Небесный всадник. Том 3 (СИ) - Кири Кирико - Страница 3

Я, честно говоря, даже не ожидал, что она окажется в этом вопросе самой невозмутимой и логичной. Ну типа ты не можешь довериться человеку и раздеться в то время, как доверяешь при этом собственную жизнь. Нет, стеснение работает, конечно, иначе, и тем не менее вопрос был достаточно логичен: бояться показаться голым, но не бояться доверить собственную жизнь.

А, ладно, уговорили…

Я без задней мысли сбросил с себя всё, что было, и побежал в воду под задувающий меж деревьев холодный воздух.

Ирис была права, когда вокруг мороз, сидеть в тёплой воде сплошной кайф. А одежду можно положить на тёплые камни, чтобы она не остыла и не промёрзла. И сидишь, дышишь перемешанным с тёплым паром холодным воздухом и так приятно…

Хотя что я заметил — а Ирис-то стесняется. Я серьёзно, это было прямо сильно заметно на фоне невозмутимой Тефеи, которая даже глазом не повела и сидела в воде с запотевшими очками. Вот этот бегающий взгляд, особенно когда я голый подходил, а она старалась не смотреть, нет-нет да косясь взглядом на мою гордость, чрезмерно красные щёки и попытка не встречаться взглядом, пока руки между делом прикрывали уже её гордость.

Блин, да оказывается, я тут не один такой. Причём хрен с ним, со мной, двадцать три всего, а ей там же около ста восьмидесяти ведь! И нет, она не ровесница Каталины, потому у них принято почему-то считать свой возраст с того момента, как они стали всадницами, а не с рождения. То есть той же Серафине не двести два, а двести двадцать два, а Мелиссе не триста, а триста тридцать.

И получалось, что Ирис не сто шестьдесят с копейками, а сто восемьдесят плюс-минус пять лет! А стесняется ещё хлеще меня!

Ну тут я прямо успокоился… Да и Тефея была права: какой смысл стесняться людей, которым ты доверяешь собственную жизнь?

— Кстати, а кто был вашей первой жертвой? — спросил я, чтобы немного разрядить обстановку с напряжённой Ирис.

— Какой-то бандит, — тут же ответила Тефея. — Мы патрулировали границу, когда увидели налётчиков, разграбляющих караван. Со мной была в тот раз Мелисса. Мы пожгли часть и спешились. Один из выживших бросился на меня, и я срубила ему голову.

— А это где?

— Той дороги уже нет, — ответила она.

— А моя первая жертва — какой-то солдат на границе, — хвастливо сообщила Ирис. — Это ещё в те времена, когда война закончилась, но напряжение всё равно было, из-за чего то и дело были стычки на границе. Мы налетели, пожгли всех, спешились проверять, а тут один да и выскочил! Но куда ему было до меня… Небольшой бой, и его не спасли даже доспехи. Загнала меч прямо в смотровую щель! Тогда я поняла, насколько сильнее других…

— Мне Аэль рассказывала, что кто-то из вас вообще расплакался при первом убийстве, — вспомнил я говорунью.

Тефея и Ирис переглянулись.

— Рондо вроде, — задумчиво произнесла рыжая.

— Да, Рондо, мне Мелисса однажды рассказывала, — кивнула Тефея. — Мне говорили, что ей совсем тяжко пришлось, её чуть ли не заставляли убить человека.

— Да. Да-да-да, было дело… — протянула Ирис. — До меня, но это долго обсуждали потом. Мне рассказывали, убить вообще никого не могла, даже отъявленного ублюдка. С таким трудом убила одного человека, а потом всё равно не могла. Всадницы говорили, что из неё ничего не выйдет.

— Мы сейчас об одной и той же Рондо говорим? — уточнил я.

— У нас одна Рондо, — невозмутимо заметила Тефея. — Её буквально заставляли убивать людей, пока не привыкнет.

— Да. Говорят, её потом трясло, рыдала навзрыд, не могла прийти в себя. Но потом смирилась, замкнулась, а затем словно пришла в себя, и всё стало нормально.

Рондо… вон та, что постоянно язвит, шутит, троллит и прикалывается.

