Вечно молодой (СИ) - Ромов Дмитрий - Страница 5

— Дядя Слава, а ты Паука знаешь?

— Ну, слышал, есть такой мерзкий типок. А что?

— Он Настиного батю прессует. Разводит по-чёрному.

— В смысле?

— Тот у него бабки взял на выкуп. Взял три ляма, а Паук сейчас требует вернуть десятку.

— Ну, этот хорёк лоха из рук не выпустит, пока не обдерёт до нитки.

— И что с ним сделать-то? Может, с ним как-то поговорить?

— Поговорить, конечно, можно, — помотал головой Кукуша. — Только не знаю… Если он рыбку подцепил, упускать не захочет. Сам понимаешь.

— Понимаешь… — кивнул я.

— Слушай, я тебе забыл сказать. Я ж тебе гараж присмотрел.

— О! Класс, а то лошадка моя стоит там, на морозе, зябнет. И где?

— Так прямо у тебя во дворе. Железный, правда, не капитальный.

— А где там?

— Вот через шлагбаум проехал во двор и упёрся в гаражи, в маленький шлагбаум. И справа сразу стоит коробка металлическая. А рядом контейнеры.

— Ну да, понял. Его сдают?

— Можно купить, — махнул рукой Кукуша.

— И почём нынче гаражи продают?

— Слушай, — усмехнулся он. — Сейчас же идёт амнистия гаражная. По-моему, последний год что ли. Если гараж старый, ещё при совке построен, берёшь документы, какие имеешь и идёшь в МФЦ. Заполняешь заявление и приватизируешь. Но у этого владельца документов вообще нет на этот гараж. И председатель кооператива говорит, что гараж незаконно стоит. Ну, короче, суть в том, что он там стоит миллион лет. Стоял до амнистии. И наверняка ещё будет стоять миллион лет после. Просто бумажек нет.

— Ну, так а он сколько хочет за свой незаконный гараж?

— Сто тысяч.

— Чего? Рублей? Серьёзно? Сто тысяч рублей за гараж?

— Да! Поэтому я подтвердил, не дожидаясь тебя. И прямо сегодня или завтра можно будет подойти и забрать ключи. Ты ему бабки, он тебе ключи.

— Отлично, я понял, спасибо. Класс.

— Гараж всегда пригодится, — подмигнул Кукуша.

— Это точно. Ну, что, погнали к Пауку? Посмотрим, что это за птица? Потолкуем с ним.

— Поехали, — кивнул он и как-то помрачнел. — А ты где Новый год отмечаешь?

— Дома.

— Так приходи к нам в гости.

— Оливье будет? — усмехнулся я?

— Будет, конечно. Много чего будет. У Ларисы здесь сестра двоюродная. Она придёт к нам с мужем.

— О, родственные связи, это хорошо.

— Ты тоже приходи. Посидим.

— Я с мамой, — кивнул я.

— Так с мамой приходи.

— Не, неудобно. Спасибо.

— Да чё неудобно-то? Лариса только рада будет. Она пирогов наделает.

— Ладно, посмотрим. Так, чё с Пауком-то?

— Слушай, — чуть смутился Кукуша, — мне тут надо ещё на рынок смотаться… Давай я сейчас мотанусь по-быстрому. Ну или хочешь со мной поехали, а потом мы делами займёмся. А то если не куплю, Лариска… сам понимаешь…

— Да, конечно, без проблем, — кивнул я. — Погожу. Скинь мне контакт на хозяина гаража, я с ним пока перетру.

— Ну да, да. Записывай.

Договорились, что он позвонит, и я вышел из бани, пошёл обратно. В сторону дома. На ходу решил позвонить Пете. Ни он, ни Альфа трубку не поднимали. Зашибись. Я набрал номер Жанны.

— Краснов! — грубо буркнула она. — Ты чё мне спать не даёшь?

— Фига се, Жанна Константиновна! Время-то обед!

— И чё? Имею право в свой законный выходной! Я вообще до вечера спать собиралась.

— А ночью что делать будешь, если сейчас выспишься?

— Слышь, этот, как там тебя… У тебя, подруга жизни, а у меня открытая перспектива. И я, может, по ночам на охоту выхожу. Тебе-то что?

— Я поинтересоваться хочу одним персонажем, — ответил я.

— А, так и знала, что только по делам мне звонить теперь будешь, да? Короче, я сплю. Так что звони после каникул Через две недели.

— А ты куда будешь выходить на работу?

— В Москву, деточка. В столицу нашей Родины.

— И какого числа? — уточнил я. — Уже известно?

— Десятого должна быть. На месте службы.

— Понятно. Ну… молодец.

