"Фантастика 2026-93". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Басловяк Иван - Страница 109

Я попросил князя Вито моего виконтом записать. Хоть это и не испанский титул, но кому какая разница! Вот только какую сыну специализацию выбрать – не знаю. В этом возрасте мальчишки много кем мечтают стать. Помнится, одно время он на ювелира хотел у Моисея учиться. Насмотрелся, как тот изумруды подрезает, шлифует да в оправы вставляет, создавая из невзрачных на первый взгляд камешков произведения подлинного искусства. Только немота мешала. Но Киса своим появлением помогла ему преодолеть нервный шок от вида гибели родителей. Сынуля заговорил, а желание стать ювелиром пропало. Появилось другое – стать моряком, как дядя Рамон. Наслушался рассказов конченного моремана о штормах да песнях ветров в парусах. Романтика! Но и это как-то незаметно прошло, уступив место желанию стать как минимум командиром разведывательно-диверсионного отряда. Потому, как только дорос до нужной для приема в курсанты отметки на мерной линейке бывшего десантника, а ныне командира курсантского взвода Михаила Стрижа, спросив моего разрешения, побежал записываться. Считай, уже год служит. Числится вторым во взводе по успеваемости. Скоро выпускные экзамены. Двадцать лучших курсантов из трех взводов получат повышение в звании. Из них пятнадцать станут десятниками, трое – заместителями командиров взводов, а двое, самых-самых! – помощниками заместителя командира роты. Так что пусть пока будет военным, но у меня зреет мыслишка сделать Вито контрразведчиком. Шпионов разных, а их уже сейчас в Новороссийске Уругвайском хватает, вылавливать. С его способностями это будет самое то!

Вечер закончился, как и все остальные, когда я был дома: уснули мы с Ларитой только под утро.

Глава 6

А утро принесло каракку, флейт и тревожные вести. В комнату, где я завтракал вместе с женой, дочерью, Вито и Маркелом, вошел вестовой. Комендант крепости кабальеро Пантелеймон просил меня срочно прибыть в порт. Чмокнув в щечки своих девчонок, я вместе с холопом вышел во двор. Конюхи уже оседлали коней и ждали возле крыльца. Путь до порта, строившегося одновременно с крепостью и принявшего уже достаточно цивилизованный для этого времени вид, занял немного времени. Спешились на выложенном из каменных блоков пирсе для швартовки мелкосидящих кораблей и баркасов. Мол, уходивший в бухту и предназначенный для швартовки больших кораблей, еще только строился и пока представлял собой неширокую каменную насыпь. Впоследствии планировалось облицевать насыпь каменными блоками, построив нормальную причальную стенку. Установить на ней подъемные краны и проложить дорогу к складам. Работа трудная и шла медленно. Но шла. А пока корабли стояли на якорях в бухте, где разгружались на плоскодонные гребные плашкоуты. С них же производилась и погрузка на суда купленных у нас товаров.

В бухте стояли флейт и каракка. Последняя носила следы артиллерийского обстрела и ремонта на скорую руку. Рядом со мной на пирсе стояли князь и Пантелеймон со своими подручными.

– Сейчас узнаем, что случилось, – промолвил князь.

Шлюпки с пришедших кораблей уже ошвартовались и на берег поднялись Рамон, Жилин и дон Педро.

– А дон Мигель? – прозвучало чуть ли не хором.

Прибывшие мореходы стянули с голов шляпы.

– Дон Мигель погиб в бою, – произнес дон Педро.

– Что случилось? Коротко!

– Каракка была атакована испанским военным галеоном, – сказал дон Педро. – Дон Рамон помог нам удрать, сбил галеону бушприт и наделал дырок в шкуре. Да и мы постарались. Мы ушли, а галеон к берегу притулился, миль восемьдесят отсюда. Ремонтируется.

– Поехали в крепость! – распорядился князь. – Пантелеймон Иванович, снаряди баркас, полсотни разведчиков Шатуна в него в полном боевом. Его самого – ко мне. Быстро! И организуй разгрузку флейта.

– Я Вито с Шатуном пошлю. Для связи, – добавил я и мыслеречью предал сыну приказ срочного сбора.

Кивком головы князь отпустил коменданта, а мы поскакали в крепость. Небольшая цитадель, обращенная в сторону залива, была уже построена и обжита. В скальной породе выдолблены глубокий арсенал, казнохранилище, помещения для припасов и укрытия людей в случае осады. Имелся глубокий колодец с пресной холодной во все времена года водой. Территория крепости обнесена семиметровой высоты стеной. На ней устроены открытые артиллерийские позиции, а в самой цитадели – казематы, что исключало потери при бомбардировке крепости вражеской артиллерией. Правда, тяжелых крепостных орудий у нас небыло, ставили те, что имелись. Но позиций оборудовали с запасом, надеясь, что пушки у нас все же будут. А рядом с пушками, в казармах, располагались стрельцы и артиллеристы. Цитадель, стараниями нанятого в Буэнос-Айресе непонятно как там оказавшегося инженера-фортификатора, была столь грамотно вписана в береговой пейзаж, что сливалась с ним и обнаруживалась лишь на расстоянии, исключавшем возможность быстрого выхода судна из-под обстрела. Сейчас этот инженер возводил еще одно укрепление на острове Щит, что раньше носил испанское название «Бочонок для сухарей». Странный народ, эти испанцы!

