Небесный всадник. Том 3 (СИ) - Кири Кирико - Страница 67

— Я с тобой, — фыркнула она недовольно, будто делала мне величайшее одолжение.

— Хорошо, — пожал я плечами.

Только перед этим надо было всё подготовить. Сам мешок то был из кожи, и вода ему была не страшна, да только горловина была, понятное дело, не герметична. Поэтому я достал ветошь, залил жиром и поджёг, после чего в небольшой металлической чашке растопил свечи и залили кое-как ими горловину. Конечно, решение не айс, протекать будет, но лучше, чем ничего.

— Так, хорошо, теперь давай, ныряй, а я за тобой.

Но агадарка лишь сделала шаг назад, замотав головой.

— В смысле нет? Ты же сказала, что поплывёшь. Прыгай давай!

Опять качает головой.

— Ты хочешь здесь остаться?

— Нет! — как-то испуганно и зло ответила она.

— Тогда в чём причина? — не понимал я.

— Я… вода — это не стихия агадарок, — промямлила она.

— Ты плавать не умеешь⁈ — охренел я.

— МЫ! — яростно вскрикнула она. — Агадарки плохо плавают, чтоб ты знал! Мы умеем, но плохо! Наша стихия — это воздух!

А ещё степи. Короче, понятно. Вот почему эту часть никто не исследовал. Потому что они плавать не умеют, вот и всё. А в прошлом может здесь и был проход, но со временем его банально затопило, окончательно для них его и запечатав.

— Ладно, поступим так. Надеваешь вещь-мешок на спину и цепляешься ко мне, руками и ногами. Набираешься как можно больше воздуха, а я нас протащу. Тем более с верёвкой это будет гораздо быстрее.

Она нервно огляделась, после чего кивнула. Осторожно спустилась в воду, шумно выдохнув, после чего я почувствовал, как ко мне прижалась покрытая мурашками грудь с твёрдыми сосками. Шею сдавили руки, ноги обхватили таз. Эдакий рюкзачок. Кстати, я погорячился, там отнюдь не плоскогорья, а вполне себе холмы на двойку, а может и тройку.

— Готова? — спросил я.

— Да. Давай быстрее, пока я не передумала, — сдавленно произнесла она.

— Всё, набирай воздуха и…

Я нырнул, схватился за верёвку очень быстро заработал руками. Ещё быстрее, чем когда оставался один в своей комнате. Так было гораздо быстрее, чем плыть даже с агадаркой за спиной. Перебирал я руками довольно резво, но всё равно на две трети пути почувствовал, как руки агадарки начинают слишком сильно сдавливать шею. Вскоре её когти уже воткнулись мне в кожу и проткнули. А под конец я, кажется, даже услышал мычание, но…

Мы вынырнули. Тишину непроглядной тьмы разрезал плеск воды и её судорожный вдох. Единственным маяком, куда двигаться, здесь были всё те же грибы, которые, кажется, уже начали терять свой свет. Кое-как добравшись до берега, я выдохнул.

— Всё можешь отпускать меня.

Ноль реакции.

— Ты слышишь? Отпускай меня, мы на месте.

Её руки медленно разжались. В тишине был отчётливо слышен стук её зубов.

Тем временем я быстро раскрыл мешок и вытащил оттуда лампу. Поджёг и сразу огляделся. Не, свет даже не доставал до стен. Видимо, мы в каком-то огромном зале. Правда стук зубов таки отвлёк меня, поэтому следующей я вытащил оставшуюся ветошь, протянув агадарке.

— На, оботрись и одевайся.

— У м-м-меня од-дежд-да т-т-там остал-лась… — произнесла она трясясь.

— Серьёзно?

— Нет-т-т, я к-клоун, теб-бя в-весел-л-ю, идиот-т-т… — недовольно ответила девушка, быстро вытираясь.

— Ну и дура, — бросил я, порылся в мешке и достал крутку, в которой в их краях было слишком жарко. — Держи, оденься, бестолочь.

— С-с-сам так-кой, — буркнула она, но куртку выхватила из рук.

Я же голышом решил немного пройтись с лампой, чтобы оглядеться. Да только едва сделал пару шагов, как меня схватили за локоть.

— Эт-то ты к-куда собрался б-без меня, засран-нец? — прищурилась она.

— Осмотреться.

— Со мной ос-сматриваться б-будешь.

