Гонец. Том 2 (СИ) - Володин Григорий Григорьевич - Страница 13

Кроме того, Система написала, что награда за выполнение того квеста — «Прогресс Пути». Но я что-то не припомню, чтобы после моего перехода на вторую стадию где-то вообще отображалась процентовка развития.

Мысленно вызываю окно статуса.

ПУТЬ: ГОНЕЦ — Стадия 2: «Нашел ритм»

Активные каналы: 5/100

Прогресс до стадии 3: 5%

Справка:

* Даже при 100% Прогрессе невозможно достичь 3 стадии без ста сформированных каналов.

100% эффективность активных навыков достигается только при наличии ста стабильных каналов.

М-да, занимательная математика. У меня теперь, по сути, две независимые шкалы для перехода на третью стадию, и гриндить придется обе параллельно. Новые каналы нужны, чтобы использовать активки на полную мощность, и формируются они только через тот самый «надрыв», которому меня только что заботливо подверг наш добрый Первый Мастер. А вот чистый процент Прогресса, как и раньше, капает отдельной строкой — за успешное выполнение системных заданий.

— А как вообще Батон оказался на улице? Ты не знаешь, сестра? — спрашиваю я, прерывая молчание. — Я ведь оставлял его в казарме.

— Это я его выгуляла, — смущенно отвечает Рана. — Проходила мимо, услышала, как он громко скребся в дверь и жалобно просился.

— Спасибо тебе, сестра, — выдыхаю. — А то совсем не хотелось бы, чтобы наше спальное место по возвращении стало бы похоже на заминированный хлев.

Рана тихо смеется:

— Рада помочь. — Она делает небольшую паузу, подбирая слова. — Брат Лёня, ты можешь не отвечать, если это личное, но я просто не могу не спросить. Уж очень любопытно.

— Спрашивай, сестра.

— Ты… почувствовал Приручение?

— Ага, — коротко киваю я, и ее лицо тут же озаряется улыбкой.

— Поздравляю! Ты правда особенный. Как и твой Батончик.

Да уж, удивительное дело. Это первая на моей памяти Бегун, которая так искренне и без скрытого подвоха радуется успехам «сопливых Новиков». У ее одногодок принято опускать первогодок. Правда, если смотреть на вещи объективно, фактически я уже перешагнул этот рубеж со своей второй стадией и Новиком не являюсь. Хотя формально, опять же, всё еще бесправный Новик. В общем, типичная иерархическая бюрократия.

Оказавшись во дворе Училища, я беру Батона на руки, а то на мощеном булыжнике он себе все копыта переломает. Попрощавшись с девушкой, я иду в свою казарму. Там первым делом щедро кормлю лосенка из припасенного кувшина с молоком и укладываю этого переутомленного огненного сохатика на подстилку. Он отрубается почти мгновенно.

Тихо погладив его по бархатной моське, я заставляю себя подняться и иду на ковер к Первому Мастеру.

По пути всерьез раздумываю: а не зайти ли мне на склад за охотничьим ножом? Или, что уж мелочиться, сразу за трофейным топором?

Хотя… Кого я обманываю? Против Жоржа толку от куска железа будет ровно ноль. Уж лучше тогда впитать в себя по максимуму мяквы и просто выдохнуть концентрированное облако прямо в лицо Первому Мастеру — авось от неожиданности помрёт.

— Без ножа? Это уже хорошо, — Жорж невозмутимо кивает на мастера Сержа, который молчаливой статуей дежурит у двери кабинета. — А то мы с Сержем поспорили, придешь ты вооруженным после такой встряски или нет.

Я с сожалением вздыхаю. Надо было всё-таки закинуться мяквой.

— Новик Леон, давай начнем с азов, — Жорж смотрит на меня немигающим взглядом. — Надеюсь, ты достаточно умен, чтобы понимать и принимать факт: охота Мора на тебя была обучением. И я не планировал причинять вред твоему Питомцу.

— Хорошо, что хотя бы так, Первый Мастер, — ровно бросаю.

Я не собираюсь срываться и кидать ему глупые предъявы. Это бессмысленно и, может быть, даже опасно. Средневековье, как-никак. О правах человека здесь еще не слышали.

Жорж хочет видеть, что я лоялен к нему. Пускай видит.

