Вместе сильнее. Компиляция (СИ) - Роуз Эстрелла - Страница 400

Вот уже несколько недель врачи пытаются вылечить Доминика, который сейчас выглядит болезненно бледным и даже не может встать с кровати из-за сильной слабости. К сожалению, Алисия пока что так и не узнала диагноз своего мужа, поскольку ей никто ничего говорит. Хотя мужчина абсолютно уверен в своей смерти. Он будто бы потерял все силы бороться и готовится отправиться в иной мир уже в ближайшее время.

Женщина днями и ночами находится возле него и всячески заботится о нем, а также каждый день ходит в церковь и молится Богу о спасении любимого человека. Алисия не может думать ни о чем, кроме Доминика. Все ее мысли занимает муж, который стал смыслом всей ее жизни. Который буквально вытащил ее из депрессии, в которой она была после всего, что с ней произошло четыре года назад.

— Я умираю, Алисия… — тихо произносит Доминик, немного дотронувшись до трубки, что торчит у него в носу и смотря на Алисию с жалостью в довольно болезненном взгляде, лишенного всякого огня и задора. — И я уверен, что мое время придет уже сегодня…

— Нет-нет, Доминик, ради бога, не говори так! — отчаянно взмаливается Алисия.

— Увы, но я уже ничего не могу сделать.

— Прошу тебя, любимый, не сдавайся!

Алисия нежно гладит Доминика по щеке, мокрыми от слез глазами смотря на своего умирающего мужа.

— Ты не умрешь… — слегка дрожащим голосом произносит Алисия. — Я знаю, что ты поправишься. Только не теряй надежду, я тебя умоляю…

— Мне очень больно об этом говорить, — тихо говорит Доминик. — Мое сердце разрывается от боли… От мысли, что я оставлю тебя одну. Но к сожалению… Мне осталось жить совсем немного…

— Нельзя терять надежду, милый.

— Прошло уже несколько недель, а врачи так до сих пор не узнали, что со мной.

— Они обязательно узнают, что с тобой, и дадут тебе необходимое лечение.

— Не знаю… Вряд ли…

— Я каждый день спрашиваю доктора Седрика о тебе, и он говорит, что еще не все потеряно.

— Он просто не хочет тебя расстраивать. Потому что видит, как сильно ты переживаешь.

— Все будет хорошо, дорогой. Надо только чуточку подождать и верить в чудо.

— Уже никакое чудо мне не поможет…

Доминик пустым взглядом окидывает взглядом всю просторную и светлую палату, которую не покидает уже долгое время.

— Твои мольбы Богу тоже не помогут… — слегка дрожащим голосом добавляет Доминик. — Он все равно заберет меня… Потому что это неизбежно…

— Дорогой… — с жалостью во взгляде произносит Алисия.

— Знаешь… Как-то один человек сказал, что когда смерть скоро придет за тобой, ты заранее почувствуешь это… — Доминик тихо шмыгает носом. — Поначалу я думал, что это бред… Даже когда мой дедушка умирал на больничной койке, он задолго до своей смерти предчувствовал это и начал прощаться со всеми. Просить прощения у тех, кого обидел…

Доминик на секунду прикрывает глаза и медленно выдыхает, слыша, как подсоединенные к его телу аппараты, следящие за его состоянием, издают регулярный писк.

— Вот и я чувствую, что вот-вот покину тебя… — слегка дрожащим голосом говорит Доминик, виновато смотря на Алисию.

— Нет, Доминик, нет… — резко качает головой Алисия.

— Прости, любимая… — Доминик нежно гладит Алисию по щеке. — Мне очень жаль, что все так получилось… Ведь я хотел сделать тебя счастливой… Заставить забыть обо всем плохом… Забыть о том, что до сих пор не дает тебе покоя… Но увы… Я не смогу… Потому что смерть вот-вот заберет меня.

— Нет, дорогой, нет, не смей так говорить! — чуть громче, отчаянно умоляет Алисия.

— Она уже идет за мной… Я это знаю…

— Прошу тебя, борись до самого конца… Не сдавайся! Я не смогу жить без тебя! Не смогу!

— Я и так слишком долго боролся. И… Уже давно потерял надежду уйти отсюда живым.

