Космический замуж. Попала – распишись! (СИ) - Дружинина Дина - Страница 11

Но я не планирую, напротив, цепляюсь за его плечи. Внутри всё вспыхивает, горячей волной проходит от низа живота к кончикам пальцев.

Дайгрон опускает меня на простыни, и накрывает своим горячим и тяжелым телом. И это отдельное удовольствие — быть прижатой им, распластанной под ним. Я отдаюсь ему полностью, наслаждаюсь, тяну его к себе, обнимая за шею и обхватывая ногами, чтоб прикасаться каждой клеточкой тела к его, сильному и мускулистому. Не отпускать.

Его ладони скользят по бокам, сжимают, гладят. Я выгибаюсь навстречу, и он рычит мне прямо в шею, низко, вибрирующе, от чего по моей коже бежит целое море мурашек.

Он входит в меня одним плавным движением, и я задыхаюсь от того, как идеально мы подходим друг другу. Как будто я создана именно под него. Он двигается мощно, уверенно, но каждый толчок отзывается внутри меня волной тепла, которая поднимается всё выше, выше… Я цепляюсь за его спину, шепчу что-то бессвязное, и он низко шепчет:

— Ты моя, Дария. Моя! — на каждом выпаде, словно это самый надежный способ донести до меня это просто убеждение — вколочиваясь с этими словами в мое тело.

Если б я могла о чем-то думать в этот момент, то наверняка я б подумала что-то вроде «да пожалуйста! Забирай всю, я согласна!», но все мысли отключаются, оставляя только ощущение полёта.

Я лечу. Прямо в космос. Звёзды взрываются за закрытыми веками, тело дрожит, как струна, натянутая до предела, а потом рвётся в самом сладком месте. Кричу в мужское плечо, чтобы не разбудить соседние планеты. Дайгрон следует за мной через пару глубоких толчков, прижимаясь в конце так сильно, что кажется, мы срастаемся в одно существо.

Лежим, тяжело дыша. Он целует меня, нежно. Невесомо, с благодарностью за подаренное наслаждение.

— Ты невероятная, — шепчет он, зацеловывая мое лицо.

Я в ответ только улыбаюсь, потому что говорить пока не получается. Кажется, я превращаюсь в желе. Улыбающееся.

Приятная томная дрёма подхватывает меня и уже хочет унести в сладкий сон, но только кажется кое-кто против.

Кровать прогибается с другой стороны. Эйрдан. Он не торопится. Он вообще никогда не торопится. Ложится рядом, проводит кончиками пальцев по моей руке, от запястья до плеча, спускается вниз, рисуя сложные узоры из прикосновений и поцелуев на груди и животе, и я уже снова горю.

Совсем по-другому. Медленнее. Глубже.

Он целует меня так, будто у нас впереди целая вечность. Ласково, исследующе, будто хочет насладиться сполна каждым мигом и каждым прикосновением.

Его ладони скользят по животу, по бёдрам, и я сама раздвигаю ноги, приглашая. Он входит плавно, и я вздыхаю от того, как нежно он меня заполняет.

Если с Дайгроном это был ураган, то с Эйрданом — это тёплое море ночью. Он двигается медленно, глубоко, каждый раз замиранием глядя мне в глаза. Я тону в его взгляде, в его дыхании, в том, как он шепчет моё имя, будто я самая долгожданная, самая любимая:

— Дария… моя Дария… Девочка моя, сладкая…

Я обхватываю его ногами, притягиваю ближе. Откуда только силы берутся? Но мои мужья так действуют на меня, что я словно сама не своя, хочу ещё и ещё.

Мы движемся в одном ритме. И когда меня накрывает следующий оргазм, на этот раз это мягко, словно погружение в морские глубины.

Эйрдан следует за мной с низким стоном, потом прижимается лбом к моему лбу и выдыхает моё имя.

Мы лежим втроём. Я посередине, как начинка в самом вкусном бутерброде вселенной. Дайгрон гладит меня по волосам, Эйрдан по спине. Я почти засыпаю, когда над ухом отчетливо раздается:

— Мяу?

Потом второе, выше тоном.

Я замираю. Но глаза всё равно не в силах открыть. Ну или хорошо, в силах, но пока боюсь посмотреть в глаза своим мужьям. Хотя, с другой стороны, что такого? Они привели к дом меня, а я кота… и кошку ещё.

Открываю один глаз. Наблюдаю, как Эйрдан приподнимается на локте, всматриваясь в коридор, потом обводит взглядом комнату, останавливается на комоде.

