Вместе сильнее. Компиляция (СИ) - Роуз Эстрелла - Страница 209

— Серьезно? — сильно хмурится Наталия. — МакКлайф?

— Доброе утро, — уверенно говорит Терренс. — Не знал, что вы тоже собирайтесь куда-то полететь.

— О, господи, за что Ты так со мной? — закатив глаза и задрав голову к верху, стонет Наталия. — Что я такого сделала, раз Ты подвергаешь меня такому?

— Вы случайно летите не в Лондон? — Терренс уверенно присаживается на один из стульев рядом с Наталией. — Неужели мы с вами окажемся в одном самолете?

— Да не дай бог! — восклицает Наталия. — Я специально выбирала рейс с надеждой, что вы полетите раньше или позже меня.

— Ну лично вылет моего самолета был запланирован на девять пятнадцать.

— Что? — широко распахивает глаза Наталия. — Вы серьезно?

— Да.

— С ума сойти!

— А ваш тоже?

— Ох… — Наталия проводит руками по лицу. — Ну я попала!

— Да ладно вам, Наталия, все хорошо! — восклицает Терренс.

— Серьезно? Хорошо?

— Неужели вам неприятна моя компания? Разве вы не хотите провести время с самим Терренсом МакКлайфом?

— Если бы мы с вами встретились раньше того дня, когда про Ракель начали распространять лживые сплетни, я бы с радостью бросилась вам на шею с радостными воплями и начала бы умолять дать мне автограф человека, который сыграл всеми любимого Мэйсона.

— Я же сказал вам, что не имею никакого отношения к распространению сплетен.

— А откуда мне знать, что вы говорите правду?

— Я вам не вру.

— Вы вполне можете прикрывать свой прекрасный зад из страха, что вас разоблачат. А если это случится, то вы уже точно потеряйте шанс реанимировать свою карьеру актера. И вы это прекрасно понимайте.

— Да я и так потерял надежду ее реанимировать. — Терренс устало вздыхает, откинувшись на спинку стула. — Все мои усилия оказываются бесполезными. Ни одного предложения сыграть нормальную роль.

— Зато теперь я начинаю понимать, почему вы до сих пор не сообщили миру, что являйтесь тем анонимом, который оклеветал Ракель, — уверенно отвечает Наталия.

— Я не автор тех сплетен.

— Ой все, я не хочу это обсуждать!

— Однажды вы поймете, что я не лгу вам.

— Сомневаюсь.

— И надеюсь, что однажды настоящий аноним раскроет себя и расскажет, зачем он это сделал.

— Послушайте, Терренс, у меня нет времени и желания с вами разговаривать, — спокойно говорит Наталия. — Так что оставьте меня одну и найдите себе другого собеседника.

— А вы зря торопитесь, мисс. Похоже, что вылет задержат на долгое время.

— Что? — широко распахивает глаза Наталия.

— Мне сообщили, что нынешние погодные условия не предназначены для полетов.

— Вы должно быть шутите .

— Не верите – спросите сотрудников аэропорта.

— Не хватало только застрять здесь. Да еще и с вами .

— Поверьте, я и сам никак не ожидал чего-то подобного. Думал, что без проблем сяду на самолет и улечу в Лондон. Но тут внезапно выпало слишком много снега. Да еще и практически канун Рождества.

— Это значит, нам придется ждать?

— Боюсь, что да. Как мне сказали, сейчас кто-то решает, отменять ли некоторые рейсы или просто отложить их на некоторое время.

— О боже мой…

— Так что, к сожалению, нам с вами придется побыть здесь.

— Да уж… — задумчиво произносит Наталия и с тяжелым вздохом откидывается на спинку стула. — Похоже, Бог явно решил за что-то меня наказать…

— Да ладно, не переживайте так! — скромно улыбается Терренс и гордо приподнимает голову. — Воспринимайте это как возможность поближе познакомиться с неотразимым красавчиком, по которому весь мир сходит с ума.

— Красавчиком, который оскорбил и унизил мою подругу?

— Какие вам нужны доказательства для того, чтобы поверить в мою невиновность?

— Весомые. Неопровержимые. У вас такие есть?

— Нет… Пока нет…

— Ну и тогда какого черта я должна вам верить? — громко возмущается Наталия. — Да еще и вести с вами милую беседу!

