"Фантастика 2026-94". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Басов Николай Владленович - Страница 195

— Сэр, если не ошибаюсь, вы командуете катером, час назад прибывшим на рейд? — подошёл ко мне полноватый мужчина средних лет.

Говорил он по-английски, вероятно, будучи уверенным в том, что его непременно должны понять. Я понимал. Н-но…

— С кем имею честь? — спросил я по-русски.

Ну, не понравился мне его тон. Ведёт себя как хозяин жизни, обращаясь ко мне так, словно делает одолжение, и отказ с моей стороны не подразумевается. Не то чтобы из него сквозит гонор, но несомненное чувство превосходства присутствует. Да иди ты лесом, дорогой товарисч.

— Эм-м. Вы говорите по-английски? — слегка растерялся мужчина.

— Простите. — Я отдал честь и, изобразив непонимание, направился на выход.

— Вы не можете не говорить по-английски, ведь вы русский моряк, — и не думал оставлять меня в покое подданный его величества Эдуарда Седьмого.

Я остановился, окинул его взглядом, ухмыльнулся и пошёл своей дорогой. Будь он немного повежливей и не бросайся на меня в манере атакующего носорога, и тогда я непременно пообщался бы с ним. В мои планы всё одно входило дать интервью газетчикам. А этот британец вне всяких сомнений репортёр. Вот только я не терплю подобного обращения, а потому пусть идёт лесом. Опять же, к гадалке не ходить, он вывернет мои слова в выгодном ему свете. А оно мне надо — вместо пользы заполучить ворох проблем?

— Ещё раз прошу меня простить, но я вас не понимаю. Честь имею. — Я приложил пальцы к обрезу фуражки и вышел на улицу.

Кварталы европейского стиля занимали не такую уж и большую площадь, а потому мне не составило труда дойти пешком до русского консульства. Оно располагалось в небольшом двухэтажном здании. Весьма аккуратное, но нет и намёка на представительность. Обычный такой дом преуспевающего купца.

При входе на посту казак забайкалец. Крепкий такой парень лет двадцати пяти с жёлтыми лампасами и в бескозырке с жёлтым же околышем. На боку шашка, вот и всё вооружение. Интересно, как он должен обеспечивать охрану представительства? У тех же полицейских плюсом к ненужной им шашке имеется ещё и револьвер. Винтовка, конечно, тут смотрелась бы слишком, но кобура уже вполне органично. Ладно, меня это не касается.

При моём приближении казак отдал честь и беспрепятственно пропустил в свободно распахнувшуюся двустворчатую дверь. Сейчас это всего лишь заштатное присутствие, задача которого состоит в оказании помощи немногочисленной русской общине в Чифу, прибывающим сюда морякам и ведущим дела купцам. Но как только будет прервано железнодорожное сообщение и перерезана телеграфная связь, оно превратится в единственную связующую нить между осаждёнными и Россией.

— Здравия желаю. Мичман Кошелев Олег Николаевич, крейсер «Варяг», — представился я довольно молодому чиновнику.

На вид консулу всего лишь лет тридцать. Для русского крапивного племени и уж тем паче дипломатического корпуса сущий мальчишка. Что уже само говорит о малозначительности данного загранпредставительства. Ничего, лиха беда начало. Скоро тут такое завертится, что местное сонное царство развеется окончательно и бесповоротно. Впрочем, мне и самому всего-то неполных девятнадцать, однако я намерен качественно так разворошить этот край.

— Консул Тидеман Пётр Генрихович. Очень приятно, — протянул он мне руку. — Но как вы здесь? Насколько мне известно, три дня назад «Варяг» и «Кореец» пали в неравном бою у Чемульпо.

— Не совсем так. Мы сами взорвали «Корейца», и нами потоплен «Варяг», — сам не знаю отчего, ответил я строками из песни.

— А поподробней?

— Собственно, с этой целью я и пришёл к вам.

— Рассказывайте, — указал он мне на стул у своего рабочего стола.

Пока я устраивался, Тидеман велел принести нам чаю, а потом весь погрузился в слух. Я не стал его разочаровывать и в красках поведал о произошедшем в Чемульпо. Он слушал очень внимательно, не перебивая и впитывая каждое слово.

— И просто ушли? — уточнил он, когда я начал говорить о переходе к Артуру.

— Разумеется, — кивнув, подтвердил я.