Ладно, я не против, вместе веселее в любом случае. Только вот, кажется, она помимо одежды ещё и оружие не взяла. Учитывая, что мы будем возвращаться тем же путём, одежда-то хрен с ней, но вот оружие требовалось здесь и сейчас на всякий случай.

— Т-ты куд-да⁈ — тут же встрепенулась она, когда я вошёл в воду.

— За оружием, — отозвался я. — К тому же нам может потребоваться верёвка дальше, поэтому её тоже за собой прихвачу.

Да, можно было оставить, но я всё израсходовал, а дальше она реально могла пригодиться. Что касается обратного пути, я же уже знал это проход. Проплыл один раз, проплыву и второй, не проблема.

Путь туда и обратно занял несколько минут. Я даже её одежду прихватил на всякий случай. Потом обтёрся той же ветошью, что агадарка и оделся.

— Мне кажется или тут холоднее? — спросила она, надевая на голый пояс ремень с ножнами. И в отличие от наших неженок всадниц серокожая меня не стеснялась.

— Не знаю, мне одинаково холодно, — ответил я, поднимая лампу над головой. — Идём.

Это был действительно большой зал, как выяснилось, немного овальный из нескольких огромных плит, что как ступени спускались вниз. Где-то у самой стены журчал ручей, выходящий из подземного озера.

Вот тут я поверю, что могла быть битва. Вскоре мы нашли и его стену, а потом и проход дальше, куда более неестественный, чем раньше. В плане, что он был меньше похож на те проходы, что были созданы самой природой, хотя доказать я этого не мог. И вёл он дальше вглубь.

— Просто представь, если эта легенда про вашу воительницу правда…

— Это правда навозная твоя башка, — фыркнула агадарка.

— … то мы первые за тысячи лет, кто видит эти стены, — договорил я, не став обращать внимания на неё. — Последней их видела только она.

Мне показалось, что агадарка с совершенно другим взглядом посмотрела на эти стены. Даже провела по ним ладонью.

Правда здесь уже её знания пещеры не помогали, и что там впереди одному богу известно. Если он не оставил этого места. Пару раз нам встретились перекрёстки и оба раза мы свернули не туда. Один туннель оказался затоплен, другой был завален. Тем не менее тот, что оставался, всё равно уходил всё ниже и ниже, где в первый раз мы услышали гул.

— Ты же слышишь? — спросила негромко агадарка.

— Да, гул, — кивнул я. — Такой от ветра бывает. Возможно, где-то есть выход.

— На такой глубине? — нахмурилась она.

— А что? Ветер везде ветер. Ну или это демоны воют, — пошутил я.

— Ты видимо совсем дурак. Кстати, как тебя звать?

— А тебе обязательно знать? — спросил я.

— Ты должен не спрашивать, а отвечать. Тебя спрашивает небесная всадница.

— Которая боится темноты.

— Которая пожалела твою задницу и не надрала её.

— Потому что сил не хватило.

В шею воткнулись острые коготки.

— Ладно-ладно, я Георги Бингштейн, — отмахнулся я от неё.

— А твоя хозяйка кто? — спросила агадарка.

— Райра Дракерз, — выдумал я на ходу имя и фамилию на их манер. Естественно, агадарка сразу спросила:

— Что за тупое имя и фамилия?

— Ты ей в лицо это скажи, и посмотрим, что будет, — отозвался я.

— И скажу, как выберемся. Скажу, что её раб совсем страх потерял, и пора его высечь. И поверь мне, — она приблизилась к моему уху и прошептала. — Она мне в этом не откажет.

Это нормально, что на её голос у меня привстало?

А мы тем временем спускались всё дальше и дальше. И да, она была права, здесь было как-то слишком холодно. Я бы сказал, чрезмерно, потому что я начал уже подмерзать, пожалев, что отдал ей куртку.

— Не хочешь отдать мне обувь? У меня ноги мёрзнут, — произнесла та так, будто я был обязан это сделать.

— Нет, не хочу. У тебя куртка уже есть. А вообще странно, что так холодно. Обычно должно теплеть при спуске.

— Возможно, мы спускаемся к вратам демонов, — негромко сказала она.

— Как раз отколупаешь кусочек от них и принесёшь обратно. Станешь первой небесной всадницей в вашей империи.

Ну да, как там говорили, в девятом кругу ада всегда холод, да? Кстати, а у меня уже пар изо рта идёт. Это нормально? Вроде нет. Да и гул как будто стал чуть громче. Не то, что он ревёт или что-то нет, просто стал словно чуть-чуть отчётливее. Хотя чуйка продолжала молчать.