Сиреневый туман - Серебрякова Елена - Страница 17

– Есть такие бандиты.

– Можно сказать, что были. Кикевич взял под свое крыло Капельских, помогает им расчистить поляну. Всех лидеров из Червинской группировки посадил в тюрьму по состряпанным уголовным делам. Висла уверен, если за дело возьмется грамотный адвокат, то дела развалятся. И такой адвокат имеется у Марии Алексеевны из ДК Заводского района, подруги Федора Ивановича. Именно этот адвокат освободил краеведа.

– Как в свое время пел наш классик: «Где деньги, Зин?», – проворчал Дронов.

– У меня в рюкзаке.

– Теперь понятна причина моего экстренного вызова в Мураши. Кого ограбили?

– Капитана Воловика. Бандиты прознали, что он в своем дачном домике СНТ «Защитник» держит крупную сумму, заработанную непосильным трудом.

– С кем дело провернул?

– Кукольных дел мастер. В свое время в театре вместе работали.

– Такие рекомендации для меня ничего не значат.

– Он друг Марии Алексеевны.

– Другое дело.

– Теперь сказывай, как все происходило.

Роман начал с того, что Задонский по совету бандита Вислы пошел к медвежатнику по кличке Клык, но тот уже давно от милиции прячется. Тогда Задонский пригласил меня. Но это же не игра в шахматы, тем более краевед под колпаком. Нужен был механик-виртуоз. Дальше Роман рассказал, как они добирались до СНТ «Защитник», как делали проход в рабице, как вскрывали боковую дверь и как вывинчивали сейф из стены. Ящик потом закопали, деньги сложили в рюкзак, отойдя от дома на добрые полтора-два километра.

Повествования Романа хватило до самой деревни. Въехали в ворота и еще пять минут сидели в машине. Елизавета ушла в усадьбу, стало быть лишних глаз не было. В доме Роман развязал рюкзак, вынул пуховую подушку и вывалил на стол содержимое. Четыре пачки долларов, стянутых банковской бумажной лентой и пачки рублей разного достоинства, перетянутых резинкой, пенал, тяжелый от ценностей.

– Ты, Роман, деньги никогда на стол не клади. Примета еще с древних времен ведется. Мы же со стола все съедаем, сметаем. Вот и деньги могут прахом пойти.

Переложили пачки на лавку и принялись считать. С долларами все было понятно. Единственное, Дронов вынул из пачки несколько банкнот и стал их рассматривать, будто заправский ювелир, в конце концов, махнул головой утвердительно. Дескать не фальшивые. С рублями оказалось сложнее, считали каждую бумажку. В итоге вышло пять миллионов восемьсот пятьдесят тысяч рублей.

На столе появился лист бумаги и ручка. Майор принялся писать: «Дронов, П.С. и Соболев Р.А. провели пересчет денег в сумме…». Дронов указал цифру прописью и поставил свою подпись. Потом передал бумагу на подпись Роману.

– Думаю, через две-три недели Воловик узнает о краже, сильно шуметь не станет, деньги то незаконные. Но розыск организует активный.

Вовремя Дронов сложил денежки в деревянный сундучок и спрятал за печкой. Пискнула калитка и появилась Елизавета.

– Думаю, куда это батюшка поскакал, как угорелый. Теперь понятно, встречать дорогого гостя. Чаевничать будем? – Елизавета подозрительно смотрела то на одного, то на другого.

– С удовольствием, – молвил Роман.

Лиза поставила чайник и начала разговор о раритетах. Она уже определила, что часть книг написаны или напечатаны до церковных реформ Никона. Но еще не определила, где книги староверов, а где старообрядцев.

– Ни фига себе! – вырвалось у Романа, – по мне так, православные и католики и вера в Христа. А дальше я не знаю.

– Все разъясню, если имеется желание знать разницу, – заявили Лиза.

– Самое твердое желание – поступить на исторический факультет в Ленинградский университет, то есть в Санкт-Петербург, на заочное отделение, – ответил Роман.

– Кстати перед тобой выпускница данного заведения и историк по образованию, – бросила Лиза.

– Одобряете мой выбор? – спросил Роман.

– Если вы идете за знаниями, то одобряю. Если за дипломом, то выберите что-нибудь по проще.

– Ну вы-то довольны? – снова спросил Роман.

– Я со школы хотела поступить на исторический факультет. А ты когда принял решение?

– Скажу после первого курса, – огрызнулся Роман.

– Но туда надо сперва поступить, – отреагировала женщина.

