Сиреневый туман - Серебрякова Елена - Страница 2

Упорная Мария Алексеевна в одной из кладовок нашла-таки нужный сундук. Подогнали тележку и привезли забытых героев в мастерскую. Все куклы оказались в рабочем состоянии. Механизмы были смазаны при консервации и исправно работали. Где-то поблекли цвета, но в руках Степаныча реставрация не заняла много времени.

Каждый артист осмотрел своего персонажа. Прогнали текст. Ввели новых исполнителей на место выбывших. Подогнали декорации и музыкальное сопровождение. Подготовку завершили уже в 3 часа ночи. Разошлись в полной уверенности, что внучка мэра останется довольная, а стало быть и мэр возможно выпишет премии.

Слух о том, что спектакль специально восстановили для внучки мэра облетел весь город, и билеты, на объявленный ранее «Золотой ключик», разошлись за полчаса. Давно таких аншлагов не видал старейший театр города. Внучке обеспечили лучшее место, и с ней в зрительном зале остался дед.

Спектакль очень давно ставил московский режиссер, известный тогда своими новаторскими идеями. В том месте, где Тартила ныряет на дно пруда за золотым ключиком, куклу-черепаху опускали на капроновых нитях вдоль ширмы на пол. Ключ уже лежал на полу почти у ног зрителей. С помощью магнита ключ прикреплялся к черепахе и кукла поднималась.

Зрелище всегда восхищало зрителей. В этот раз под музыкальное сопровождение, имитирующее бульканье воды, Тартила медленно опускалась на пол, и вдруг из-под ее панциря выбежали несколько мышей настоящих, живых, взрослых и детенышей. Осветитель продолжал держать луч света в эпицентре событий, чем усиливал эффект появления непрошеных гостей. Колыхнулись первые ряды зрителей, с криками и воплями, с паническим ором устремились к выходу. Мэр схватил свою драгоценную и, используя физическое превосходство над детьми, одним из первых оказался в фойе.

Что произошло в зрительном зале, поняли не сразу. Но когда разобрались, то было уже поздно. Мэр уехал, пообещав наказать всех и разогнать этот уголок «Дурова» к какой-то матери.

Внучку мэра на следующий день увезли в Москву. Марию Алексеевну перевели в дом культуры Заводского района на должность методиста. Степаныч ушел сам. Театр отправили на гастроли «куда Макар телят не гонял».

Роман Соболев с повинной головой пришел в отчий дом и поведал о своих горестях. Мать набрала в легкие воздуха, потом словно локомотив начала разгон и далее, стуча на стыках, понеслась с бешеной скоростью:

– Ты на вступительных экзаменах даже листа бумаги не смог исписать. Твоей биографии хватило бы, чтобы натянуть тебе удовлетворительную оценку, но ты написал только три слова. Знаешь, почему? Не отвечай. Я за тебя отвечу. Ты уродился в своего отца. У вас на роду написано удивлять народ. До сорока лет твой отец ходил в кружок художественного свиста. В сорок пять, ты это должен помнить, пошел учиться игре на балалайке. Дело тогда дошло до развода. От мелодии «Светит месяц» в его исполнении у меня до сих пор звенит в ушах, будто контузия.

Софья Петровна еще долго изливала свою душу, сваливая все свои проблемы в одну кучу. Роман делал вид, что внимательно слушает ее. Альберт Григорьевич смотрел в окно, демонстрируя полное безразличие к происходящему. В заключительной части своего выступления мать собрала сумку с едой и велела сыну ехать к себе с глаз долой. Через прямое родство с покойной бабушкой Роман стал обладателем однокомнатной квартиры.

Стараниями матери Роман получил должность младшего библиотекаря в читальном зале городской библиотеки. В течение дня главный библиотекарь, кроме других обязанностей, принимал письменные заказы на книги. Вечером Роман подбирал литературу, раскладывал книги по фамилиям заказчиков. На этом его обязанности заканчивались, но рабочий день начинался с 9 утра и требовалось присутствие младшего библиотекаря на рабочем месте. Вот так, с утра до 17 часов сидеть тупо на стуле и ждать своего выхода к стеллажам, у Романа не хватало сил. Он начал читать. Уже через неделю Роман попал под чудодейственную силу просвещения. Книги в его восприятии перестали быть молчаливыми предметами, они превратились в друзей. Увлекся Достоевским, потом прочитал все книги Шукшина. Перед ним открылся новый, доселе неведомый мир. Это было интересно и захватывающе. Роман погрузился в магию слова, читал наших и зарубежных классиков, научно-популярную литературу, фантастику.