Там же, в цитадели, находилась и резиденция князя. В нее мы и вошли. В просторном, ни чем не отделанном зале был накрыт стол. Камин весело потрескивал поленьями. Горело множество факелов, а на столе стояли зажженные свечи. Окон небольшого размера, служивших скорее бойницами, было всего два, и выходили они на север, во двор цитадели. Света пропускали мало, потому факелы и свечи были к месту. Взятые князем в услужение индеанки приняли у вошедших плащи и шляпы, наполнили вином глиняные бокалы и, поклонившись, вышли. Резиденция князя и все, в ней находящееся, предназначалось для выполнения военных функций, а не для пиров с гостями. Отсюда и спартанская простота в убранстве и посуде.

Не обращая внимания на вино, все расселись вокруг стола, и князь приказал:

– Докладывайте! Сидите, – тут же добавил он, увидев, что Рамон пытается встать.

– От Канарских островов мы вышли в составе испанского конвоя, – начал рассказ капитан. – Неделю шли все вместе. Потом в течение недели из него исчезло несколько кораблей. Нам тоже надо было выйти из конвоя. Ведь он шел к гавани Вера Крус, что нас совсем не устраивало. Темной ночью мы и каракка дона Мигеля, обменявшись условленными сигналами, ушли с общего курса. Утром только паруса на горизонте свидетельствовали о том, что в океане помимо нас еще кто-то есть. Но вскоре и они пропали. Через неделю плавания налетел шторм, и мы потеряли друг друга. Дальше шли порознь. Шторм, то затихая, то вновь набирая силу, бушевал почти декаду, но своей силой помог сэкономить почти полмесяца пути. Еще неделю по тихой погоде шли по океану никого не встретив. Но как-то на рассвете марсовый доложил, что слышит пушечные выстрелы с юго-запада. Я изменил курс, и мы пошли на звуки боя. Как оказалось, не зря.

Дон Рамон взял бокал и отпил из него, потом продолжил:

– Марсовый прокричал, что видит морской бой. Мы поспешили к месту сражения и увидели, что испанский галеон обстреливает каракку дона Мигеля. Мы ее сразу узнали, только не поняли причину нападения. Испанский двухдечный галеон водоизмещением 600–700 тонн увлеченно палил по каракке и моего подхода не заметил. Приблизившись на пушечный выстрел к увлекшемуся обстрелом агрессору, я дал залп правым бортом, а потом повернул флейт галфвинд и смог выстрелить из кормовых орудий.

– Мой залп был весьма удачен. Ядра хорошо прошлись по его орудийному деку и верхней палубе. А двадцатичетырехфунтовые кормовые каноны сбили у галеона бушприт с блиндом, в щепки разнеся полуют, и проделали серьезную дыру в его носовой части, на уровне погонных орудий. Я успел дать два кормовых залпа, оба достигли цели. Галеон же не успел сделать по флейту ни одного выстрела. Пока я своими выстрелами отвлекал внимание врага, каракка смогла выйти из-под обстрела.

– На тот момент дон Мигель был уже убит. – Мрачно посмотрев на князя, а потом опустив глаза, глухо произнес дон Педро. – Проклятое ядро этого проклятого галеона отрубило ему обе ноги. Эти сволочи подошли близко, имея на мачтах и корме испанские флаги. Да и сам галеон – испанской постройки. И на квартердеке стояли люди в испанских доспехах! Никто не думал, что они станут стрелять. Потому капитан их и подпустил так близко. Первым же залпом галеон вымел с нашей палубы все и всех, включая капитана. Я уцелел и успел перехватить управление и изменить курс, да и оставшиеся в живых артиллеристы нижнего дека ответили залпом из десяти кулеврин. Дон Мигель, царствие ему небесное, в свое время решил усилить артиллерию каракки и прикупил в Амстердаме пушек калибром посерьезнее, чем у него были, и пушкарей гонял на тренировках частых. Вот сейчас это и пригодилось. Все десять ядер попали в борт иудиного корабля. Тот отвалил в сторону, а я скомандовал увеличить ход. Матросы кинулись переставлять паруса. Каракка – торговое судно, и соревноваться в скорости с военным кораблем было смешно. Но надежда на благоприятный исход всегда живет в сердце и умирает последней! Нам повезло. Дон Рамон вовремя подошел и огонь открыл.