Выбери другую (СИ) - Коваленко Мария - Страница 17

Я как неопытная девчонка на первом свидании. Не знаю, как себя вести, что говорить и чего ожидать.

***

Алиса открывает дверь с Софией на руках – сонной, теплой, пахнущей детским кремом. Бережно вручает мне это сокровище. И тут же принимается надевать на здоровую ногу модную розовую кроссовку.

– Так, отчитываюсь. Зайка поела, покупалась, почти уснула, – рапортует на ходу наша чудесная няня.

– Останься, пожалуйста. Поужинаем, – шепчу, прижимая малышку к груди. – Сейчас еще твой брат подойдет. У меня есть вкусная паста и замороженные тефтели. Достаточно разогреть.

– Звучит вкусно. К сожалению, придется отказаться. Мама просила присмотреть за близнецами. У них с папой сегодня какое-то мероприятие.

– Хотя бы на чай...

Кажется, я готова умолять ее – не оставлять меня наедине с братом. Детский сад какой-то! Но Алиса уже хватает куртку и хромает к лифту.

После ее ухода в квартире сразу становится тихо.

София лениво открывает глазки, словно хочет убедиться, что это свои. Сладко зевает и тут же засыпает.

– И ты предательница, – я укладываю это чудо в кроватку. Укрываю розовым пледом и включаю ночник.

Не успеваю помыть руки, как в прихожей появляется Артем. Заходит, как к себе домой. Привычно снимает куртку и сразу же начинает закатывать рукава, будто собирается что-то чинить.

– Начнем? – говорит он, доставая телефон.

Все еще не осознавая, на что решилась, я иду в спальню и открываю шкаф с «богатством».

В свете ночника долгую минуту рассматриваю свое добро. Заставляю себя надеть хоть что-нибудь. Не позориться перед Артемом, который отложил все дела и ждет сейчас в коридоре.

Решиться адски сложно. Но я все же ныряю в проклятый шкаф и снимаю с плечиков платье цвета пыльной розы.

На то, чтобы переодеться, уходит буквально пара минут. Стараясь не запутаться в темноте, я осторожно застегиваю пуговицы, завязываю тонкий поясок и, надев подходящие туфли, выхожу к Артему.

– Вот, – растерянно развожу руками. – Первый лот, – вымученно улыбаюсь.

– Красивое... – Артем опускает руку с телефоном и, словно забыл, зачем приехал, делает шаг вперед.

– Мне кажется, трех снимков будет достаточно, – нервно сглатываю. – Без деталей, – шепчу, пятясь к противоположной стене.

– Да, точно... – замирает мой фотограф. – Должно хватить.

С шумным выдохом он отходит назад и делает первый кадр.

– А теперь боком, – озвучиваю я, поворачиваясь.

– Готово, – хрипит Артем. – Можешь стать спиной.

Вроде бы обычный приказ. Даже просьба. Никакого подтекста, но вся моя смелость вдруг куда-то испаряется.

На негнущихся ногах я поворачиваюсь задом и внезапно ощущаю себя голой. Без платья, без туфель, без белья... доступной и беззащитной. Будто нет вокруг огромного города, не спит за стенкой София и не ждет вечернего звонка в далекой Италии Лиза.

Пока мучаю себя этими странными мыслями, Артем успевает сделать нужный снимок.

– Готово, давай следующее, – тихо произносит он. И в тот же момент я резко срываюсь в спальню.

Закрыв за собой дверь, прижимаюсь к ней спиной и несколько секунд просто стою. Вспоминаю, как нужно правильно дышать. Вытираю влажные ладони о подол платья. И с ужасом смотрю на шкаф.

А что, если выбросить все это или отдать Алисе? Продаст – так продаст. Не продаст – тогда на мусор. И никакой больше пытки телефоном. Никаких поворотов на камеру, бархатного шепота и горячих взглядов.

Эта мысль искушает так сильно, что я готова попросить у Артема прощения и откупиться тефтелями.

Соблазн так силен, что я уже опускаю дверную ручку. Откашливаюсь, чтобы сказать: «Закончили». И лишь из-за упрямства останавливаюсь.

Ругая себя, снимаю с вешалки следующий наряд – тонкую белую блузку с такими же брюками. И начинаю переодеваться.

