Антология фантастики и фэнтези-80. Компиляция. Книги 1-12 (СИ) - Демченко Антон - Страница 126

— Барон, два слова напоследок, если позволите. — Я глубоко вздохнул. Замер на полушаге друг мой… бывший, нехотя развернулся, ждет. Ладно, мне нетрудно, сам подойду.

Оказавшись в двух шагах от Дима, посмотрел на него — стоит статуй с мордой каменной, куда-то поверх моего левого уха взгляд вперил. И что такому доказывать? Как? И главное, зачем? Да черт с ним, фанатиком хреновым!

— Держи, барон Гумп, хорошее владение будет, ни одна тварь не пролезет, — вынул я из кармана пропуск в убежище, да и напялил с ходу ему на шею. О, смотрю, в глазах чего-то засветилось непонятное, недоумевающе-недоверчивое. Ожил, егерь бывший. — Позвольте пройти, барон.

Дим на автомате подвинулся, а сам в руках пропуск сжимает. Ага, глазам своим не верит, пощупать надо. Ну щупай-щупай, а я пойду… по холодку. Но не успел и десятка шагов по внутреннему двору сделать, как услышал торопливый стук каблуков за спиной. Обернулся, Лийка в объятия так и влетела. Поцеловала в щеку, «прощай» шепнула да, вывернувшись из кольца моих рук, из виду исчезла. Ну хоть она на меня зла не держит, и то славно.

Вышел я за ворота, вдохнул горный воздух, глубоко-глубоко, полюбовался на синеющее над головой небо без единого облачка, да и двинулся в торговые ряды, к отъезду готовиться. Вот так, хотел по империи погулять? Ну и гуляй, бродяга. Ныне тебя здесь ничто не держит. Вообще.

Обычно ходоки-егеря если уж обзаводятся скакунами, то стараются брать либо быстроходов, либо тяжей, но последних реже… Всем хороши быстроходные скакуны. Резвые, выносливые, но в Пустошах они — добыча. Серьезные же тяжеловозы, пригодные для работы в приграничье высокую скорость хода держать не могут, зато груза утащат много, да и идти способны чуть ли не сутками, но самое главное, что тяжи могут за себя в Пустошах постоять, поскольку сами той же породы, то есть искаженные твари, прирученные дрессировщиками. Точнее, усмиренные. И как всякие исчадия темных земель, эти животинки предпочитают мясную диету, а жрут они много. Нет ничего удивительного в том, что на покупку подобного «транспорта» не всякий ходок раскошелится. В основном подобными животными обзаводятся рейдеры или «охотники», специализирующиеся на добыче крупных тварей, которых и после разделки и избавления от всего ненужного на своем горбу не утащишь. Вот, прокручивая эту информацию, и стоял я на рынке перед загоном, посматривая то на тонконогого дарагонца, невесть какими путями занесенного в эти места, то на тяжа, необычного для темных тварей серого окраса. Ширококостного, блестящего мелкими змеиными «чешуйками», то и дело вспыхивающими то тут, то там. Скосил зверь на меня лиловый глаз да, вздернув губу, лязгнул солидным набором мощных клыков. Такие не только мясо, они и кости в труху перемелят.

А если подумать… зачем мне дарагонец? Спорткару место на кольце, но никак не на бездорожье. Да и торопиться мне некуда. А вот тяж — это как раз самый внедорожник и есть. Прожорливый, не без того, зато трех таких, как я, утащит и не поморщится, через любые кручи провезет, а при надобности от любой средней твари Пустоши отобьется, а бреднями так еще и желудок набьет… все экономия. Решено!

Торговался я с барышником долго и нудно, но все же за полтысячи золотых сторговал себе транспорт. Не самая высокая стоимость, на самом деле, на тех же дарагонцев, с этой суммы цены лишь стартуют. Но то забава дворянская да рыцарская, а мне и тяж хорош.

Тут же подбежавший дрессировщик ухватил мою покупку за ухо и, что-то тихо забормотав, потянулся ножом к моей руке. Ну да, сейчас! Так я и позволю тебе пялиться на ту субстанцию, что мне ныне кровь заменяет! Я сунул ладонь под нос тихо шипящему животному, и тяж с готовностью ее прикусил. Чуть-чуть. Ну вот и все. Владелец назначен. Поблагодарив парой золотых слегка ошалевшего от моего поступка дрессировщика, я заседлал свой новый транспорт, приторочил к седлу мешок и рюкзак и, сунув рейдерский посох в крепление у луки… повел животное в поводу. По рынку разъезжать верхом, прошу прощения за каламбур, верх идиотизма. А мне еще покупки предстоят.

