Небесный всадник. Том 3 (СИ) - Кири Кирико - Страница 18

— Всё! Самсон! Уходим! Вернёмся, как буря спадёт! — прокричала Аэль, схватив меня за руку. — С ним всё будет в порядке!

Хотелось бы верить, но взгляд падает на тварь, которую мы завалили, и отчего-то мне в это уже не верится. Это был дракон, однозначно, но… он как будто сгнил. Плоть отваливалась кусками, как и шкура. Местами я видел поблёскивающие мышцы и даже торчащие кости, будто кто-то вывернул её наизнанку и потом попытался засунуть всё обратно. Или просто собрал и сшил из множества кусочков…

— Давай! Надо уходить! — Аэль буквально заталкивала меня на своего дракона, который уже успел откусить у врага лапу.

Я бросил взгляд на Бегемота, который смотрел на меня вполне разумным взглядом. Хуже того, я чувствовал его смятение и непонимание, куда я сейчас ухожу. Сорян, Бегемот, но нам надо будет разделиться. Тебе надо бежать. Давай, беги! В лес, ты знаешь, куда, а там уже мы тебя и выловим.

Получив мысленную команду, дракон развернулся и быстро затрусил прочь, не преминув оторвать другую лапу у поверженного врага в дорогу.

Чувствовал ли я себя паршиво? Ну конечно чувствовал, я не из тех, кто бросает собаку на другом конце города, потому что та надоела. Но есть чувства и привязанность, а есть приказы. Можно спорить бесконечно о морали подобного, но я знал, на что подписываюсь. Все знали. И подобное уже случалось на моих глазах.

Тогда, в лесах, когда остроухих гоняли и одну я таки сбил же, и тогда она бросила дракона и спасалась на своих двоих. Не потому что тварь и предала своего дракона — после нескольких месяцев ты относишься к нему как к члену своей семьи, как к питомцу, который неотъемлемая часть жизни (да, тут нет уничижительного сравнения дракона и собаки). Просто есть приказ, которому сквозь слёзы ты должен подчиниться ради остальных.

Аэль тем временем усадила меня за собой, привязав верёвкой, после чего её дракон начал быстро взлетать. Не чета Бегемоту — всего пара взмахов, и мы уже были в воздухе. Вновь нырнули в снежный буран, где не было ни верха, ни низа.

— Как далеко до леса⁈ — прокричал я ей в ухо.

— Я не знаю! — крикнула она, повернув голову. — Нас отнесло, но не знаю, как далеко! Надо подняться выше!

И поднимались мы заметно лучше, чем на моём. Как-то легче, плавнее, словно это был истребитель, а тот тяжёлый бомбардировщик. Местами нас так бросало, что, если бы не верёвка, то я бы полетел обратно на землю, но нет, обошлось. Ещё пара минут, и мы должны были вынырнуть на свободу…

И вновь сработала чуйка.

Просто внезапная паника, животный страх, необъяснимый и беспощадный. Сердце забилось, как сумасшедшее, будто я сидел на рельсах, видел приближающийся поезд, но не мог сдвинуться с места.

— АЭЛЬ! — заорал я ей в ухо. — ОНО РЯДОМ!

— Кто⁈ — чуть повернула она голову.

— НЕ ЗНАЮ! НО ОНО РЯДОМ! МОЖЕТ ЕЩЁ ОДНА ТВАРЬ!!!

И она была где-то совсем близко, потому что моя чуйка включала сирену, когда до опасности можно было рукой дотянуться.

— Насколько рядом⁈ — оглядывалась Аэль, хотя тут даже голову дракона хрен разглядишь через такую пелену.

— ЗДЕСЬ! — рявкнул я, почувствовав, как ужас буквально коснулся шеи.

И Аэль отреагировала быстро.

Дракон сложил крылья и резко нырнул вниз и в сторону, уходя из-под возможного удара. Раскрыл крылья, сделал полукруг и обернулся, на мгновение зависнув на месте.

— Ты его чувствуешь⁈

— Да! — я крутил головой, пытаясь уловить тварь.

Аэль тем временем вновь начала пикировать вниз, пытаясь уйти по скорости. Да только чувство липкого ужаса не проходило. Он был рядом, а может, и не он один. Они преследовали нас и не собирались отпускать. А ещё…

А ещё у меня возникло странное чувство, что в этой снежной буре мы окончательно заблудились. Здесь не было видно ничего в ближайших трёх–пяти метрах, солнце не пробивалось, и ты висел в снежной пустоте. Сбиться легче лёгкого, и мы…

Чуйка завизжала.