— А как же описанная британцами коварная атака русским минным катером крейсера «Асама» на якорной стоянке в нейтральном порту Чемульпо?

— Понятия не имею, о чём речь, — покачал я головой. — Быть может, сами японцы подорвали себя в результате неосторожного обращения со взрывчаткой или пустили мину в свой же корабль.

— Допустим. Продолжайте.

Далее я рассказал о том, как мы сбились с курса, как вышли на залив Талиенван и встретились с «Енисеем». О лихой атаке японского крейсера и о том, что, когда мы уходили под всеми парами и парусами, на минном транспорте пылал пожар.

— Опасаясь очередного столкновения с японцами, я был вынужден дать большой крюк, но в результате опять сбился с курса и вышел к Чифу.

— Эк-кий вы неумёха, — хмыкнув, покачал головой Тидеман.

— Увы. Но я только в прошлом году выпустился из корпуса и не имею должной практики.

— Оставим это вашему командованию. То есть о судьбе «Енисея» вы ничего не знаете?

— Нет.

— У меня к вам просьба. Не могли бы вы написать очерк о бое «Варяга» и «Корейца». И вот эту фразу о взрыве и потоплении обязательно впишите. Весьма впечатляюще звучит. Это очень важно, в России ничего толком неизвестно о случившемся, и газеты по большой части пересказывают написанное в зарубежных изданиях или свои предположения и домыслы. Отдельный кабинет и писчии принадлежности я вам обеспечу.

— Пётр Генрихович, я хотел бы для начала отдохнуть. Двое суток без сна. Неудивительно, что опять сбился с курса, будучи всего лишь в паре десятков миль от цели.

— Хорошо. Но завтра до полудня я ожидаю ваши записи. Поймите правильно, ваш рассказ имеет огромную важность. А пока наша община позаботится о том, чтобы ваша команда не испытывала ни в чём нужды.

Угу. Кто бы сомневался в важности правильной пропаганды, только не я. А ещё это позволит господину Тидеману заявить о себе на страницах передовых российских изданий. А там и иностранных. Неплохая возможность поторговать лицом. Ни в коем случае не осуждаю. Если можно сделать что-то полезное для страны, при этом не забыв и о себе, то отчего бы и нет. Я только одобряю.

— Завтра утром я уже должен буду покинуть Чифу.

— Японские корабли зашли в гавань часом раньше вас. Согласно международному праву они и покинуть должны порт первыми. Но в этом случае вы имеете право получить фору до двадцати четырёх часов. Сомневаюсь, что самураи станут торопиться, так как должны успеть загрузить вооружённый транспорт, который также подпадает под конвенцию. Поэтому в вашем распоряжении есть двое суток, — заверил меня он.

— В таком случае до завтрашнего полудня представлю вам готовый очерк. Но уж не обессудьте, я не литератор.

— Поверьте, там найдётся, кому подправить ваш рассказ.

— Но о бое с крейсером «Ёсино» я писать не стану. Мне ведь неизвестно, какова судьба «Енисея».

— Полагаю, что об этом уже написали артурские борзописцы, а все остальные переврут вдесятеро ещё до того, как ваш очерк достигнет столицы. Не удивлюсь, если выяснится, что «Енисей» потопил чуть не целый боевой отряд японцев.

— Согласен, газетчиков всегда заносит, — улыбнулся я.

Вообще-то, не сказать, что я совсем не отдыхал. Мне удавалось урывать минут по пятнадцать сна, ну или всё же вздремнуть. Я мог таким образом продержаться ещё пару-тройку суток. Тут главное не упорствовать и, если глаза начинают слипаться, просто смежить их и провалиться в дрёму. Четверть часа, и сон перебивается, а ты на какое-то время опять полон сил. Во всяком случае, у меня такая привычка уже выработалась, и завязана она не на тело, а на сознание. Поэтому и сложностей никаких.

Но сейчас я решил, что мне не помешают часов эдак шесть, а лучше восемь полноценного сна. Тем более что на ночь у меня имелись кое-какие планы.

Однако до гостиницы сразу дойти не получилось. Во-первых, я собирался навестить команду и сообщить боцману об обещанной нам помощи. Ну и глянуть, не расслабились ли они там. Что ни говори, а прошедшие трое суток для них выдались по-настоящему напряжёнными. А во-вторых, увидел вывеску оружейного магазина, мимо которого не смог пройти.