Гармония кончилась, когда из Москвы приехала комиссия Министерства образования и просвещения проверять образовательные и просветительские учреждения области. Среди замечаний содержались обязательные для исполнения рекомендации по упорядочиванию штатных расписаний некоторых заведений. Под цифрой семь значилась должность младшего библиотекаря читального зала городской библиотеки.

Соболев пришел домой, лег на диван и на удивление быстро уснул. В классе пятом учительница рисования задала домашнее задание. Надо было изобразить акварельными красками какое-нибудь цветущее растение. Роман добросовестно срисовал цветок в горшке на подоконнике родной квартиры. За эту работу учительница выставила ему двойку. Заявила, что таких растений в жизни не бывает и ученик все придумал. Роман молча убежал из класса и до конца урока приволок неподъемный пятилитровый горшок вместе с цветком оригиналом. Поставил на учительский стол. Рисовальщица начала теребить пальцами листья. Потом сорвала один и засунула себе в рот, принялась жевать. Вошла завуч. Она удивленно посмотрела на происходящее и сразу все поняла. Исправила двойку на пятерку и попросила учительницу рисования зайти к ней в кабинет после урока.

На другой день после потери работы пришлось предстать перед родителями. К счастью слух о результатах работы комиссии из Москвы прошел по городу. Роман избежал судилища матери и услышал упреки отца в ее адрес.

– Я же говорил, что не следует освобождать парня от службы в армии. Все могло быть по-другому. Может он нашел бы себя в военном деле.

Мать парировала удар и уверенным тоном повторила слова своего знакомого из городского военкомата подполковника Коваленко о том, что служба в армии для молодых парней – потерянное время.

Целую неделю Роман был лишен внимания родителей. Наконец, последовало четкое и беспрекословное указание матери посетить парикмахерскую, надеть костюм с выпускного вечера, белую рубашку с однотонным галстуком, начистить ботинки до зеркального блеска. К 9 часам утра прибыть в офис фирмы «Планета» на улицу Пролетарская в 20 дом к секретарше по имени Катя. При себе иметь паспорт, аттестат об образовании и трудовую книжку.

Собеседование с Романом проводили два молодых красавца с барскими замашками. Попросили прочитать любые стихи. На память пришла сказка Ершова «Конек Горбунок» и первые строчки про крестьянина, у которого было три сына. На пятом четверостишие Романа прервали и велели несколько раз произнести скороговорку про траву на дворе и избу с углами и пирогами. Потом дали задание походить по периметру кабинета, сначала обычным шагом, потом с ускорением, а потом бегом.

Наконец Роман услышал:

– Мы берем тебя на работу с испытательным сроком в один месяц.

– Господа, позвольте узнать, куда меня приняли?

– В двадцати пяти километрах от города находится наш пансионат. В нем весь персонал городской. Автобус привозит и отвозит смену. Должность твоя называется администратор. График представляет собой два дня дежурства и два дня отдыха. Другими словами, это те, кто дежурит на рецепции. Зарплата белая, в месяц составляет…

Когда Роман услышал цифру, он потерял дар речи. Такой суммы никогда в своих руках он не держал.

– Если у тебя нет возражений, ступай в семнадцатый кабинет, там тебе все объяснят.

Миловидная, ухоженная, в модной дорогой одежде молодая женщина по имени Зоя излучала неведомые доселе запахи. Под ее диктовку Роман написал заявление о приеме на работу и был отправлен в двадцать первый кабинет. Там ему подобрали темно-синий пиджак, такие же брюки, выдали две белых сорочки и галстук черного цвета. Велели купить полуботинки на шнурках, тонкой подошве и черного цвета. Чек из магазина предъявить сюда, в двадцать первый кабинет.