— АЭЛЬ! — только и успел выкрикнуть я.

В следующее мгновение произошло две вещи. Первая — всадница среагировала на окрик молниеносно, резко дав в сторону. Вторая — огромное тёмное пятно промчалось прямо по правой стороне.

Даже сквозь снег я разглядел полуразложившийся бок твари, откуда виднелись торчащие рёбра, и огромные когти, которые лишь чиркнули по чешуе, высекая искры. Аэль тут же развернулась, обдав пламенем всю округу, но взгляд успел ухватить лишь тень, которая растаяла в снежной мгле.

А потом ещё одна атака. Мы вновь увернулись каким-то чудом, сложив крылья, увернулись, крутанувшись бочкой и плюнув в ответ огнём. Не достали. Зато я почувствовал, как выскальзываю из страховочных верёвок с такими кульбитами.

И пока те собирались заходить на второй заход, Аэль погнала дракона прочь. Здесь не было правильных вариантов. На земле тебя просто забьют с воздуха, огнём или пикированием, как сапсан. В воздухе тоже задерут. Сражаться против двух, кого ты не видишь — смерть. Ситуация, когда спасти могла только ошибка врага или побег.

И хуже того, что мы ориентировались хуже, чем те, кто в ней обитал. Единственный вариант — лететь. Лететь по ветру как можно быстрее и дальше в попытке оторваться.

И Аэль гнала. Я чувствовал, как мы мчимся прочь по ветру. А ещё я чувствовал, как я соскальзываю с гладкой спины дракона, и прижался к Аэль сзади, обхватив руками. На такой скорости тебя просто сдувало без шансов.

А потом начался второй заход тварей.

— АЭЛЬ! — я почувствовал раньше, чем увидел тень, и она резко нырнула вниз и вправо, просто доверившись мне. Мимо пролетела разлагающаяся туша.

Но едва мы успели опомниться, как нам в лоб устремился второй, и Аэль просто дала по тормозам. Как в тундре херанула воздушный тормоз, позволив врагу перелететь нас, и тут же вновь по газам, попытавшись достать его огнём. Пролетаем несколько метров, и снова на нас заходят.

Только в этот раз с драконом побороться попытался я.

Я уже и до этого касался сознания подобных тварей. Не в первый и не в последний раз, как говорится. С обычными драконами получалось законтачиться, тех, кто посложнее, удавалось ввести в лёгкий ступор, который сейчас мог бы спасти нам жизнь. И, глядя на то, как тварь приближается к нам, я решил испытать судьбу.

Получится — отлично, будет два дракона. Нет — я выиграю для нас время. Я сделал попытался законтачиться.

И в то же мгновение меня утянуло. Вот я сидел на спине дракона, цепляясь за Аэль из последних сил посреди бушующей бури, в лицо бил ветер, обжигая холодом глаза, а вот… темнота. Безграничная и полная темнота, будто в мире выключили весь свет за неуплату.

Я стоял посреди этой тьмы. Но даже здесь был просвет — вдали я видел маленький красный огонёк, словно далёкий свет костра или свечи. Едва я увидел её и заострил на ней внимание, как меня внезапно… перенесло. Просто перенесло — я стоял вдали, а вот уже буквально в метрах десяти от красного, как кровь, свечения.

Это было и пламя, и свечение, и… тень. Это была тень чего-то, которое отражалось во тьме. Я не мог объяснить, как понял, но это оно медленно обернулось ко мне, заставив почувствовать на себе взгляд чёрных, как сама тьма вокруг, глаз. Внимание ощущалось как нечто слизкое, холодное и липкое, проникающее в каждую пору и клетку, пропитывающее мышцы и даже кости, будто меня прощупывали насквозь.

Это была тень нечто более страшного, чем просто какого-то существа.

— Я чувствую тебя… — проскрежетал голос отовсюду. Это был и шёпот безумца, и визг тысячи людей в агонии, и скрежет того, что пыталось выговорить человеческие слова. — Я чувствую тебя…

И я почувствовал, как ко мне тянутся.

Если до этого было просто страшно до дрожи в коленках, то сейчас я беззвучно визжал от ужаса, который в одночасье нахлынул. Я не мог ни бежать, ни двигаться, лишь с ужасом наблюдать приближение чего-то.

Это был конец. Его касание было не просто смертью, оно было нечто более страшным, нечто тем, что человек не мог ни понять, ни осознать.