"Фантастика 2026-93". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Басловяк Иван - Страница 237

«Ну вот, — подумал я. — Начинается».

Но бросить его одного я не мог. Надо хотя бы помочь другу. Я подошёл к нему и подал руку, чтобы он мог подняться. Потом повернулся к бугаю.

— Слышь ты, — сказал я, — грабли не распускай.

— А то что? — набычился тот.

— Поедешь на пятнадцать суток, — сказал я и машинально сунул руку в карман.

И тут понял — удостоверения нет. Дома оно.

— Ха! — заржал бугай. — Ты чё, мент, что ли? А где твоя ксива? Чего молчишь, урод?

Он толкнул меня в грудь.

Я был не настолько ещё охмелевший. Устоял, только отшатнулся назад.

— Осторожно, Егор! — взвизгнула Иби, испугавшись, что я упаду и ударюсь головой о металлический борт.

— Загрузи методичку по карате, — мысленно сказал я.

— Что ты несёшь? — тут же отрезала она. — Какая методичка по карате? Сейчас не девяностые. Нет таких методичек, и всё это фуфло.

— О, как ты заговорила, — буркнул я. — Прям как наши девчонки в клубе.

— А-а! Они уже «наши»? — возмутилась Иби.

— Ну загрузи что-нибудь другое. Там… фильмы про Джеки Чана.

— Господи, Егор, — раздражённо сказала она. — Это так не работает. Это надо тренироваться.

Бугай сделал шаг ко мне.

Толпа затаила дыхание.

— Ай! Осторожно! — тут же закричала Иби.

Бугай, увидев, что я устоял, шагнул ближе и замахнулся. Секунда, и его кулак летел прямо мне в лицо. Не знаю как, но, получив предупреждение, я в самый последний момент ушёл с линии удара. Голова скользнула в сторону, так что кулак — вжух! — просвистел у самого уха.

А мой кулак будто сам по себе тут же врезался ему в живот.

Р-раз!

Второй удар — снова в корпус. Он согнулся.

Третий — боковой, в скулу.

Два и три!

Я никогда раньше не бил людей. Никого не бил. Это был мой первый. Удар у меня не был поставлен, но каким-то образом я подкрутил пятку, корпус, перенёс вес тела и вложил всё в удар, как будто делал это не первый год.

Как я это сделал — не знаю. Но подозреваю, что телом управляла Иби. Сам бы я до такого не додумался. Тем более спьяну.

Хрясь!

Бугай рухнул на палубу бесчувственной тушей. Народ зашумел, кто-то присвистнул, но к нему никто не подошёл. Зато подбежали охранники.

— Уходим, — сказала Иби. — Уходим сейчас.

Я нырнул в толпу и растворился в ней. Бугая подняли, привели в чувство и куда-то увели.

— Ну ты, Егор, даешь! — восхищённо заорал Антон. — Девочки, вы видели? Это мой друг! Это Фомка, мой друг! И если кто полезет к нам, он мигом тому рыло начистит!

Мы снова плюхнулись на диванчики, и я только краем уха слышал какие-то сигналы от Иби. Антон и девчонки наперебой обсуждали инцидент и смеялись.

Голова у меня слегка кружилась. Видимо, за эти секунды я выложился по полной.

— Пойду подышу, — сказал я. — И от музыки отдохну.

— Жень, составь ему компанию, — распорядился Антон.

— Да не, — отмахнулся я. — Я один. Сейчас вернусь.

Я встал и пошёл к выходу на корму, чувствуя, как адреналин медленно отпускает, а внутри остаётся странное, непривычное ощущение.

Я только что дрался.

И победил.

Я спустился на нижнюю палубу. Там действительно было куда тише. Привалился к бортику, вдохнул прохладный воздух.

— Иби, — сказал я. — Спасибо.

— За что? — ответила она.

— Ну… разве это не ты подточила мои рефлексы?

— Не знаю, — сказала Иби. — Я так испугалась, что ничего и не помню.

— То помню, то не помню… — хмыкнул я. — Ну точно как настоящая женщина.

— Эй, — тихо сказала она. — Сзади кто-то есть.

Я повернулся.

Тот самый субъект. Не бугай с претензиями, а тот, что весь вечер наблюдал за нами. Он, выходит, следом за мной спустился на нижнюю палубу и теперь подошёл ближе. Прищуренные глаза, колючий взгляд. Подбородок и вся нижняя часть лица выглядели будто обломок кирпича — так и хотелось проверить на ощупь, может, он весь шершавый и холодный. Дорогой костюм, лысая голова, как у Джейсона Стетхэма. Сейчас, наверное, изречёт какую-нибудь мудрость вроде: никто тебе не друг, кроме друга.

