Замуж по ошибке, или Безлимитные неприятности (СИ) - Михаль Татьяна - Страница 13

Тронула его за руку и неожиданно мы переплели наши с ним пальцы.

— Ты говоришь так, словно в твоей судьбы были люди, с которыми отрезок жизни уже завершён и начался новый… Не слишком радостный твой новый путь. У меня ощущение, что ты грустишь по тем временам… Грустишь ведь?.. Хотя, я глупость спрашиваю… Прости, Джон…

Тряхнула головой.

— Я понимаю… ты ведь лишился всего — и я не только о материальном говорю. У тебя забрали твоё честное имя и выпачкали его в грязи… У тебя по факту отобрали твою жизнь… Сволочи!

Он кивнул и широко улыбнулся со словами:

— Зато я повстречал довольно эксцентричную молодую особу. Мне кажется, у нас с тобой получится интересный совместный путь.

Я тоже улыбнулась и сказала:

— Главное, не свернуть шеи, пока идём! И я говорю не о наших шеях, Джон!

— Кровожадно звучит, но весьма оптимистично. Мне нравится, — рассмеялся супруг. — Право, Элизабет, я по пальцам могу пересчитать женщин, таких же открытых, смелых и со своим мнением. И то были дамы преклонного возраста, которых уже не волновало ничьё мнение.

— Комплимент так себе вышел, но спасибо, Джон, — усмехнулась и хлопнула мужчину по плечу, и мы вместе рассмеялись, как люди, которые уже очень давно друг с другом знакомы. Странно, мне даже с Джайсом и Эми не всегда так легко бывает, хотя знаю их с детства.

Подумала и призналась:

— Я очень рада, что ты из тех мужчин, с которыми для построения нормального разговора и отношений, не нужно строить из себя дуру.

— Поверь, Элизабет, с дурами общаются только те мужчины, у кого мозгов чуть больше. С умной женщиной им нечего делать — они чувствуют себя ущербными, а желают быть как минимум богами.

Усмехнулась, вспомнив своих ухажёров и активных претендентов в мужья: напыщенные, самодовольные, высокомерные и с раздутым эго мужчины. Они как раз и думали, что я из того же теста, что и многие девушки. Но моя кукольная и нежная внешность их жестоко обманула. Внутри меня живёт настоящая стерва, которая кого угодно сможет обломать. Да, Джон прав — я другая. И пусть общество меня заклеймило, я не пропаду. И когда я буду выезжать в город по делам или на развлечения, я буду общаться с ними не как забитая злословием и сплетнями леди, а буду ходить и ездить как королева, раздающая милости. И пусть упадут все, увидев моё высокомерное лицо!

Подошла к мужчине близко-близко, наши тела в одеждах соприкоснулись. Я положила ладони ему на грудь и сказала, вложив в свои слова некую внутреннюю силу, и обещание:

— Твои враги очернили тебя. Они растоптали и сожгли тебя, и ты оказался на арене смертников — в шаге от петли. Я уверена, что в тот момент, твоя душа превратилась в прах. Но они не смогли! Не стёрли тебя с лица земли! И ты вновь поднимешься до небывалых высот! И я помогу тебе в этом, Джон. Даю слово!

Джон смотрел на меня серьёзным взглядом своих зелёных глаз положил свои чуть шершавые горячие ладони на мои руки, сжал их и хотел что-то ответить, как вдруг…

— Эй! Вы что, романтическое свидание себе устроили? — нарушил наше с Джоном уединение Джайс. — Элизабет! Джон! Роб рассказывает очень весёлые и пошлые истории! Ухахататься можно! Вы должны их услышать! А ещё твой дворецкий принёс магический музыкальный кристалл. Сейчас будут танцы. И первый танец — ваш.

Он шутливо изобразил поклон и, схватив меня за локоть, потянул обратно в дом. Джон последовал за мной, и на его губах играла лёгкая улыбка, но в глазах светилась тревога.

Глава 9

Танец с Джоном получился потрясающим — словно мы и, правда, давно друг друга знали и танцевали не впервые. Наши тела двигались в унисон, и приятно было ощущать себя в руках этого мужчины. Морган уверено вёл меня в танце и явно тоже им наслаждался, как и я. Завершив танец, мы расположились на софе, я вдруг ощутила приятную неловкость. Это волнующее ощущение было необычным — я впервые так долго находилась в обществе умного, зрелого и галантного мужчины.

