Развод! Смирись, милый! (СИ) - Горская Ника - Страница 40

— Идём в машину. Холодно, — говорит и тянет меня к своему автомобилю.

Сопротивляться ему бессмысленно.

Уверена, что стоит мне попытаться выразить протест и он взвалит меня на плечо, но добьётся своего.

Молча шагаю, молясь, чтобы моё предположение о его осведомлённости не подтвердилось…

Глава 44

Вика

Тепло салона согревает, но не настолько, чтобы унять внутренний тремор.

Спрятав ладони в рукавах объёмного пуховика и прижав ими лежащую на коленях папку, смотрю в окно прямо перед собой.

С опаской жду, когда Градов продолжит своё наступление, но он почему-то молчит.

Долго.

Так же, как и я пускает взгляд свозь лобовое стекло.

Выглядит глубоко погружённым в свои мысли.

Это лишний раз заставляет меня напрячься.

Таким Назара я не видела ни разу.

— Ты чем-то больна? — некоторое время спустя, глухим голосом спрашивает он.

Этот вопрос повергает меня в состояние шока, если не сказать больше.

— Что? — оторопело переспрашиваю, взглянув на него.

В то же время в голове будто какой-то сложный пазл складывается. Монотонно. Квадратик за квадратиком.

Градов узнал, что я хожу в поликлинику и решил, что я больна?

Почему же не сделал как привык — не использовал свои связи чтобы узнать наверняка?

Или всё же не такой уж он всесильный?

Сейчас мне отчаянно хочется верить в это.

— Ты второй раз за месяц ходишь в больницу, — повернув ко мне голову, припечатывает обеспокоенным взглядом, — Как я вижу дело не в простуде.

Под прицелом его глаз вся сжимаюсь.

— Со мной всё хорошо, — выдыхаю приглушённо.

От страха быть разоблачённой мелко дрожу не в силах больше это скрывать.

— И вообще, зачем ты продолжаешь за мной следить? Это выглядит странно, Градов, — тоном выдаю своё возмущение.

Его забота теперь неуместна.

Неужели он этого не понимает?

— Своей чёртовой самостоятельностью хочешь выпендриться? — буквально рычит Градов. — Сколько можно кровь мне сворачивать? А, Вик? Наказала уже! Захлёбываюсь сожалениями каждый грёбанный день без тебя! Может хватит, блядь?

Боже… он не исправим!..

Я не обязана слушать этот бред!

Развернувшись корпусом, открываю автомобильную дверь, намереваясь выйти. Но уже в следующее мгновение Градов рывком тянет меня обратно и блокирует двери.

— Выпусти меня! Немедленно! — голос звучит достаточно уверенно.

Скулы и подбородок Назара заостряются, от плотно стиснутых челюстей.

Вижу, что кипит, но пытается сдерживаться.

— Хватит от меня бегать! Детский сад какой-то, — в глазах появляется тот самый блеск, от которого у меня дыхание застревает в горле. — Тебе самой не надоело, Вика? Сколько можно?

Непробиваемый!..

— А тебе? — спрашиваю, выдержав значительную паузу, — Тебе самому не надоело? Я уже давно живу своей жизнью. Пойми ты это наконец! И скорее всего даже не вспоминала бы тебя, если бы ты так упорно и постоянно не давал о себе знать! Ты спрашиваешь не надоело ли мне? Надоело! Очень! — последние слова практически выкрикиваю.

Позволяя эмоциям вырваться наружу, я забываю о том каким Назар может быть.

В следующую секунду он разворачивает меня к себе и сжав пальцами подбородок впивается в губы жёстким поцелуем.

От неожиданности впадаю в ступор.

Но, к счастью, это состояние длится не долго.

Резко втянутый воздух, возвращает меня в реальность.

Движимая яркой вспышкой злости, бью Градова кулаками в грудь. Сопротивляясь изо всех сил, пытаюсь вывернуться. Кусаю за губу, царапаю шею. И это даёт результат. Назар отодвигается, а я не до конца осознав свои действия, бью его по лицу. От удара голова по инерции дёргается в сторону, и он замирает.

Испугавшись своего поступка, вжимаюсь спиной в дверь позади себя.

Тишину в салоне нарушает лишь наше общее сорванное и шумное дыхание.

У меня внутри всё пылает. Щёки и шею тоже опаляет жаром.

