"Фантастика 2026-94". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Басов Николай Владленович - Страница 414

Я вообще рассматривал вопрос об ортопедической версии и отказался лишь из-за революционности подобной формы. Как показал опрос, местные не оценили такой приклад сочтя его не только лишённым изящества, но и уродливым. А мне это оружие нужно продавать на гражданском рынке…

Покончив с перезарядкой, занял позицию у окна, выходящего в сторону противника. Вся выбеленная стена казармы в оспинах отбитой пулями штукатурки. Особенно много их у небольших окон-бойниц. Но стены пока вполне успешно оберегают своих защитников. В паре мест видны выбоины от попадания снарядов, однако кладка с успехом выдержала натиск четырёх фунтов тротила. На совесть сделано, не отнять.

Грохот пулемётов и трескотня карабинов перемежаются хлёсткими винтовочными выстрелами. Это снайпера отмечаются, выцеливая стрелков в узких бойницах. Я недовольно сморщился. Насколько карабин был хорош в наступлении, настолько же оказался бесполезен в данной ситуации. Я конечно много чего могу, но рассмотреть что там творится за тёмными провалами бойниц не в состоянии. Тут нужна оптика, каковой у меня понятное дело, нету.

Очередной снаряд ударил в стену казармы, и опять лишь оставил не очень глубокую выбоину. Против такой преграды нужно полноценное орудие с нормальным фугасом, имеющим приличную скорость. От медленно летящих снарядов, даже с солидным зарядом взрывчатки толку мало. Хреново, что вопрос с носимыми радиостанциями мне решить пока не удаётся.

Правда, это вовсе не означает, что я не собираюсь ничего предпринимать. Уже в этом году стараниями губернатора Флуга при Владивостокском Восточном институте будут открыты ещё пять факультетов, физико-математический, химический, механический, металлургический и юридический. Год другой и его ждёт реорганизация в самый настоящий университет, с заманчивыми перспективами по моим планам.

Но до реальных результатов от этой задумки ещё очень и очень далеко. Вопросы же управления подразделениями висят в воздухе уже сейчас. Проводная связь вполне справляется со своими задачами в обороне, но в наступлении толку от неё ноль и на первые роли выходит самостоятельность и инициативность командиров.

Увы, но полностью контролировать этот процесс у меня не получится. Остаётся надеяться на то, что я не ошибся в подборе кадров. М-да. Кто бы говорил. Мне вообще-то не в атакующих рядах нужно находиться, и находиться в тылу, имея при себе несколько вестовых… Впрочем, я об этом уже говорил. Каюсь, посыпаю голову пеплом, но поделать с собой ничего не могу. Я, по сути, как был рядовым бойцом, так им и остался.

С колокольни церкви, что неподалёку от казарм, загрохотал пулемёт. Эта огневая точка перекрывает подходы сразу с трёх направлений. Прозвучало несколько винтовочных выстрелов, но пулемёт продолжает огонь. Увы, но расчёт укрывается за высоким парапетом и довольно большим щитом, так что снайперам никак не удаётся их достать.

— Из пушки надо по ним, — оценив ситуацию, высказал своё мнение Ерофей.

— Очень надеюсь, что Глухов не станет этого делать, — возразил я.

При этом извлёк очередную гранату и поспешно затолкал её в мортирку. С одной стороны, наши фугасы против казарм оказались малоэффективны. Но с другой, не стоит сравнивать стены, по сути, военной фортеции и колокольни. Разрушения могут выйти существенными, а мексиканцы истые католики, и их реакцию на подобное кощунство лично я предсказать не возьмусь. Противопехотная же граната ничего разрушить не сможет по определению, зато с гарантией достанет пулемётный расчёт.

Хлопнул выстрел, и граната по крутой дуге отправилась к цели и скользнув над щитом упала за спинами расчёта. Пулемёт тут же прекратил огонь, возможно солдаты попытались что-то предпринять, но не успели. Громкий хлопок, облачко пыли и дыма, разрушений никаких, а огневая точка подавлена.

— Вот как это у вас всегда так получается? — не смог сдержать восхищения Ерофей.

— Спасибо японскому осколку, — уже привычно отговорился я.

