему в лицо. Так и представляю, как красное вино стекает по его волевой челюсти, пропитывая серую рубашку на пуговицах и нарушая этот его безупречный вид.

Это послужило бы ему хорошим уроком. Ведь именно поэтому он так внезапно ушел. Вначале был таким милым, улыбчивым и даже заигрывал, а как только услышал мое настоящее имя, вынес поспешное несправедливое суждение, основанное на беспочвенных слухах.

Какой же он козел.

Бросаю на него испепеляющий взгляд.

– Я ничего тебе не сделала. Ты ни черта обо мне не знаешь, но судишь меня по слухам? Это низко.

В груди бешено колотится сердце. Я резко разворачиваюсь и иду прочь, обходя дом с задней стороны, чтобы не столкнуться с остальными гостями. Когда я иду к машине, мои безвозвратно испорченные туфли проваливаются в газон, а по щекам ручьем текут слезы.

Ну почему я, черт возьми, не воспользовалась водостойкой тушью?

Оказавшись рядом с машиной, я замираю, услышав голос окликнувшего меня Джулиана. Оглянувшись через плечо, я вижу, как он бежит ко мне.

– Сапфир…

– Меня зовут Грейс, – холодно поправляю я, вытирая слезы тыльной стороной ладони.

– Точно. Черт. – Он роняет свой пластиковый стакан на землю, отчего вино расплескивается по асфальту, и протягивает мне смятую коктейльную салфетку. – Послушай, я сожа…

– И с кем же мне пришлось переспать, чтобы получить это место? – спрашиваю я, глядя на его примирительный жест с ледяным презрением.

Салфетку я, разумеется, не принимаю.

Джулиан замирает в трех шагах от меня:

– Что?

– Какую шишку я якобы охмурила, чтобы сюда попасть?

Он проводит рукой по волосам, взъерошивая темные пряди, упавшие на лоб.

– Я не знаю. И это не имеет значения…

– Еще как имеет. Забавно, что ты не осудил гипотетического мужчину в этом сценарии. Только женщину.

Его темные глаза расширяются.

– Это не так… откуда тебе знать, кого и за что я осудил?

– Потому что ты прекратил наш разговор на полуслове. Это выглядело довольно осуждающе.

– Это не то, что я… это не…

Он проводит рукой по лицу.

Да-да, парень. Ты уже раскрыл свои карты, а у меня на руках выигрышная комбинация.

– Такие мужчины, как ты, – причина, по которой женщины не могут добиться успеха.

Джулиан склоняет голову, и в голосе у него появляется сталь:

– Такие мужчины, как я?

– Мизогинисты. Мужчины, которые обвиняют женщин в том, чего они не совершали. Мужчины, которые полагают, что раз я красивая, в красном платье и с именем порнозвезды, то раздвину ноги перед кем угодно, если это может принести мне выгоду. Ты, по сути, назвал меня потаскухой.

– Разве я произнес эти слова? Ничего подобного я не говорил. Я просто не хочу быть замешанным в скандалах, поэтому и ушел. Мне жаль, что это задело твои чув…

– Говорят, есть два типа мужчин, которые становятся гинекологами, Джулиан. Те, кто любит женщин, и те, кто их ненавидит.

В полумраке его кривая улыбка кажется дьявольской.

– И ты думаешь, что я отношусь к последним? На основании одного лишь разговора и недоразумения?

– Первое впечатление формируется очень быстро.

Его грудь сотрясается от низкого злого смеха, и он рывком сокращает расстояние между нами.

– Могу сказать то же самое о тебе. Ты устроила истерику перед кучей незнакомцев вместо того, чтобы обратиться к нам как разумный человек. Ты, по сути, просто топнула ножкой и гордо удалилась, взмахнув волосами.