Выбери другую (СИ) - Коваленко Мария - Страница 6

– Не надо, Марго... – перегораживает путь Игорь. – Пожалуйста, давай поговорим!

Он складывает руки в молитвенном жесте. Уже с кольцом! Как образцовый муж, который готов грудью встать на защиту семейных ценностей и института брака. Как тот мужчина, которого я считала самым лучшим на свете... моим любимым, единственным и родным.

– Пожалуйста, сделай для меня хотя бы одно хорошее дело, – поднимаю на него взгляд, – уйди с дороги.

– Марго, ты ведь знаешь, что я тебя не отпущу.

Он все же отодвигается.

– Я тебя не знаю, – шепчу, проходя мимо него к лестнице.

– Ты не сможешь без меня! Двадцать два года. Только ты и я! – доносится позади.

Я вздрагиваю, как от удара. Вот она – та самая пощечина, от которой он сдержался.

– Я заставлю тебя вернуться, – со злостью добавляет муж.

Но я иду. Загибаясь от подступающих слез, качу чемодан прочь из своего дома. И впервые в жизни не знаю, как мне быть дальше.

----

Друзья, не забывайте добавлять роман в библиотеку. Так вы сможете отслеживать появление новых глав.

Глава 6

Глава 6

Сдерживать слезы – редкое искусство. Я освоила его, когда компания взялась за первые крупные проекты.

Как самая молодая и неопытная, я всегда была виноватой во всех косяках строителей, арендаторов или арендодателей.

Девочка для битья с ребенком на руках. По сути – сама еще ребенок. Однако для клиентов – полноценный исполнитель и компаньон с правом подписи.

Ума не приложу, как я тогда не сломалась и осталась в бизнесе. Как выдержала бессонные ночи у кроватки Лизы и дни без выходных рядом с Игорем.

Не представляю, как сохранила психику. Но сегодня те навыки пригождаются как никогда!

Смахивая слезы, я улыбаюсь водителю такси. Почти не плачу, пока мы едем в «Ривьеру» – отель, где месяц назад я заказывала номер важному столичному клиенту. И даже нахожу где-то силы ровно, без всхлипываний попросить у администратора номер:

– Люкс на одну ночь, пожалуйста.

– Конечно. С вас восемь тысяч рублей.

– Вот, – отточенным движением протягиваю карту.

Девушка проводит ею по терминалу, хмурится и проводит еще раз.

– Извините, карта заблокирована, – смущаясь, возвращает ее мне.

– Что?! – не понимаю происходящего. – Не может этого быть!

Лихорадочно роюсь в сумочке, достаю вторую карту и кладу на стойку.

Девушка пытается провести и эту карту.

– Эта тоже заблокирована, – пожимает плечами.

– Какая-то ошибка...

От волнения ладони становятся влажными, а сердце колотится с такой силой, будто решило рвануть из груди.

– Одну минуту, – пока девушка не переключилась на следующего клиента, я вытряхиваю кошелек на стойку, дрожащими пальцами считаю наличные.

Обычно у меня не больше тысячи – на цветы в переходах и чаевые официантам. Игорь как-то пытался приучить меня носить наличку, но я по горло «наелась» ею еще в двадцать лет, когда приходилось давать взятки и расплачиваться за услуги, которые никто не хотел проводить через кассу.

Нынешняя я любым расчетам предпочитаю безнал и карточки. К счастью, после командировки мой запас бумажных денег больше стандартного.

– Сколько стоит у вас самый дешевый номер? – спрашиваю, выкладывая перед администратором стопку купюр и монет.

Каким-то чудом удалось собрать целых три тысячи.

– Две восемьсот, – девушка больше не улыбается.

В ее холодном взгляде наглядно отражается мое падение от ВИП-клиента до эконома.

– Отлично. Здесь хватит. – Забираю двести рублей.

Кладу оставшиеся деньги в кошелек – осторожно, как что-то бесценное. И спустя минуту получаю, наконец, ключ-карту.

***

После побега из дома и позорного заселения я как выпотрошенная.

Шок мешает плакать. На слишком мягком матрасе невозможно уснуть. А от тысячи вопросов очень скоро начинает болеть голова.