А тем временем мои пушкари решили сменить тактику и трансформировав орудия в миномёты, начали забрасывать казармы и плац артиллерийскими минами. Выставленные на фугасное действие они пробивали черепичное перекрытие взрываясь уже внутри.

Полкило тротила это достаточно серьёзно, чтобы турлучное перекрытие не выдержало такого натиска. Но главное это стропила и балки из обычной древесины не защищённые от возгорания. Всего лишь несколько минут обстрела и казарма пылала уже в нескольких местах.

— Ну, не так чисто как хотелось бы. И всё же это победа, — пожал я плечами.

Вскинул карабин и размеренно отстучал пять патронов, свалив ровно столько же пытавшихся сбежать солдат. Говорю же, оружие получилось достаточно точное, а сотня метров для меня не дистанция. Парни не отставали от меня. В смысле так же открыли огонь, но с результативностью у них не очень. Хотя Николай прогрохотав длинную очередь патронов на тридцать, достал всю группу из шестерых беглецов, попытавшихся было скрыться за церковью. Последний не добежал до угла не больше четырёх метров.

Наконец среди обороняющихся нашлись сообразительные, которые начали выходить с поднятыми руками, предварительно выбрасывая перед собой оружие. Очень хорошо. Отряд у нас добровольческий, но дисциплина железная, а потому стрельба тут же прекратилась.

Если что, то сейчас самый опасный момент, ведь сдающихся всё ещё больше чем нас. Но с другой стороны, мы ведь обучались драться в городских условиях и зачищать дома, прикрывая друг друга. Поэтому уверен, что обойдёмся без неприятных неожиданностей.

Глава 19

И в каждом пропеллере дышит…

Я довернул штурвал, и Ц-2 заложил вираж заваливаясь на правое крыло. Перед взором тут же предстал полустанок Эль-Рачито, где словно мураши копошилась куча народу. От него до захваченного нами Хименоса не больше десяти километров и происходящее внизу мне совершенно не нравилось.

Если что, то у меня сейчас меньше восьмидесяти бойцов. При захвате городка нам удалось избежать безвозвратных потерь, но тем не менее из строя вышли один тяжело и шесть легко раненых. На железнодорожных путях стояло четыре эшелона в каждом не меньше двадцати вагонов, из которых активно так выгружались войска. Навскидку их там больше трёх тысяч при восьми полевых пушках.

А это что? Чуть вперёд, за пределы полустанка выдвинулся бронепоезд. Ничего общего с тем, что вы могли себе представить. Четыре вагона обшитые стальными листами с бойницами для винтовок. В бортах двух из них торчат хоботы пулемётов по одному на сторону. В оконечностях открытые платформы обложенные мешками с песком, на которых установлены полевые пушки. Стрелять они могут только вдоль железнодорожного полотна, в незначительном секторе. Паровоз практически не имеет защиты, кроме всё тех же мешков с песком подвешенных на поручнях и прикрывающих котёл едва ли на треть. Короче, смех да и только.

М-да. Правда мне отчего-то не смешно. Нас слишком мало для такой серьёзной силы. Это нам просто повезло, что у страха глаза велики. Вырвавшиеся из города видать принесли сведения о том, что город захвачен крупными силами. У страха, как известно, глаза велики. Но не поверить этому командир полка не мог, или генерал, тут в кого не плюнь, в генерала попадёшь. Гарнизон городка состоял из двух сотен солдат и семидесяти конных полицейских, которые частично и сумели от нас уйти. И поверить в то, что с ними походя разобрался отряд уступающий по численности втрое, просто нереально.

Поэтому командир соединения и принял решение о выгрузке на полустанке Эль-Рачито, в половине дневного перехода от Хименеса. А так-то дивизия генерала повстанцев Панчо Вилья сейчас значительно северней, захватывает городок Сьюдат-Хуарес. Там проходит железная дорога и находится пограничный переход с Соединёнными Штатами, откуда ожидаются крупные поставки оружия.

— Турчин, ты снимаешь? — спросил я в переговорное устройство.

— Снимаю, Олег Николаевич. Дайте ещё один круг, — отозвался кинооператор.