"Фантастика 2026-94". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Басов Николай Владленович - Страница 248

Поэтому я пойду иным путём и лучше постараюсь прибрать к рукам административный ресурс как в вертикали власти, так и в горизонтали. Для этого потребуются связи и грамотные исполнители, за спинами которых можно будет чувствовать себя достаточно уверенно. Я прекрасно отдаю себе отчёт в своих способностях и, увы, мне такой воз не потянуть.

Так что выиграть войну я даже не надеюсь. Факт. Зато я могу её использовать для того, чтобы набрать команду. Тех, на кого смогу положиться, и кто будет готов встать со мной плечом к плечу, несмотря ни на что. Война обнажает души и показывает без прикрас, кто есть кто. Вот тут-то я и постараюсь присмотреть себе будущие кадры…

— Как вы себя чувствуете? — взяв меня за запястье, поинтересовался Миротворцев.

— Полагаю, что жить буду, — улыбнулся я.

— Определённо, — заверил меня доктор. — Кстати, благодарите за это самого себя. Помогли переданные вами записи. Признаться, мне очень интересно, откуда они у вас? Что ни страница, то откровение в хирургии, и в основе своей — военно-полевой. Только не говорите мне о древних трактатах.

— Но это так и есть, Сергей Романович, — улыбнулся я.

— Уж простите, но я в это не верю. Хорошо. Где именно вы нашли труды, из которых выписали то, что передали мне?

— Вы решили меня допросить? — хмыкнул я.

— Я должен знать…

— Зачем, Сергей Романович?

— Я успел убедиться в действенности методов, изложенных в вашей тетрадке, и мир непременно должен узнать о них.

— Ну так и несите миру разумное, доброе, вечное. Разве я вам в этом мешаю? К тому же, мною представлены лишь общие описания, отрабатывать это на практике, подводить теоретическую базу и обоснование придётся уже вам. Полагаю, там материала не на одну научную работу.

— Но, если у изложенного вами есть первоисточники, я должен оттолкнуться от них. А иначе можно получить обвинение в присвоении чужих трудов.

— Это не мои трудности, Сергей Романович. Лично меня устраивает то, что благодаря этому вы сумели вытянуть меня с того света и сможете спасти ещё множество жизней. А что до древних трактатов, то вы с чистой совестью можете сослаться на знакомого, упоминавшего в разговоре с вами о том, что древние применяли такие-то методы лечения. Точный источник вам неизвестен, но проведя изыскания в этой области, вы получили результат, который и озвучиваете мировому сообществу. И, заметьте, ни слова лжи. А тот, кто попытается обвинить вас в присвоении своих трудов, должен будет выдвинуть что-то более конкретное, кроме общих фраз. Однако что-то мне подсказывает, что вы, в отличие от таких умников, будете иметь научно и практически обоснованную базу.

Признаться, разговор с будущим мировым светилом медицины меня утомил, и я хотел уже было вновь провалиться в сон, кода вдруг раздался гулкий разрыв крупнокалиберного снаряда. За ним последовал ещё один, ещё и ещё. Что там у нас с датой? Второе апреля? Ну всё верно, в этот день адмирал Того затеял последнюю бомбардировку Артура перекидным огнём.

Вскоре с внутреннего рейда японцам начали отвечать наши корабли и батарея, установленная на Ляотешане по приказу адмирала Макарова. Я же решил всё же поспать. На баллистику вражеских снарядов мне не повлиять. Госпитальное судно «Монголия» вроде как за всю войну не получило ни одного попадания. А потому я мог чувствовать себя в относительной безопасности. Почему относительной? Ну, я вроде как переменная этого мира, а потому, глядишь, и притяну к себе какой-нибудь снаряд. Но повлиять на это я не в состоянии, а потому и переживать не стоит. Что же до разрывов и выстрелов, то эта музыка мне привычная и отдыху ничуть не мешает.

Проснулся я как раз из-за того, что обстрел закончился. Вот как только прекратили бухать крупнокалиберные чемоданы, так я и открыл глаза. Хотя, быть может, тишина тут и ни при чём, потому что одновременно с этим заурчал мой желудок. Прежде чувства голода не было, возможно, меня кормили бульончиками или жидкой кашицей через воронку. Но теперь есть хотелось неимоверно.