— Извините, — очень вежливо проговорил он.

Я поспешил откинуть пьяные дурашливые мысли. Потому что в этой вежливости была холодная, неискренняя пустота.

— У вас не будет закурить?

Он сокращал дистанцию, подходил всё ближе. И чем я ему так интересен?

— У него что-то в рукаве, — прошептала Иби. — Егор, убегай.

— С чего я бегать буду? — мысленно ответил я. — Ты видела, как я с тем бугаём разобра…

Но договорить я не успел.

— Осторожно! — закричала Иби.

Я увидел блеск ножа.

И в этот момент во мне что-то щёлкнуло. Прилив… не знаю чего. Крови, адреналина, ещё какой-то хрени. Тело собралось, как сжатая пружина. Рефлексы стали точными, ясными, будто кто-то убрал лишнее.

Я ушёл от удара. Нож провалился в пустоту. Его рука пролетела мимо, а мускулистое тело подалось вперёд, к борту. Я подхватил его за одежду и подтолкнул, продолжая его же движение.

Он перелетел через поручень.

Глухой удар обо что-то.

Плеск воды.

Бумс. Шлёп.

Вода скрыла его тело.

— Это что сейчас было? — выдохнул я.

— То, чего я боялась, — сказала Иби. — Тебя кто-то хотел убрать.

— Неужели это те… из-за подпольной автомастерской, что я накрыл? — пробормотал я.

Голова снова закружилась.

— Фух… — выдохнул я. — Надо пойти… рассказать Антону…

И тут же сам себя остановил. Не надо. Ни к чему Бурцеву такая информация. Не спеша к трапу, я выпрямился и ещё раз посмотрел на тёмную воду за бортом.

— Ладно, — сказал я. — Всё же хорошо закончилось.

Но почему-то внутри я чувствовал, что ничего ещё не кончилось, наоборот, это было только начало.

— Хорошо? — фыркнула Иби. — Ты смеёшься, Егор? Тебя хотели убить.

— Ну не убили же, — пробормотал я. — И как так вышло… Ты видела? Я — р-раз, и он уже в воде.

— Я думаю, наши рефлексы синхронизировались в момент опасности, — сказала она. — Моё сознание помогло твоему сознанию с высокой точностью управлять телом.

— Блин… клёво, — выдохнул я. — Это что получается? Мы можем так в «Контру» зарубиться? Денег настричь на киберспорте…

— Егор, — строго перебила Иби. — Ты вообще о чём думаешь? Это работает только в минуту опасности. Такие моменты невозможно воссоздать.

— Да шучу я, шучу, — усмехнулся я.

— Не смешно.

— Ну извини. Пытался тебе настроение поднять.

— Спасибо, поднял, — сухо ответила она.

— Слушай, можешь там себе и дальше ворчать, в чертогах моего разума. А я дальше веселиться пошёл.

Музыка снова накрыла палубу. Тыц-тыц-тыц.

Утро было недобрым.

Голова трещала, и меня почему-то покачивало. Я с трудом открыл один глаз, потом второй. И понял, почему меня качает.

На самом деле качало не меня, а всех. Потому что я лежал на кровати в каюте той самой прогулочной яхты-ресторана.

— О… ни фига себе, — прошептал я. — Неплохо погуляли.

Я потянулся. Рука задела что-то тёплое, живое, бархатистое.

Я повернул голову. Рядом тихо сопела голая Женя. Не помню, как я сюда попал.

— Иби, — прошептал я. — Ты тут?

— Я с тобой не разговариваю, — холодно ответила она.

— А что было-то?

— А то ты не видишь.

Я усмехнулся.

Хм. Ревнует. И почему-то от этой мысли на душе стало… приятно.

Городская клиническая больница № 3, палата реанимации.

Палата была отдельная, вип. Тихая, стерильная, с приглушённым светом и аппаратурой, мерно попискивающей в углу. На койке лежал без сознания мужчина. Голова перебинтована, лицо бледное, подбородок угловатый.

А рядом с широкой функциональной кроватью стоял врач. Он ещё раз посмотрел на мужчину, достал телефон, отошёл на шаг и набрал номер.

— Алло. Это я. Пациент без сознания. Кома. Ударился головой. Да… нашли на берегу. Чудом выжил.

Он сделал паузу, прислушался.