И вот эта девица ревела и тряслась, когда убивала людей? А после этого она точно стала нормальной? Просто сейчас по ней даже и не скажешь, что Рондо могла быть такой чувствительной натурой. Ну стерва стервой, которая плевать хотела на чужие жизни, которые не входят в сферу её интересов. Закалилась так закалилась, блин…

Или вот эта показная стервозность и язвительность — просто попытка оградиться? Ну чтобы все думали, что ты ещё та сука и не поняли, что на деле внутри так и осталась сидеть ранимая душонка. Сидит и прячется под маской суки?

Как бы то ни было, мне всё равно. Это не моё дело, не моё прошлое, не моя забота. Меня самого куда больше волнует тот факт, что я не почувствовал ничего. А может, вся эта хрень преувеличена? Ну с тем, что ты будешь чувствовать? А на деле завалил и завалил, земля пухом?

— Мне интересно, почему здесь даже в мороз вода горячая? — негромко спросила Тефея, скорее в пустоту, чем у кого-то из нас.

— Магия какая-нибудь, — пожала плечами Ирис.

— Это геотермальный источник, — ответил я.

— Какой источник? — подняла запотевшие очки на меня Тефея.

— Геотермальный, — повторил я. — Суть в чём, здесь раньше был вулкан. Очень давно, судя по островам и тому, что осталось. Тем не менее после него где-то местами лава всё равно протекает близко к поверхности. Вода на глубине нагревается и поднимается сюда. Отсюда горячая вода.

— Вулкан? Да ты хоть знаешь, как вулкан выглядит? — насмешливо спросила Ирис.

— Знаю. А ты знаешь, как выглядят вулканы, которые после извержения разрушились?

— Хочешь сказать, что раньше вот это всё было вулканом? — уточнила Тефея.

— Короче… — вздохнул я.

Нас ожидала очень долгая лекция по этой теме.

Глава 68

Мы провели здесь две ночи, отмокая посреди снежной бури и промозглого ветра. Что было интересного за это время…

Ну, для начала я объяснял, почему это вулкан, как он образовался, как образовались острова и откуда тёплая вода. Просто решил немного просветить девушек, и если Ирис, вроде, было пофиг, то вот Тефея даже подалась вперёд, внимательно меня слушая. Прямо благодарный слушатель: она задавала вопросы, допытывалась до нюансов, да и всячески проявляла интерес. Но был и обратный момент.

— Откуда ты это всё знаешь? — подалась Тефея вперёд.

— Просто знаю, — пожал я плечами с самым невинным видом.

— Я не знала этого, хотя читаю много книг учёных и мыслителей. И никогда не слышала этого от умных людей. Но ты знаешь.

— Может, слышал когда-то в прошлом…

— Откуда?

— Да не знаю я, не помню, — недовольно ответил я.

— Да не скажет он, — хмыкнула Ирис, вальяжно махнув рукой. — Никому не говорит и тебе не расскажет, поэтому не допытывайся и не мучай парня.

— Ты ведь не столько глуп, как пытаешься выглядеть. Почему? — продолжала Тефея давить.

— Потому что много знать не значит быть умным.

Даже рассказывать ничего не хотелось после такого. Да, мы оба знаем, что знаю я, что они знают, что я помню всё, но не хочу раскрывать ничего, и обычно все относятся к этому с пониманием, но Тефея со своим пытливым умом и желанием всё знать перешагивала границы, не моргнув глазом. С одной стороны, вроде и умна, но с другой — ей не хватало хотя бы чуть-чуть тормозов, чтобы вовремя останавливаться.

Тефея подалась вперёд. Даже не просто подалась — проползла весь источник на мою сторону и приблизилась так, что мы чуть ли носами не касались, упёршись руками мне на бёдра. Даже через запотевшие круглые очки я видел её внимательный взгляд.

— Откуда ты прибыл, где знают такие вещи, Самсон? — спросила она без угрозы, но с нескрываемым интересом.

— Я тебя сейчас в губы поцелую, — пригрозил я.

— Это лишь касание открытых участков кожи, не более, — не моргнув глазом, ответила Тефея, показав полное безразличие к такого рода угрозам. — Если ты обычный простолюдин, но знаешь такое, то и развитие с образованием, откуда ты родом, должно быть выше нашего.

— Я не знаю, кем я был.

— Но и вёл ты себя в начале не как аристократ, а значит простолюдин. И узнать такое ты бы мог, разве что учась. Значит, у вас или есть образование для всех, когда даже у нас только для аристократов и за деньги, или это просто общеизвестный факт. И то, и другое значит лишь то, что уровень развития той империи в разы выше нашего.