Друзья веселились — но я не обращала на них внимания. Как, впрочем, и сам Джон. Мы с ним говорили обо всём и ни о чём. Наш разговор был естественным и живым; и к нашему обоюдному удивлению, у нас оказалось очень много общего. И когда мой разум пленил хмель, душу покинули все тревоги и волнения, мне стало легко, и в какой-то момент я чётко поняла, что Джон Морган, на минуточку, мой супруг. И наши отношения когда-то должны будут перейти в более близкие, которые всегда возникают между мужчиной и женщиной. Хотя скажу по правде, у меня не было в планах обзаводиться мужем, с которым придётся делить постель. Джайс в этом плане подходил идеально. У него уже есть любовь, девушка, которая не разделяет его чувств, но которой он решил хранить верность… Но моим супругом стал не Джайс.

И сейчас я смотрела на Джона Моргана не как на человека, которого мне вручила судьба; не как на того, кто однозначно станет мне другом. А как на мужчину, во всех смыслах этого слова. Наши взгляды встречались часто, рука Джона ложилась поверх моей руки. Это было мило и волнительно. Джон что-то говорил, рассказывал друзьям какую-то историю, но я ничего не слышала. В уши словно ваты набилось.

Морган произносил какие-то слова, а я как завороженная, сосредоточилась на его двигающихся губах, чуть приоткрывающих ровные белые зубы. В горле у меня неожиданно пересохло, взгляд переместился на его сильную руку, тянущуюся к бокалу с напитком. Пальцы Джона спокойным жестом легли на рифлёную поверхность хрусталя, осторожно покачивая бокал круговым движением, — и медового цвета жидкость пришла в движение, сверкая бликами от магических светильников и огня в камине. Морган поднёс бокал с напитком к губам, манжет рубашки на его запястье чуть сдвинулся, обнажая уродливые синяки от кандалов. И, несмотря на это, мне уже не казались его руки страшными из-за перенесённых страданий. Мне хотелось смотреть на его руки, на шрамы и даже появилось странное желание увидеть больше…

От собственных мыслей я на мгновение пришла в лёгкий ужас и сильно смутилась, словно кто-то может прочесть мои греховные мысли и подглядит за непристойными образами, которые вдруг, возникли в моей голове. Но я честно призналась себе — во мне пробудилось непреодолимое желание близости с этим мужчиной. Странно, я ощущала приятное волнение и влечение к молодым людям, которые казались мне красивыми и интересными, но чаще всего, когда понравившийся мне мужчина открывал свой рот, всё очарование улетучивалось, и на это место приходила брезгливость и мысль: «И что мне в нём могло понравиться?! Он же идиот!»

Может быть, я просто увлеклась напитком или же сошла с ума? Но желание не оставляло меня даже после анализа этого самого влечения…

— Элизабет?

Я дёрнулась и посмотрела на Джона, который не сводил с меня внимательного взгляда потрясающих зелёных глаз. Шум вокруг: смех друзей, звон бокалов, хруст поглощаемой еды, заводная мелодия быстрого танца вернули меня к реальности.

— Ты была где-то далеко, — произнёс Морган. — Могу узнать, о чём ты думала?

О! Лучше тебе не знать!

Нет, я в принципе не засмущаюсь и смело могу признаться, о чём думала. Почему-то была уверена, что Морган не станет шутить надо мной и издеваться, как могли бы поступить молодые лорды. Но всё же решила сохранить это неожиданное открытие и ответила ему вот что:

— Я думала о том, что не знаю, где тебя определить на сон грядущий. То ли в гостевой спальне, то ли в спальне дядюшки. Но вряд ли тебе захочется спать там, где лежал покойник. А моя спальня в любом случае не годится — кровать не слишком большая. А я люблю большие просторы, и люблю находиться среди них одной.

Он засмеялся и сказал:

— Думаю, что мы решим эту проблему очень просто — я усну где угодно, Элизабет. Хоть на коврике у камина меня уложи — я буду рад. Я давно не спал нормально. Хочется, чтобы было сухо, тепло и тихо.

— Коврик у камина? — вздёрнула игриво одну бровь, и посмотрела на сей предмет интерьера.