— Всё, Краснов. Не дёргай меня, ладно? Дай поспать. Я год не спала нормально. Думала, высплюсь сегодня. Нет. Позвонил. Забыла телефон выключить. Всё, отстань.

— «Мустанг», — сказал я.

— Что?

— Красный. Сияет, как Кохинор.

Она задумалась, замолчала. Прямо надолго зависла.

— Алё, Жанна Константиновна. Спишь?

— Я думаю, не отвлекай.

— Думай лучше. Сводит с ума улица Роз… Жанна из тех королев…

— Нет, — обрубила она через какое-то время. — Нет. Буду спать.

И отключила телефон. Твою мать! Что за день такой?

Я позвонил Чердынцеву.

— Александр Николаевич, здрасьте.

— Вернулся?

— Лучше бы в Москве остался.

— Чего так? — хмыкнул он.

— Да, только вернулся, и опять сразу тут куча всего. Как там Садык?

— Садык? — удивился Чердынцев. — Нормально. Ёлку наряжает. Внуки, гусь с яблоками, солёные арбузы, мочёные или какие он там делает. И конская колбаса обязательно. А, ещё манты. С новым счастьем, короче.

— Мне посоветоваться надо, Александр Николаевич.

— Ну, Серёга, Новый год. Давай потом. Вот вообще неохота сейчас. Задолбало всё.

— А кого не задолбало? — хмыкнул я. — Но нужно. Нужно, Александр Николаевич.

— Так, ё-моё, ну хорошо, давай вечером сегодня.

— Не вечером.

— Ну хотя бы часа через два. Мне по дому знаешь, сколько дел надо сделать?

— Через два часа позвоню?

— Ладно…

Я остановился. Сегодня было тепло, но дул ветер, влажный, с весенним запахом. И от этого ветра было зябко, неуютно. Я постоял немного, а потом вызвал такси и поехал к Жанне. Звонил в домофон, наверное, с минуту, прежде чем услышал её недовольный голос.

— Кто там?

— Жанна, привет, — ответил я.

— Краснов, ты охерел?

— Всё равно, уже не спишь.

Запиликал замок, и дверь открылась. Я прошёл в лифт с историческими надписями и историческим же запахом. Нажал кнопку. Кабина дёрнулась. Двери бахнули. И я вознёсся на этаж Жанны Константиновны.

Она стояла в дверях, хмуро глядя на меня. Куталась в халат. Волосы были распущены. На ногах были милые домашние тапочки.

— Никогда бы не подумал, что ты ходишь в таких тапочках.

— А чё с ними? — нахмурилась Жанна отступая и пропуская меня в квартиру. — Засчем ты припёрся? Я же сказала, спать буду.

— Спи, я тебе что мешаю? — ответил я, скидывая кроссовки.

— Ты обалдел, что ли, Краснов? Езжай давай к своей спутнице жизни, или как там она называется? Подруга?

Я разулся, повесил куртку на крючок и, не глядя на Жанну, прошёл в комнату. Прошёл и лёг на диван, вытянул ноги, положил руки под голову. Никаких признаков надвигающегося Нового года в комнате не было. Ни намёка.

— Эй, ты чё, Краснов? — недовольно спросила Жанна.

— Задолбало всё, — вздохнул я и закрыл глаза.

— Ты спать сюда пришёл?

— Нет. Мне надо выяснить информацию по одному уроду.

— Я тебе картотека что ли?

— Нет. Но у тебя есть доступ к картотеке.

— Ну ты наглый, вообще. Краснов, капец. Я таких оборзевших сроду не видала. То есть ты пришёл ко мне без цветов, без шампанского и коньяка, завалился на диван, разбудил и говоришь, что тебя задолбало всё. Ну, типа… Ну, пипец…

— Да, — коротко ответил я.

— Ну-ка, убери мослы свои. Подвинься.

Я подобрал ноги, давая ей место. Она села на диван с краю.

— Давай, вытягивай.

Я снова вытянул ноги, и она положила их к себе на колени.

— Ну, допустим, коньяк у меня есть, — как бы размышляя, сказала Жанна. — Боишься щекотки?

— Раньше да, а сейчас не знаю, — задумался я.

— Сейчас проверим. Только предупреждаю сразу. На секс не рассчитывай. Ты меня понял?

Она провела пальцами по моей стопе.

— Вроде не боюсь, — сказал я. — Щекотки. Ты спрашивала.

— Ну, ладно, — зловеще протянула она и крепко сжала мою ногу. — Ну, ладно.

3. Герои Марвел

— А-а-а… — простонал я.

Руки Жанны с силой разминали мою левую ногу.

— Нравится, малолетка? — усмехнулась она. — Лучше чем секс, да?