Вторая съемка мало отличается от первой. Напряжение разливается в воздухе невидимой дымкой, сжимает легкие и мешает нормально соображать.

Я как робот выполняю все приказы Артема. Вращаюсь, меняю позы и держу спину. Плавлюсь от его взгляда сквозь экран мобильного. И снова убегаю после короткого «Снято».

Не представляю, как буду выживать дальше. Однако на третьем комплекте что-то меняется.

Артем больше не смотрит поверх мобильного. Не тратится на «пожалуйста» и «давай». Вместо этого он быстро, без пауз делает свою работу и отправляет меня в спальню менять одежду.

После этого выхода мне становится невыносимо стыдно.

Не за платье, не за шкаф с дорогими тряпками из прежней жизни. А за себя. За потные ладони и за то, что думала всякие глупости и боялась невозможного.

С чего я вообще взяла, что могу заинтересовать его как женщина? Как могла подумать, что в свои тридцать девять могу затмить красивых молодых девчонок или заставить забыться?

От этих вопросов на душе становится грустно, но одновременно мне легчает. Внутри словно разжимается какая-то пружина.

Больше не переживая о том, куда спрятать руки, я равнодушно меняю наряд. Позволяю Артему сделать нужные кадры. Ничего не жду и не отвлекаюсь.

Оставшаяся часть съемки идет легко, почти механически. Комплект за комплектом, выход за выходом. Пять минут на смену одежды, минута на съемку. И так много раз по кругу, пока мы не доходим до особого «лота».

Последним в шкафу висит красное шелковое платье на бретелях. Слишком откровенное для ресторана и слишком закрытое для постели.

Кажется, я купила его пять лет назад, чтобы порадовать Игоря. На тот момент наш брак переживал второе дыхание, и мы постоянно искали – чем друг друга удивить.

Конец своей затеи я почему-то не помню. Не удивлюсь, если вместо романтического вечера у меня внезапно нарисовалась форс-мажорная командировка. Или Игоря внезапно вызвали в офис.

С тех пор платье так и висело. С биркой. В отдельном целлофановом чехле. Новое и забытое.

Не дав себе времени на раздумья, я быстро избавляюсь от чехла и надеваю его. Не глядя в зеркало, на ощупь расправляю складки, прячу бретельки бюстгальтера и выхожу в коридор.

– Это последнее, – радую Артема.

Только тот почему-то не радуется. Будто телефон неожиданно стал тяжелым, он поднимает его двумя руками и... опускает.

– Что-то не так? – суетливо осматриваю себя. – Какая-нибудь нитка? Или складка?

Моргая, смотрю на фотографа и жду ответа.

– Все... нормально, – хрипит совсем тихо. И делает первый кадр.

– Оно с ценником, – мой голос тоже садится. – Как думаешь, его нужно отдельно сфотографировать?

Поворачиваясь боком, кошусь на Артема.

Он резко, словно злится, проводит ладонью по волосам. Шумно выдыхает. И цедит сквозь зубы:

– Сделаю. Просто стой.

Глава 18

Глава 18

Артем без единой эмоции, как хирург на сложной операции, делает несколько кадров. Потом подходит вплотную и фотографирует бирку – деловито, не глядя на меня. Отступает к стене и опускает телефон, словно готов продолжать.

– Мой шкаф пуст, – растерянно развожу руками. – Но подожди немного. Поставлю чайник и разогрею ужин. У меня уже все готово.

– Иди, – бросает Артем.

Я сразу же иду. В спальне меняю платье на домашний костюм. Приглаживаю спутанные волосы и сую ноги в мягкие домашние тапочки.

В этой одежде впервые за весь вечер становится легче. Я как в привычном доспехе – защищенная и застрахованная от любых ситуаций.

– На ужин тефтели, – сообщаю, выглядывая в коридор. – Сейчас разогрею.

Оборачиваюсь к двери, где недавно стоял Артем.

Однако там пусто. Ни его, ни куртки, ни обуви.

– Где ты? – не понимая, заглядываю на кухню.

Постучав, захожу в ванную. Затем выбегаю в наш маленький тесный тамбур на две квартиры. Но итог один.

Он ушел. Не дождался ужина, не попрощался – просто вышел, будто куда-то спешил. Или не спешил, а просто не счел нужным сказать «пока».