— Доминик…

— Мне безумно больно от мысли, что я больше не вернусь в свой дом и не буду проводить время с тобой, со своей любимой женой. Что все это время была ярким лучиком света в моей жизни.

— Ты поправишься, вот увидишь, — мягко говорит Алисия, нежно гладя Доминика по руке и поцеловав его в бледную щеку. — Я каждый день хожу в церковь и молю Бога о том, чтобы Он дал тебе шанс на выздоровление и послал нам с тобой детишек. Чтобы Он не забирал меня у тебя и не наказывал за мои прошлые грехи.

— Сейчас мне уже не поможет никакой Бог и никакие мольбы и постоянные уколы, которые мне делают врачи… — обреченно вздыхает Доминик. — Все это не имеет никакого смысла.

Доминик довольно громко прокашливается и кладет голову на подушку.

— Я абсолютно обессилен, — тихо добавляет Доминик. — Не могу встать и… Едва могу говорить…

— Доминик… — со слезами на глазах произносит Алисия.

— Мне совсем не хочется есть. Меня постоянно тошнит… А иногда мне кажется, что у меня внутри горят абсолютно все органы…

— Я прекрасно тебя понимаю и буквально проживаю то, что ты чувствуешь, — держа Доминика за руку и нежно погладив его по голове, на которой в последнее время стало очень мало волос, слегка дрожащим голосом говорит Алисия.

— Мне очень жаль…

— Когда тебе очень плохо, то и я чувствую себя точно также. Если ты задыхаешься, то и я не могу дышать… А видя, как ты ничего не ешь, мне тоже не хочется даже притрагиваться к еде.

— Нет, моя королева, я хочу, чтобы ты ела… Ты должна есть.

— Я не могу. У меня кусок в горло не лезет.

— Если я умираю, это не значит, что ты тоже должна…

— Если бы было нужно, я бы с легкостью пожертвовала своей жизнью ради тебя. Любой частью своего тела, если бы врач сказал, что тебе нужен донор. Клянусь, любовь моя, я бы отдала тебе все что угодно. Безо всяких раздумий.

— Нет, солнце мое, сейчас мне уже никакой донор не поможет…

Доминик снова громко кашляет так сильно, что он буквально задыхается им.

— Мне самое время прощаться с близкими людьми и писать завещание… — тихо добавляет Доминик.

— Нет, Доминик, даже и думать об этом не смей! — громко восклицает Алисия. — Не смей, слышишь!

— Это правда, Алисия… Мое время пришло…

— Доминик, пожалуйста, не делай мне больно… Я не смогу без тебя жить. Ты – смысл моей жизни! Все самое дорогое, что у меня есть.

Алисия утыкается носом в плечо Доминика и тихонько плачет, пока тот с жалостью в безжизненных глазах смотрит на нее и нежно гладит свою супругу по голове.

— Не плачь, любовь моя, я не хочу видеть твои слезы… — тихо, с грустью во взгляде говорит Доминик. — Перед своей смертью я хочу увидеть не твою слезы, а твою улыбку. Улыбку, которая покорила меня с первых же минут знакомства…

— Ты не можешь бросить меня одну, — со слезами дрожащим голосом произносит Алисия, нежно взяв лицо Доминика в руки. — Не можешь…

— Ты знаешь, как я этого не хочу.

— Мы ведь хотели прожить долгую и счастливую жизнь. Хотели растить детей, нянчить наших внуков и умереть в один день…

— Я тоже этого хотел, но увы…

— Умоляю, не дай этим двум годам, что мы с тобой живем в браке, стать всего лишь прекрасными воспоминаниями.

— Жаль, что я уже не успею попросить своих родных приехать сюда и попрощаться с ними…

Доминик тяжело вздыхает.

— Но я очень рад, что уже представил им тебя как свою любимую жену, которую они с радостью приняли, — бросает легкую улыбку Доминик.

— Хочешь, я сегодня же позвоню им и попрошу приехать в Лондон? — предлагает Алисия. — Они немедленно прибудут сюда! Я объясню им, что ты находишься в больнице, и передам, что ты хочешь видеть их.

— Нет, милая, не надо…