Глянул по сторонам и, не обнаружив Нину, хотел было позвать другую сестричку, чтобы поведать о своей проблеме. Реально живот подвело так, что тот даже резать начало. Но тут моя содержанка сама появилась, и что характерно, с подносом в руках.

Как я и предполагал, ни о каком мясе речь не шла. Зато мне позволили напиться говяжьим бульончиком, чему я ничуть не обрадовался.

Так что лежал я в самом что ни на есть скверном расположении духа, когда ко мне заявился посетитель. Я не без удивления посмотрел на Эссена, опустившегося на табурет у моей кровати. Нет, понятно, что мы вроде как прикомандированы к его кораблю и временно являемся его подчинёнными. Но это не повод навещать меня лично.

— Как вы себя чувствуете, Олег Николаевич? — спросил он.

— Благодарю, не очень, Николай Оттович. Хочется мяса, доктор же разрешает только бульончики.

— Скверно.

— И не говорите, — безнадёжно вздохнул я.

— А мы сегодня дали прикурить японцам. Два попадания. Правда, непонятно чьи, но Того предпочёл убраться восвояси.

— Я слышал стрельбу, — заверил посетителя я.

— А вы случайно не в курсе, что у одного из носовых двенадцатидюймовых орудий «Севастополя» вышел из строя станок?

— Откуда же мне об этом знать, если я только сегодня утром пришёл в себя?

— Вот и я думаю, откуда вы могли это знать ещё в середине марта? Помните, вы сказали, что вместо носовой башни главного калибра лучше пойдёте в кормовую, потому что два орудия всяко лучше одного?

Константин Калбанов

Неприкаянный 2. Камешек в жерновах

Глава 1

Эвакуация

- Здравствуйте, Аркадий Петрович, - поздоровался я.

- Здравствуйте, Олег Николаевич, - хмуро ответил мне тот.

На вид лет двадцать пять, среднего роста, нормального сложения, в мундире инженера. Чёрные волосы под фуражкой курчавые, что видно несмотря на короткую стрижку, лицо смуглое, с правильными чертами, и есть в нём что-то эдакое, намекающее на цыганские корни. Ну или эфиопские, как у Пушкина. Ага.

- Всё ещё сомневаетесь? - понял я его настроение.

- Ну, знаете ли, пока никаких объективных причин для столь поспешной эвакуации нет. Сам не понимаю, как дал себя уговорить.

Ну, это он зря. Уговорам он поддался только дня четыре назад после того, как стало известно о начале высадки японцев в Бицзыво, а главное - об отступлении отряда Засулича от реки Ялу. До того его хватило лишь для консультаций меня по устройству цехов на Тигровом полуострове.

Для этого мне пришлось вытаскивать его в Артур и показывать строительную площадку. Он бы мне, может, и отказал, но на сегодняшний день с заказами в его мехмастерской как-то не очень, а я предложил вполне себе солидную плату за консультацию, как и что он устроил бы, доведись переместить на новое место именно его мастерскую.

Сейчас на Тигровом полуострове вовсю шло завершение возведения цехов будущей мастерской. Стены саманные, достаточно толстые, чтобы летом обеспечить какую-никакую прохладу, а зимой тепло. Оно и дёшево, и сердито. В глине недостатка нет, и если привлечь достаточное количество рабочих, то и возвести их можно за короткое время. Сегодня на строительной площадке трудится сотня китайцев, копошащихся, как мураши. И зримый результат наблюдается каждый день. Уже приступили к устройству черепичной кровли.

Горский молодой инженер, получивший наследство и отправившийся в Дальний. Он поверил в будущее этого региона и вложился в строительство и оснащение механической мастерской с перспективой роста до полноценного судоремонтного завода. Поначалу всё шло просто замечательно. Но как только деятельность предприятия начала выходить на новый виток, грянула война. Порт опустел, заказы исчезли. Не считать же таковыми изготовление нескольких миномётов и незначительного количества мин к ним. Это слёзы, которыми не прокормить рабочих и их семьи. Да и над ними самими нависла возможность мобилизации.