— Дария, у тебя ведь был один кот?

Глава 17

Я вообще-то планировала уснуть, как приличный человек, после… ну… всего того, что только что произошло.

Хочу раствориться в приятной истоме, в объятиях двух очень довольных, очень горячих, очень мужественных мужей — и пусть вся вселенная подождёт.

Но вселенная, как видно, подождать не могла.

И теперь я пытаюсь изобразить невинность. Но, к сожалению, невинность плохо сочетается с тем, что я лежу в смятой постели, пропахшей сексом, голая, зажатая между двумя мужчинами, и в комнате сидят два космических пушистых кота альт-био.

— Был, — подтверждаю осторожно, — один, но стало два.

— Ты нашла кота? — удивленно восклицает Эйрдан.

— Нет! — возражаю я, даже взбодрившись на миг, отрицательно трясу головой: — Это не кот!

— Не кот? — не понимают они.

— Это кошка… — сдаюсь я, — и она сама меня первая нашла. И кажется, они с Неоном запечатлелись.

В этот момент оба — Неон и Фиона — синхронно «МРРРРООООУУУ»-кают, как поддержка моим словам. И светятся.

СВЕТЯТСЯ.

Я медленно поворачиваю голову, проследив за пораженными взглядами мужей. С комода, как два маленьких неоновых привидения, спрыгивают Неон и Фиона, цокают то ли когтями, то ли бронированными пластинками на лапах.

— Когда ты успела? — продолжают допытываться мужьям, вероятно, не до конца веря своему котоприобретенному двойному счастью.

— Это как с мужьями, — бормочу я, пытаясь все-таки уплыть в сладкий сон, — сначала один, потом внезапно второй, и ты уже не понимаешь, как раньше жила всего с половиной комплекта.

Думаю, не стоит объяснять моё поведение, оно вполне оправдано тем, что я лежу между двумя горячими мужскими телами, как прослойка из счастья и лени. В голове приятно шумит, будто кто-то запустил мне по венам шампанское. Глаза закрываются сами собой. И мне точно не до выяснений про количество котов и кошек.

Эйрдан садится в кровати.

Дайгрон тоже.

Оба выглядят так, словно пытаются решить, нужно ли им сейчас хватать меня, котов, или огнетушитель, если сияние вдруг перерастёт в локальное ЧП.

— Дария, — осторожно спрашивает Эйрдан, — а где ты её нашла?

Я открываю рот, но Дайгрон вдруг замолкает, поднимает палец, и шепчет:

— Подожди. У нас в доме альт-био пара! — говорит он тихим, очень нехорошим голосом.

— Пара? — переспрашиваю я. — Ну… да. Я же и говорю: запечатлились, то есть, они как бы… того… влюбились в друг друга. А что не так?

Неон и Фиона одновременно запрыгивают к нам на кровать, растопыривают лапы и… начинают сиять и мять лапами одеяло. Судя по тому, как мужчины замерли, сияние котов — это не повседневная норма на Тауронсе. А возможно то, что они месят когтями покрывало, — тоже нечто из ряда вон.

— Но они… — Эйрдан щурит глаза. — Они меняют цвет?

— Да! И это полностью нормально! — утверждаю я голосом человека, который точно понимает: ничего нормального в происходящем нет.

Мужья сидят, как окаменелые изваяния.

— Дария… — шепчет Эйрдан. — Ты… уверена… что они не опасны?

— Абсолютно! Они даже терапевтические!

— Терапевтические? — переспрашивает Дайгрон.

— Да! — уверенно отвечаю. — У нас сегодня на работе был потрясающий случай!

Фиона тем временем решает, что Эйрдан — мягкая тёплая мебель, и начинает устраиваться в районе его груди. Мужчина смотрит на это напряженно, но не двигается, видимо боится спугнуть фиолетово-синее чудо с хвостом.

Я делаю глубокий вдох.

Ну что ж, самое время объяснить.

— Сегодня, — продолжаю я, — эти двое вылечили мою клиентку, которая угасала. На нее было страшно смотреть, а ее мужья были в ужасе. Я совершенно не понимала, что мне делать, пока на помощь не пришли наши коты. Андроид сказала, что они — пара альт-био. А их урчание восстанавливает женскую энергию. На Тауронсе эффект усиливается их парностью и атмосферой.

Наступает тишина.

Дайгрон медленно тянет руку к Неону, аккуратно касается и делает попытку погладить.