Развод с драконом. Я аннулирую твою невесту (СИ) - Карниенко Лилия - Страница 9

Дальний шкаф был старый, с потемневшими латунными ручками. На дверце сохранилась полустёртая надпись: «Союзные фамилии. М — Р». Элиана провела пальцем по замку. Тот не открылся.

Конечно.

Старый доступ ослабевал.

Орвин протянул ей медную пластину.

— Один раз.

— Что один раз?

— Мой ключ закроет след после одного открытия. Потом Солл увидит вмешательство.

Элиана приняла пластину.

— Почему вы рискуете?

— Потому что если тёмно-синий след войдёт в род Вейров, Палата получит не скандал, а катастрофу. И потому что я не люблю, когда мои бывшие ученицы оказываются единственными людьми в зале, способными заметить подделку, а их за это выводят под шёпот.

Он сказал это сухо. Почти сердито.

Элиана отвернулась к шкафу слишком быстро, чтобы он не увидел, как дрогнул её взгляд.

Пластина легла в углубление замка. Металл тихо щёлкнул, и по дверце пробежала тонкая светлая линия. Шкаф открылся с таким звуком, будто его разбудили против воли.

Внутри стояли узкие ящики с карточками имён.

Мор.

Мор, Селеста.

Элиана нашла нужный раздел быстрее, чем ожидала. Слишком быстро. Это само по себе было странно. Если дело Селесты хотели спрятать, карточку могли убрать. Если не убрали — значит, рассчитывали, что никто не успеет или не имеет права искать.

Она вытащила карточку.

Пусто.

На лицевой стороне значилось только имя: Селеста Мор. Ни даты рождения, ни родового статуса, ни номера дела. Только маленький знак в правом углу — полукруг с рассечённой линией.

Элиана нахмурилась.

— Что это?

Орвин подошёл ближе. Его лицо потемнело.

— Метка переноса.

— Дело перенесли?

— Или сделали вид, что перенесли.

— Куда?

Она перевернула карточку.

На обороте проступила строка: «Реестр мёртвых клятв. Нижний уровень. Доступ ограничен».

Элиана подняла глаза.

— Почему дело живой будущей невесты Рейнара находится в реестре мёртвых клятв?

— Хороший вопрос.

— Мне не нравится, когда вы говорите это таким тоном.

— Мне тоже не нравится, что я вынужден.

Он забрал карточку, поднёс к лампе. На мгновение в углу проявилась ещё одна отметка — почти стёртая, похожая на след чужого ногтя.

— Это не просто перенос. Кто-то пытался удалить исходный номер, но оставил рваный край. Видишь?

Элиана кивнула.

— Номер можно восстановить?

— Возможно. Но не здесь.

— Нижний уровень откроется моим доступом?

Орвин посмотрел на неё так, будто ответ должен был быть очевиден.

— Твой доступ к нижнему уровню закончился в день, когда ты стала женой Рейнара Вейра.

Элиана медленно выпрямилась.

Да.

Она сама тогда подписала отказ от служебных полномочий. Добровольно. Под мягким давлением заботы, под обещанием новой жизни, под взглядом мужчины, который говорил, что ей больше не нужно копаться в чужих брачных несчастьях.

И теперь чужое брачное несчастье пришло за ней само.

— Ваш доступ?

— Откроет. Но зафиксирует моё имя.

— Солл увидит.

— Да.

— Тогда не надо.

Орвин усмехнулся.

— Поздно изображать осторожность.

— Я не изображаю. Если вас уберут из Палаты, мне не останется никого внутри.

— У тебя и так почти никого не осталось.

Слова были жестокими, но не лживыми.

Элиана приняла их молча.

Затем положила карточку Селесты на стол и снова взяла свою копию брачного протокола. Линии чужого оттиска всё ещё проступали под светом лампы. Осколок в коробке молчал. Белая нить лежала рядом, поддельная и наглая.

Три улики. Ни одной достаточной для суда.

— Значит, нужен реестр мёртвых клятв, — сказала она. — И старое дело Селесты.

— Да.

— Сколько времени займёт официальный запрос?

Орвин посмотрел на неё почти с сочувствием.

— При нынешнем составе Палаты? Десять дней. Возможно, двенадцать.

Семь дней до нового брака.

Элиана закрыла глаза на один вдох.

Когда открыла, решение уже было принято.

— Тогда мы не будем делать официальный запрос.

— Элиана.

— Я ещё имею право находиться в нижнем архиве до рассвета. Реестр мёртвых клятв относится к нижнему уровню?

— Формально — да.

— Значит, я имею право дойти до двери.

— Дойти до двери — не значит открыть её.

— Но если дверь откроется не моим доступом, а старым аварийным порядком?

Орвин замолчал.

Элиана увидела ответ на его лице раньше, чем он произнёс слово.

— Ты помнишь аварийный порядок?

— Я составляла опись после затопления южного крыла. Тогда мы три ночи вытаскивали дела из нижних хранилищ. Вы сами ругались, что я запоминаю лишнее.

— Я ругался, что ты запоминаешь опасное.

— Сегодня это одно и то же.

Орвин долго смотрел на неё.

Потом взял перчатки со стола.

— Аварийный порядок открывается не ключом. Нужна причина.

— Повреждение реестра, угроза клятвенной целостности или обнаружение живого следа в мёртвом деле.

Она коснулась серебряной коробки.

— У нас есть живой след.