Будь это рабочий вопрос, я бы уже давно продумала каждый шаг и нашла выход. А в личном... сплошной туман.

Игорь словно второй раз лишил меня девственности. Но не той – после которой рождаются дети, а той – после которой нужно собирать себя по частям.

Горько.

Больно.

Непонятно.

Где-то до трех ночи я усердно играю в сильную женщину и убеждаю себя, что все будет в порядке. До семи мечусь по подушке между сном и явью. Вижу кольцо, тест и дочку с ребенком на руках. Пеку проклятое печенье. А после выпечки бросаю его в мусор вместе с горой фотографий из счастливой жизни.

Не самый лучший отдых после тяжелого дня. Однако настоящий кошмар настигает меня днем.

Привычная жизнь начинает сыпаться, как соломенный домик поросенка Ниф-Нифа от дуновения волка. И первым под раздачу попадает то, что я железно считала своим.

***

Игорь самым подлым образом выполняет клятву: «Я заставлю тебя вернуться».

Утром меня отправляют в отпуск.

Точнее, мягко предлагают написать заявление на отпуск за свой счет. На неопределенный срок.

– Игорь Владимирович уже согласовал все документы, – пряча глаза, говорит бухгалтер Света. – Вам просто нужно поставить подпись.

Смотрю на бумаги, не веря в происходящее.

Отпуск за свой счет? Мне?!

Последние двадцать два года именно я решала кадровые вопросы. По моим приказам работники уходили в отпуска, принимались на работу или увольнялись. Именно я была координационным центром всей компании.

– Света, это какая-то ошибка, – качаю головой. – Я не собираюсь ни в какой отпуск. – Вспоминаю про пустой кошелек. – Тем более за свой счет!

– Игорь Владимирович отозвал вашу доверенность, – шепчет бухгалтер, все еще избегая моего взгляда. – Теперь лишь он решает вопросы по персоналу. Лично.

– Отозвал доверенность? – замираю, переваривая эти слова.

Компанию Игорь создал еще до нашего брака. Юридически она всегда была его. После рождения Лизы я стала заместителем директора. Фактически мы могли обойтись и без оформления. Я не собиралась бросать Игоря в разгар первых крупных проектов. Но для подписания документов, для встреч, для визиток – проще было сделать меня замом и выдать доверенность на принятие любых решений.

Доверенность, которую он только что отозвал.

– Маргарита Сергеевна, простите, пожалуйста, – Света поджимает губы. – Но если вы не подпишете, Игорь Владимирович сказал... сказал, что придется вас уволить. А я не знаю, как мы без вас.

– Он с ума сошел? Да он же ни в чем, кроме финансов, не разбирается.

– Простите еще раз... – бухгалтер пугливо протягивает мне распечатанное заявление.

– Ладно, тогда буду отдыхать, – заставляю себя отнестись к ситуации философски. – Пусть справляется, как хочет.

Дрожащей рукой подписываю заявление и, развернувшись на сто восемьдесят градусов, ухожу из офиса.

***

Казалось бы, Игорь пал так низко, что ниже невозможно. Но к обеду выясняется, что все наши общие счета заблокированы.

Игорь заморозил мои карты и перевел деньги на другой счет.

– Все наши общие деньги? – переспрашиваю я у молоденького операциониста.

– Сейчас, – он бодро стучит по клавишам. И через минуту отвечает: – Часть средств ушла на покупку оборудования. Какой-то станок.

– Станок? – не верю ушам. – Мой муж батарейки в пульте поменять не способен. Какой станок?

– Извините, Маргарита Сергеевна, к сожалению, у меня нет более подробной информации. За ней вам лучше обратиться к владельцу счета.

– Сукин сын, – шепчу едва слышно.

Переносица вспыхивает огнем. Подняв голову вверх, часто моргаю.

– Формально счет оформлен на Игоря Владимировича. Если что-то не так, вы можете обратиться в суд.

– Обязательно... – глотаю подступившие слезы. – А мой собственный счет?

Кладу перед ним карту, на которую Света всегда начисляла зарплату. Миллионов там не будет. Мы, как и все владельцы бизнесов, экономили на налогах. Зарплата замдиректора не сильно отличалась от оклада уборщицы. Однако сейчас для меня важна каждая копейка.