— Серж подробно рассказал мне, при каких обстоятельствах ты нашел своего Питомца, — Жорж смотрит на меня задумчиво. — Скажу сразу, чтобы не было иллюзий: твой лосенок не простой.

Значит, чуда не случилось и нас с Батоном не пронесло. Жорж всё-таки смог просканировать его на поляне и увидеть «солнечную кровь», что бы это ни было.

— Да, я уже заметил. Он много ест и на редкость культурно сам просится пи-пи, — невозмутимо киваю я.

— Я говорю не о его бытовых повадках, — отрезает Жорж, игнорируя иронию. — Ядро у этого зверя имеет сложную, нетипичную структуру с явным оттенком огненной стихии. А это значит только одно: он происходит из родословной благородных зверей.

— Благородных лосей? — переспрашиваю я. Звучит как-то нескладно. Графские рога, герцогские копыта?

— Именно так. Благородными называются звери, которые напрямую принадлежат стихии и способны ей управлять, — сухо поясняет стоящий у стены Серж.

— Тебе одновременно и повезло, и нет, Леон, — продолжает Жорж. — Благородные звери по своей природе — это абсолютные альфы. В будущем это вожаки гигантских стад диких зверей. И приручить их навечно невозможно. Их природа всегда будет стремиться к доминированию.

— Хм. Ну, если Батон рано или поздно вырастет, найдет себе подходящее стадо и уйдет в лес — я не вижу в этом ничего такого страшного. Синдром опустевшего гнезда я как-нибудь переживу.

— Ты не понял механики, — Жорж качает головой. — Навык Приручения нельзя просто так взять и отключить по желанию. Когда благородный зверь вырастет, войдет в полную стихийную силу и осознает себя вожаком, он больше не сможет быть ведомым. Твой контроль станет для него клеткой. И чтобы разорвать эту системную связь, инстинкты заставят его сделать единственное доступное действие: он убьет своего хозяина.

Я скептически приподнимаю бровь.

— При всем уважении, Первый Мастер, но пока что убить меня пытались как раз вы со своей бешеной вороной. А лосенок мне пальцы облизывал.

— Мор — ворон, а не ворона, Новик, — занудно поправляет Жорж. — В общем, мое дело — предупредить. Оттянуть свою неминуемую кончину ты можешь только одним способом: постоянно развиваясь и усиливаясь быстрее, чем твой зверь. Чтобы он как можно дольше чувствовал твое превосходство в ранге и принимал тебя как главного в стае.

Ну да, ну да. Не то чтобы я совсем не верю Жоржу — звучит вполне логично для этого сурового магического мира. Просто… ну и что с того?

Пока что для Батона я — лосиный папа. А когда он подрастет и начнет звереть, просто придумаю какой-нибудь «антизверин» или найду лазейку в Системе. Тоже мне, проблема века. Я, по авторитетным прогнозам всех этих мастеров, вообще должен был мучительно сдохнуть от разрыва каналов еще вчера. И ничего, стою тут, дышу и даже квесты закрываю. Прорвемся.

— Разрешите задать вопрос. Моя группа отправится на войну вместе со мной? — раз уж я всё равно стою здесь, на ковре у начальства, самое время прояснить насущное.

Серж и Жорж переглядываются. Во взгляде Жоржа читается легкое недоумение от такой смены темы, а Серж лишь усмехается.

— Ему толкуют про смертельную угрозу от Питомца, а он всё о своем, — качает головой Жорж. — Не принято разрывать сформированные группы, Леон. Твои собратья по группе отправятся на передовую вместе с тобой. А возможно, и весь ваш первый поток разом, но этот вопрос мы еще решаем.

— Благодарю за ответ, — тут можно позволить себе и слегка поклониться. Значит, ребятам нужно готовиться к походу на полном серьезе, и я совсем не зря их настроил.

Жорж наконец отпускает меня. Я покидаю кабинет и топаю во двор. Там как раз собираются мои ребята, только что вернувшиеся с прерванной «Работы с маной». Мы вместе направляемся в столовую на законный обед.

Едва рассаживаемся за длинным столом, начинается допрос.

— Лёня, у нас миллион вопросов о том безумии, что случилось на поляне, — Ритария садится напротив и смотрит на меня во все глаза. Остальные, не прекращая жевать, превращаются в слух.