"Фантастика 2026-94". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Басов Николай Владленович - Страница 410

— Что давление водорода? — уточнил Циолковский.

— Если потери газа и имеются, наши приборы этого не фиксируют.

— Мы закачали водород перед нашим первым полётом два месяца назад. И все прошлые полёты прошли на нём, — пояснил мне Константин Эдуардович.

— А как же авария? — уточнил я.

— Во время неудачной посадки пострадала ходовая рубка, смяло стойки, разбило все стёкла, немного досталось салону, но основной корпус никак не пострадал. Мы всё обследовали и не по одному разу. После каждой посадки следует тщательнейшее изучение состояния «Стрижа», — с убеждённостью заверил меня конструктор.

— Ну что же, тога показывайте, как тут у вас всё устроено.

Вход осуществлялся через боковую дверь, за которой располагается просторный салон, с двумя каютами. Одна на четыре спальных места, типа купе в поезде, только попросторней. Вторая отдельная, капитанская. Санузел, уголок выделенный под кухню, столовая. Вот собственно и всё. Впрочем, больше сейчас и не нужно.

Чем хорош дирижабль, так это простором. У экипажа не кабина управления, а полноценная и просторная ходовая рубка. Удобные ротанговые кресла по моим эскизам, полноценный навигационный стол. Вместо едва ли не корабельных штурвалов, устанавливаемых на современных дирижаблях, тут привычный мне авиационный. Что и не удивительно, так как управление рулями и закрылками не механическое, а с помощью электромоторов. Мои рекомендации в действии.

— Позвольте мне осуществить взлёт, — не попросил, а скорее потребовал я.

— Но-о… — растерялся было Циолковский.

— Я вижу, у вас тут всё устроено таким образом, что пилот сможет управиться без посторонней помощи. Если вопрос в безопасности, то я готов взлететь в одиночестве, но это не обсуждается, Константин Эдуардович.

— Поймите меня правильно, Олег Николаевич…

— Я понимаю. И тем не менее, настаиваю. Это суть тот же корабль, каковым я управлять умею.

— Но разница между морским и воздушным судном…

— Я настаиваю, Константин Эдуардович. Тем более, что согласно договора, «Стриж» принадлежит мне. Присоединяться к полёту или нет, решать вам.

Слишком грубо? Нормально. Пора Циолковскому осознать, что носиться с ним как с писаной торбой никто не станет. Кроме прав, у него есть и обязанности. Сделал работу, честь, хвала и слава. Но он не является хозяином своего изделия. Точка.

Самодурство? Вот уж ничуть не бывало. Я рискую меньше всех их вместе взятых, потому что являюсь сертифицированным пилотом легкомоторных самолётов. А это на порядок больше их знаний, даже с учётом необходимости управлять здоровенной дурой. И вообще, у меня уже руки зудят.

Покидать дирижабль никто из группы Циолковского, как и он сам, не стали. Все заняли свои места и приготовились фиксировать данные. Я же устроился в ротанговом кресле, осмотрел приборную панель перед собой и глянул вперёд в панорамное лобовое стекло. Обзор такой, словно сижу не в летательном аппарате, а в жилой комнате.

После прогрева двигателей аэродромная команда отдала причальные растяжки и мы начали разгон. «Стриж» тронулся с места с эдакой ленцой, плавно и величаво. Скорость набиралась медленно, очень медленно. Я привык к совершенно иному, самолёты куда резвее. Но судя по отсутствию замечаний, делаю я пока всё правильно. По корпусу пошла дрожь передаваемая от шасси, которая увеличивалась по мере нарастания скорости.

Наконец мы в достаточной мере разогнались и дирижабль оторвался от земли. Итак, важное уточнение. Впереди должно быть открытое пространство, никаких строений или деревьев, потому что скороподъёмность у этого монстра откровенно никакая. Мы не взлетали, а в буквальном смысле этого слова заползали на высоту, отвоёвывая метр за метром.

С другой стороны, преимущество дирижабля в способности делать длительные переходы, перемещая при этом значительные грузы или большое количество людей, при относительно минимальных расходах. Никакой самолёт в этом не сравнится с ними, ни сейчас, ни в будущем.