— Вы можете доверять мне. Я вам не вру и говорю чистую правду.

— Рассказывайте эти сказки кому-то другому. Например, своему соседу по месту в самолете.

— Ну а если так получится, что наши места будут расположены рядом с другом?

— Я… Я тогда повешусь !

— Да уж… — скромно хихикает Терренс. — Вы очень даже похожи на свою подружку. Такая же дерзкая и боевая, как она.

— Просто иногда надо хорошенько учить некоторых самовлюбленных ослов, которые думают, что они – повелители всего и всех.

— Я не нарцисс!

— Больной не признает свою болезнь.

— Эй, ну ведь я нормально с вами общаюсь! — восклицает Терренс. — Не грублю, не оскорбляю…

— Еще бы вы меня оскорбляли! — ехидно усмехается Наталия. — Я бы высказала вам такое, что вы точно не слышали от моей подруги. Уж поверьте, я умею за себя постоять.

— Послушайте, мисс, давайте мы с вами не будем ругаться. Я хочу, чтобы вы составили мне компанию. Чтобы мне не было скучно в ожидании начала посадки.

— Ну да, а станцевать вам случайно не надо?

— Наталия…

— Я не хочу разговаривать с человеком, который так ужасно обошелся с моей лучшей подругой, — уверенно заявляет Наталия. — С той, которую я очень сильно люблю. Люблю как свою родную сестру.

— Я понимаю.

— И я уже чувствую себя ужасно от того, что общаюсь с тем, кто посмел так оклеветать ее. С тем, кто думал, что никогда не будет получать отказы от девушки. И сможет без труда потрахаться с любой, кто ему понравится.

— Перестаньте, Наталия…

— Для Ракель это может весовым поводом разозлиться. Она думает, что я – надежный человек, проверенный временем.

— Разве она запретила вам общаться со мной?

— Нет. Но тем не менее…

Наталия немного поправляет свои волосы и переводит взгляд на сложенные перед ней руки.

— Я прекрасно понимаю, что вы мне не верите, — спокойно говорит Терренс. — Но я правда ни в чем не виноват. Я не распространял эти сплетни.

— Ну а кто же это сделал? — удивляется Наталия.

— Пока что я не могу это сказать. Но когда обо всем узнает Ракель, то вы тоже будете в курсе.

— Ну хорошо. Тогда кем этот человек ей приходится? Друг? Знакомый? Родственник?

— Я могу только лишь сказать то, что этот человек был на той фотосъемке, на которой я работал с Ракель.

— Да мы это и так знали! — ухмыляется Наталия. — В своих письмах аноним сам признался в том, что был на съемках. Упомянул длинное красное платье, в котором Ракель была на той фотосессии.

— Верно, на ней оно было. — Терренс бросает легкую улыбку. — И должен признаться, она была в нем просто великолепна. Это был мой самый любимый образ из всех, которые она примерила.

— Вот как… — задумчиво произносит Наталия.

— Да и вообще, вашей подруге очень идет красный цвет. Она в нем невероятно притягательная и сногсшибательная.

— Я так понимаю, вы насильно поцеловали ее тогда, когда Ракель была именно в том платье?

— Верно. А когда она только появилась на площадке, я был поражен ее красотой. И злился из-за того, что ее сразу же обступили практически все мужчины, которые там присутствовали.

— Вы же ей не парень, чтобы ревновать ее и злиться. Она – девчонка свободная и имеет право общаться с кем ей захочется.

— Знаю, но я так хочу, чтобы она была только моей. Чтобы ее не интересовал больше никто из мужчин.

— Увы, уважаемый, но у вас вряд ли что-то получится. Ракель никогда не обратит на вас внимание. А если и обратит, то только в ваших снах.

— Я добьюсь ее внимания. И докажу ей, что не виноват в том, что произошло.

— Попробуйте. Но если у вас не получится, то Кэмерон сделает все, чтобы превратить вашу жизнь в настоящий ад. Она пойдет на все, чтобы заставить вас пережить то же, что сейчас переживает она.

— У меня получится . Я раскрою ей личность того, кто это сделал. Раз уж аноним в своих письмах так сильно не хочет показывать себя.