Из торговых рядов я вывалился, когда солнце уже перевалило зенит, и, не теряя времени, направился к воротам. Объявленная защита Церкви сработала на все сто. Городские стражи в мою сторону даже головы не повернули, словно и не они вовсе хрен знает сколько времени потратили на мои розыски. Ну и замечательно.

Усевшись наконец в седло, я поправил лихо заломленный берет с пером хроморона, накинул на плечи предусмотрительно извлеченный из сумы дорожный плащ и, представляя себя эдаким Д’Артаньяном, дал шенкеля своему скакуну… и тот, медленно и вальяжно, словно ракета из подземной шахты, выплыл из городских ворот. Да, разгоняется тяж совсем небыстро, но зато, набрав крейсерские полтора десятка километров в час, может «глотать» эти самые километры, чуть ли не сутками. Только мясо в топку подкидывать не забывай!

Покосившись в сторону Пустошей, я вздохнул, вспомнив о своем решении, и направил скакуна вперед по тракту. Искаженные земли это, конечно, неплохо. Прибыльно и нервы щекочет, но и отдыхать тоже нужно. А значит, мой путь лежит на север, во внутренние земли империи Нойгард.

Три дня, и я уже вижу городские стены Майна, не хуже, чем у недавнего гонца, получилось, а ведь тот как раз на дарагонце к Диму явился. Правда, в отличие от бедолаги, я имел возможность двигаться не только в светлое время суток, чем и пользовался. Но ведь и под седлом у меня тяж! А если учесть, что при малейшем намеке на появление любых встречных или попутных всадников и караванов я съезжал с тракта и заставлял скакуна идти по пересеченке, поводов для гордости становится лишь больше. А с тракта я съезжал по той же причине, по которой решил не заезжать в Майн, между прочим. Ну не было у меня никакого желания встречаться с людьми протопресвитера отца Тона. А в том, что так просто его преосвященство меня в покое не оставит, я был уверен. Одно хорошо: теперь он хотя бы Дима дергать не будет. После устроенной-то мною громогласной ссоры, которую полдома слышало?! Три раза «ха»!

Глава 4

Майн остался позади, а впереди меня ждала столица бывшей марки Зентра, а ныне полноценного герцогства — Альт, которую еще называли Высоким городом. И, на мой взгляд, она полностью оправдывала это выспренное название. Расположившийся на Полночном кряже город уступами тянулся вверх к возвышающемуся над лабиринтом узких улочек, высокому утесу, словно короной увенчанному старым замком. Родовое гнездо Зентра, кстати, сохранило свое название «Графский донжон», несмотря на изменение титула его владельца. По крайней мере, местные жители, говоря о нем, иначе замок не именовали.

Майн я обошел стороной из-за возможного столкновения с эмиссарами инквизитора, которых, как мне казалось, если не сам отец Тон, то его верный пес Иммар обязательно должен был отправить на мои поиски. А вот Высокий город Альт не вызвывал у меня подобных опасений. В этом огромном городе возможность такой встречи, на мой взгляд, стремится к нулю. Да и, честно говоря, я просто устал от многодневного путешествия. Забавно, но долгие походы в Пустоши с их опасностями, ночевками под кустами и сном вполглаза не выматывали меня так, как эта поездка. А все от того, что хуже полного отсутствия комфорта комфорт хреновый. Еда в придорожных харчевнях оказалась скуднее и, что удивительно, куда хуже на вкус, чем мои походные изыски, а не чищенные и не мытые с момента постройки, сортиры, в которых приходилось изображать гордого орла, балансируя над «очком», начали бесить уже в третьей приютившей меня на ночь харчевне. Постель… да лучше ночевать в Пустошах под кустом бузины, чем ложиться на тюфяк, который, кажется, шевелится от безумного количества обитающих в нем насекомых! В общем, в этих придорожных гостиницах оказалось лишь две вещи, которые я не стал бы охаивать, — мыльня и услуга стирки-чистки одежды. Помыться после целого дня тряски по пыльным дорогам Нойгарда — это блаженство. А уж мытье горячей водой — блаженство вдвойне.