"Фантастика 2026-94". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Басов Николай Владленович - Страница 202

— Вольно, мичман, — махнул рукой Молас, отложив мои бумаги, которые я перед этим вручил флаг-офицеру.

Я окинул быстрым взглядом стол адмирала и провёл ревизию увиденному. После чего вновь преданно смотрел в глаза начальства. Мне нет нужды всматриваться в детали, достаточно мельком глянуть, после чего вывести информацию перед внутренним взором. К слову, она так осмысливается и усваивается куда быстрее.

На углу стола примостился массивный бортовой журнал потопленного мною парохода. Но куда больше моё внимание привлекла местная газета «Новый край». Так-то сюда доходят и центральные издания, как и европейские с американскими. Но Дальний Восток — он и есть дальний, а потому тут они появляются со значительным опозданием. Поэтому местная газета нередко перепечатывает статьи из них со ссылками на первоисточник.

Вот и тут мне в глаза бросились две статьи. Одна из британской «Таймс» с заголовком «Русский медведь попирает все законы войны». Я даже имя репортёра прочитал. И почему меня это не удивляет, а, мистер Шарп? К ней, разумеется, имелся и ироничный комментарий местного репортёра, не забывшего упомянуть о том, что от союзников Японии иного ожидать и не следовало.

Вторая приводимая статья из газеты «Фигаро» называлась «Герои такой далёкой и такой близкой войны». А вот это уже привет от Эмильена Форже. Смысл её был диаметрально противоположный, как и присутствовал соответствующий комментарий к ней.

— Ну, докладывайте, Кошелев, — сложив руки на животе, произнёс контр-адмирал.

— Что именно, ваше превосходительство? Прошу простить, но за прошедшее время случилось слишком многое, — всё так же стоя навытяжку, спросил я.

— А вы по порядку. Скажем, с вечера двадцать шестого января. То, чему были сами свидетелем. А то бульварным газетёнкам известно куда больше, чем в штабе эскадры.

— Есть доложить по порядку.

— Просто садитесь, мичман, и рассказывайте. Не обращайте внимания на мои эполеты, — сделал он приглашающий жест в сторону стула напротив стола.

Ну что же, по-простому, так по-простому. Это я могу. У реципиента вряд ли получилось бы так легко переключиться, он ведь мальчишка, а тут целый контр-адмирал. А вот мне до лампочки. Главное, следить за собой и не брякнуть чего, не подумав. А то все мои планы пойдут псу под хвост.

В идеале не мешало бы заручиться покровительством Моласа, который вскоре станет начальником штаба эскадры. Правда, ненадолго, если мне не удастся предотвратить гибель броненосца «Петропавловск» со всем штабом Макарова. Что я непременно постараюсь провернуть, ведь «Боярина» и «Енисея» мне спасти удалось. Какова их дальнейшая судьба, не знаю, но пока они в строю…

— Что же вы не докладываете о ночной атаке крейсера «Асама»? — спросил адмирал, когда я закончил свой рассказ.

— Потому что я впервые об этом услышал в Чифу.

— Ой ли, мичман?

— Так точно, ваше превосходительство.

— В представленном вами акте значатся переданные вам с крейсера шесть метательных мин. Уверены, что две из них обнаружатся на борту катера?

— Не обнаружатся, ваше превосходительство. Я их использовал, просто они затонули.

— Вы об этом не упоминали в вашем докладе.

— Потому что это был не доклад, а рассказ, и я говорил лишь об удачных выстрелах. Как только у меня появится время, всё в точности изложу в рапорте.

— В Чифу времени не хватило?

— На тот момент наш переход не был завершён, а значит, и писать отчёт преждевременно.

— Но для того, чтобы дать интервью репортёру из «Фигаро», вы возможность всё же нашли, — хмыкнув, заметил контр-адмирал.

— Это был просто неформальный разговор за чашкой кофе, ваше превосходительство.

— А теперь начистоту, мичман, — став серьёзным, потребовал он.

Я посмотрел в глаза Моласа и понял, что этот не выдаст. Придётся, так сам семь шкур спустит, но на растерзание другим не отдаст. Опять же, мои планы уйти под его крылышко. Если это удастся хотя бы на начальном этапе, то даже в случае его гибели я уже достаточно окрепну, чтобы выстоять самостоятельно. Поэтому не стал ничего скрывать и рассказал всё как есть.