— Оставь меня в покое, Назар, — говорю, когда он поворачивается в мою сторону. — Твоя настойчивость уже ничего… — договорить не дают тиски, с адской силой сдавившие моё горло.

Перед глазами расплываются тёмные круги, когда я понимаю на что устремлён взгляд Назара.

В борьбе с ним я совершенно забыла про папку, из которой выпала моя обменная карта.

Она лежит между нами.

Титульный лист с названием не оставляет никаких сомнений по поводу её внутреннего содержания.

«Обменная карта беременной женщины»

Вот и всё…

Сталкиваемся взглядами и меня накрывает взрывной волной.

Зрение расплывается, но я всё равно замечаю, как сильно бледнеет его лицо, как он несколько раз нервно сглатывает.

Мои губы дрожат, но я упрямо задираю голову, выдерживая его взгляд.

— Ты собиралась мне рассказать? — грубоватый голос сейчас звучит мягче чем обычно.

Прикрыв глаза, тихо смеюсь. Иного выхода своим эмоциям не нахожу.

Обидно…

Обидно за ещё нерождённого малыша, за себя, за нашу семью, которая осталась в прошлом.

Да, обидно, что он привёл нас вот к этому.

Душе снова больно становится, но я держусь.

— Вика?

Смотрю на него собирая все свои силы.

— Почему я должна тебе об этом говорить? — произношу ровно, хоть за грудиной всё разрушительно трещит.

Кто-то назвал бы меня стервой, дурой или просто сумасшедшей.

Возможно, все они будут правы, но сейчас я действую в собственных интересах.

Необдуманно, импульсивно, под действием обстоятельств.

Да.

Допускаю даже что позже пожалею о своём решении, но это будет потом.

Сейчас же это видится единственно правильным.

— Ты сейчас серьёзно? — теряет остатки самообладания. — Планировала скрывать? Ты вообще в себе?

Мы смотрим друг на друга.

— Ты не имеешь к этому ребёнку никакого отношения, Назар, — проговариваю абсолютно бездушно.

Наверное, даже я не могла от себя такого ожидать.

Для Назара же мои слова — удар… который он не держит...

Внутренности скручивает от собственной лжи. Смелости озвучить её до конца не хватило, но вложенный мною в несколько слов посыл Градов понимает правильно.

Не отводя от меня взгляда, выдыхает и поджимает губы.

Болезненно морщится и отворачивается.

А я торопливо хватаю карту, запихиваю её обратно в папку и прижимаю к груди.

Понимаю, что нужно уходить, но скованная смешанными чувствами не могу сдвинуться с места.

— Это получается мы с тобой несовместимы? Так что ли? — усмехнувшись, выдаёт убитым голосом.

Сейчас по новой ощущаю своё разбитое сердце. Оно заражает болью все остальные органы.

На меня вдруг накатывает жуткая усталость.

Хочу домой.

Залезть в кровать и пореветь от души, спрятавшись под одеялом.

— Пиздец какой-то, — ругается Градов. Опустив голову, вжимает основания ладоней в глаза.

Его чувства мне слишком знакомы, чтобы не распознать эту агонию.

Знаю, что своим обманом причиняю ему боль, но он сам вынудил.

Я не планировала этого!..

— Какой срок? — повернувшись ко мне пытливо препарирует взглядом.

Ну да.

Это же Градов.

На веру ничего не пускает.

— Есть хотя бы небольшая вероятность того, что он мой? — не желает сдаваться.

В его голосе столько надежды…

Слышать её невыносимо.

Закусив изнутри щёку, загоняю обратно рвущиеся наружу слёзы.

Отвернувшись от него, отрицательно качаю головой.

Сил на то, чтобы произнести вслух очередную ложь, нет.

Почти уверена, что моего ответа ему будет мало и я понятия не имею каким образом впредь буду отражать его атаку.

Хотя, вполне возможно, я ошибаюсь и у него есть свои границы доверия ко мне. Как знать…

Какое-то время сидим в полной тишине.

Мир вокруг продолжает своё движение. Продолжает жить. И лишь мы вдвоём будто в вакуум погружены. В вязкую субстанцию, полностью поглотившую нас.

— Поехали, отвезу тебя домой, — спустя долгие минуты молчания говорит Назар, берясь за рычаг коробки передач.