– Спорим, поступлю, – уверенно заявил Роман.

– Спорим! На что?

– На прыжок с парашютом, – предложил Роман, зная, что недалеко от города открылся аэроклуб.

– Идет! – даже не задумываясь, согласилась Лиза.

– Подумай об отце, – вмешался Дронов.

– Он вряд ли поступит. Так что прыгать не придется, – усмехнулась дочь.

Попили чай и Роман засобирался домой, майор вызвался довезти его до станции.

Глава седьмая

Капитан Воловик срочно выехал в гостиницу «Алтай» на убийство. Труп обнаружила горничная при утренней уборке номеров. Дверь 33 номера оказалась открытой и она, постучав несколько раз, вошла. От порога увидела на полу распластанное тело молодого мужчины в луже крови. Первыми в «Алтай» примчались эксперты, следом подтянулся опер уголовного розыска, последним прибыл Воловик. 33 номер, как и все прочие на втором этаже, был очень тесный. Направо от входа – санузел. Капитан бегло оглядел помещение и прошел в комнату. Понятые остались в коридоре, опер пошел на беседу с дежурной по этажу, эксперты заняты своим делом. Воловик открыл дверь платяного шкафа и увидел дорожную сумку. Достал ее и положил на кровать. Расстегнул молнию: комплект нижнего белья, тапочки, домашние штаны, целлофановый пакет прозрачный. Видны сто долларовые купюры и лист бумаги. Дальше лежала электробритва и планшет. Планшет капитан положил на тумбочку, а сумку вернул в шкаф. Молнию застегивать не стал. Продолжая осмотр шкафа, правой рукой шарил по верхним полкам, а левой снова залез в сумку и нащупал пакет с деньгами. Загородившись собственной спиной от экспертов, сунул пакет под китель и прижал его локтем. Прошел на балкон и уже там определил пакет под рубаху, зажав его поясом брюк. Вернувшись в номер, начал составлять протокол осмотра. Опытная рука водила ручку по протоколу и через десять минут документ был закончен.

– Предварительная причина смерти, – бросил Воловик экспертам.

– Огнестрел в голову.

– Примерное время смерти?

– Вчерашний поздний вечер.

– Когда будут результаты экспертизы? – спросил Воловик экспертов.

– Если с поляной, то к вечеру нарисуем.

– Договорились. Будет тебе поляна

Капитан сложил в пакет планшет, мобильный телефон, паспорт и портмоне погибшего. Вышел в коридор и велел понятым поставить подпись под протоколом.

Вернулся в горотдел. Закрывшись в своем кабинете, вынул пакет и пересчитал деньги. Оказалось двенадцать тысяч долларов США.

– Неплохо, – подумал капитан и положил деньги в свой портфель.

Лист бумаги представлял собой ксерокопию расписки некоего Одинцова Вадима Борисовича в получении на фирме «Окулус» в Москве аппарата по исследованию глазного яблока и УЗИ глаза. Дальше шла аббревиатура названия этого аппарата. Одинцов обязывался оплатить стоимость аппарата в течение восьми месяцев. Стояла его подпись. Далее имела место приписка другой рукой и в оригинале. Другая рука свидетельствовала, что долг погашен частично на двенадцать тысяч у. е. и Одинцов Вадим Эдуардович обязуется погасить оставшуюся задолженность до октября сего года.

Просилась версия, что Одинцов, отдав часть долга, пожалел деньги и нанял киллера. Но тут же пришлось его оправдать, деньги лежали на месте. Значит, будет очередной висяк, и двенадцать тысяч у. е. станут компенсацией капитану за нервотрепку.

– Неплохо, – пронеслось в голове и капитан начал прикидывать, когда удобнее поехать на дачу и заложить деньги в тайник.

Молодой оперработник, лейтенант милиции Козорезов Владимир Павлович в разговоре с дежурной выяснил, что 33 номер поздно вечером посетил мужчина тридцати пяти – сорока лет, одет в спортивный костюм и домашние тапочки, так чаще всего ходят постояльцы. Он вошел в номер и через минуту вышел и стал извиняться перед жильцом за то, что ошибся. Извинился и пошел наверх, на третий этаж. Ни выстрелов, ни шумов борьбы дежурная по этажу не слышала. Тут же лейтенант выписал все установочные данные на погибшего и, не отходя от рецепции, позвонил в Москву по телефону 09, сообщил фамилию, имя отчество, домашний адрес и услышал, что услуга платная. Подумав, назвал принадлежность телефонного номера гостиницы.