— Эк-ка вы. Даже завидно, честное слово. Но вы всё правильно решили, Олег Николаевич, распространяться об этом не следует. И матросам своим скажите.

— Уже упреждены не верить никому, даже родной маме. Не было ничего, и всё тут.

— А сами?

— Я вам верю, ваше превосходительство.

— Ну а чтобы укрепить в вас эту веру, мичман, можете сами выбрать любой крейсер для дальнейшего прохождения службы.

— Ваше превосходительство, разрешите мне продолжить командовать катером при отряде крейсеров вместе со своей командой.

— В качестве кого вы хотите служить? Все минные катера задействованы в охране базы и тралении акватории. А вы говорите о службе в составе отряда.

— Ваше превосходительство, мы ведь уже доказали, что способны удивить?

— Глупо отрицать очевидное, чему сам же был свидетелем. Один только миноносец, потопленный в открытом бою с целым отрядом, чего стоит. И ведь даже, не вмешайся мы, вы имели все шансы уйти от преследования. Как командир отряда крейсеров буду писать представление на награждение вас и всей команды. «Асаму» опустим, но остальное должно быть вознаграждено.

Ага. Значит, «Оборо» мы всё же достали. Не было уверенности, что всё получится, ведь полтора пуда взрывчатки это вовсе не приговор даже для такого небольшого корабля. Он способен остаться на плаву при затоплении любых двух отсеков, и при спокойном море вполне возможно либо дойти своим ходом, либо отбуксировать на базу. Но тут, похоже, вышло очень удачно.

— Кстати, а что это были за дымы? — не удержался от вопроса Молас.

— Генератор дымзвесы. Ничего сложного, я опишу всё самым подробным образом. Только горючего расходуется чрезмерное количество.

— Непременно укажите в рапорте. Так к чему вы ведёте, мичман?

— Разрешите «Варягу-02» участвовать в крейсерских операциях в качестве разведки и посыльного катера.

— Участвовать в крейсерских операциях? Каким образом, мичман? Да вам с вашими четырнадцатью узлами, которые вы можете выдавать непродолжительное время, нет места в строю. И потом, какой от вас прок в море? Вам вообще известна концепция применения минных катеров?

— Охрана базы и якорной стоянки корабля носителя, — ответил я.

— Вижу, что знаете.

— Ваше превосходительство, но вы ведь можете нас пока не переводить никуда хотя бы в течение недели?

— Это я могу. Но зачем?

Заинтересовал его странный мичман, оказавшийся сегодня у всех на слуху. И дело даже не в иностранных изданиях, а в том, что я сейчас наверняка супер-пупер-мега популярен в народе. Экипажи «Варяга» и «Корейца» превозносят все, кому не лень. Но до статей француза и англичанина на страницах газет мелькало лишь имя Руднева. Теперь же ещё и моё. И да, чёрный пиар работает где-то даже лучше, и имя этого русского ублюдка, которого нужно непременно распять, врезается в память весьма отчётливо.

И ещё один момент. Вот такие шебутные подчас являются либо источником проблем, либо хорошей возможностью заявить о себе за чужой счёт. Понятно, что задница станет гореть у меня. Но кто мой командир, и чьи приказы я выполняю? Вот то-то и оно. Иначе он со мной и говорить бы не стал. Разве только ему предстоит решить, стоит ли ставить на меня. Ведь я могу и проблемы создать.

— Катер слегка поистрепался за время длительного перехода, имеется ряд неисправностей. Разрешите встать на недельный ремонт? — попросил я с явным намёком.

— Хотите удивить меня? — понял Молас.

— Пока мне это удавалось.

— Хорошо. Будь по-вашему, — легонько прихлопнул он ладонью по столу.

Ага. Кажется, он всё же решил поставить на меня. Не иначе как в свете того, что на должность командующего назначили Макарова. Степан Осипович и сам не чужд риска и рисковых любит. К тому же стоял у истоков миноносок, а потому такую поддержку со стороны Моласа оценит, что положительным образом скажется на карьере. Если же что-то пойдёт не так, то все шишки можно сбросить на молоденького и не в меру ретивого мичманца.