Глава 17

Авиалинии, дела недалёкого будущего

М-да. Я бы уже с ума сошёл от такого, но Кирилл чувствует себя как рыба в воде, ведёт себя с эдакой ленивой вальяжностью. Впрочем, и подобно отцам города вести себя не смог бы. Или всё же положение обязывает? Как ни крути, а есть определённый протокол по встрече членов императорской семьи. Хочешь не хочешь, а соответствующую торжественное мероприятие обеспечь. Впрочем, можно же обойтись без подобострастия и рьяной демонстрации верноподданнических чувств.

Ай, ладно, кто я такой, чтобы учить их жизни. Сам-то ничуть не лучше, разве только не с мылом полез в задницу, а с финансовой смазкой. Можно конечно пыжиться и говорить о каком-то там партнёрстве, мол, я деньги, он крышу, но сути это не меняет. Не подмазаться к нему, так с дерьмом сожрёт. Если только не подтянуть кого-нибудь из противоборствующего внутриполитического лагеря. А оно мне и даром не надо, дармоедов плодить.

На начальный рывок в этом году денег хватило, и даже останется какой-то жирок. Но дальше, либо замедляться с темпами развития, либо привлекать средства со стороны. До меня дошли слухи, что на волге купеческая братия затеяла большую игру, войти в этот неофициальный чемпионат могут все желающие, способные сделать соответствующий взнос. Куш выходит солидный, в три лимона. Шестьсот организаторам, остальное победителю. Разумеется, в этом случае ни о каких налога нет и речи, но с этим разберусь. У меня для этих целей теперь банк и весьма деятельный генеральный директор имеются.

Кроме того, как только под задницей появится воздушный транспорт, можно пробежаться по старой схеме в тот же Шанхай. Ну и по другим злачным местам, благо скорость передвижения увеличится на порядок. Иное дело, что даже в этом случае у меня вряд ли получится покрыть все финансовые потребности. Сейчас для ведь главное даже не прибыль, а сроки развития концерна.

Так что и великий князь нужен, и постоянные публикации в газетах, способствующие привлечению новых акционеров, необходимы. Да, прибылью придётся делиться, зато получится придерживаться изначального плана по стремительному росту концерна. Опять же, есть возможность замедлить отток квалифицированных рабочих в ту же Америку. На сегодняшний день наметился целый поток эмигрантов. Даром, что ли открыли прямое сообщение Либава—Нью-Йорк. Пусть едут за лучше долей на Дальний Восток.

— Ваше высочество, — обозначил я поклон.

— Олег, наконец-то! Садись, — он указал мне на место в своём ландо.

— Ты где прятался? — когда мы тронулись, поинтересовался великий князь.

— Не думаю, что мне удалось бы пробиться через городское представительство. Калужане меня попросту затоптали бы. Оставалось стоять близ экипажа в надежде, что жандармский ротмистр доложит обо мне.

— Мог бы просто дождаться на лётном поле.

— И вызвать ваше неудовольствие столь пренебрежительным отношением к великому князю. Благодарю покорно, ваше высочество.

— Что за вздор ты тут несёшь? И вообще, я же позволил тебе обращаться ко мне по имени отчеству, когда мы одни.

— Прошу прощения, Кирилл Владимирович.

— Ладно. Рассказывай, каково оно, летать на дирижабле?

— Ни с чем несравнимое чувство. В особенности же сидеть за штурвалом и чувствовать как вся эта многотонная громада повинуется твоей воле.

— Я моряк, если ты не забыл и прекрасно знаком с этим чувством.

— Уверяю вас, это совершенно другое и ничего подобного вы не ощущали. Вспомните ваши впечатления от полёта на парашюте. Так вот, это куда более захватывающе.

— Ч-чёрт ты так это рассказываешь. Как скоро мы будем на месте?

— Но городской глава устраивает приём в вашу честь.

— Да наплевать. Иван разберётся с этой напастью.

— И ещё, Кирилл Владимирович, экипаж «Стрижа» включает в себя четыре человека — командир, второй пилот, штурман и борт-механик. В этой связи вы можете взять с собой не более пятерых, — намекая на довольно внушительную свиту, произнёс я.