Корпораты. Бизнес-роман о тех, кто делает вид, и тех, кто делает дело - Батрименко Андрей - Страница 3

– Да, а что за наставник? Когда мы с ним познакомимся?

– О нем как раз хотела рассказать подробнее. Ваш наставник – Алексей Борисович Коротков. Превосходный эксперт. Раньше работал в международной консалтинговой фирме на серьезном проекте, до того, как она решила уйти из России. Потом мы смогли привлечь его в нашу компанию, и вот уже три года он трудится у нас. Поможет вам войти в курс дела. Маленький момент: несмотря на то что он довольно молод – вы почти ровесники, – он предпочитает, чтобы его называли на «вы» и по имени-отчеству. Привычка с предыдущей работы.

– Принято, – сказал Максим, но про себя подумал: «Вот так везение… Похоже, грядут утомительные встречи, раз человек лет тридцати предпочитает “вы” и отчество».

Самому Максиму недавно исполнилось двадцать семь.

– Сейчас почитайте чек-лист, посмотрите welcome-видео о компании, а потом подойдет Алексей Борисович. Уборная – в конце коридора, по левой стороне, если потребуется. Звоните, если что-то будет нужно.

Запустив компьютер, Максим открыл PDF-файл с чек-листом, который лежал на рабочем столе.

«Неплохо нагрузили, – подумал Максим. – Хотя можно было бы просто придумать, как выдавать технику быстрее».

Он прикинул, сколько времени займет выполнение всех задач. Даже у человека с критически низким IQ на них все равно ушло бы не больше семи часов чистого времени.

«Ну ничего. Меньше работы – это не больше работы».

Рядом с чек-листом лежал видеофайл с названием «О компании БПН». Максим запустил его и нажал кнопку Play.

– БанкПромНефть! – загремел самый узнаваемый и эпичный голос озвучки в стране. Правда, фамилию диктора и актера Максим все никак не мог запомнить.

На экране один за другим сменялись кадры: заводы на фоне гор, офисные здания в городах-миллионниках, конвейерные линии, грузовики, логотипы, кран-балки, улыбки, схемы. Все это сопровождалось инфографикой, которая вылетала со всех сторон экрана, словно из пушки.

– БПН – крупнейшая банковская, технологичная, промышленно-нефтяная компания России и Европы! Более 250 тысяч сотрудников. Более 150 предприятий. Филиалы и офисы в 200 городах. Самая высокая скорость прироста EBITDA в отрасли.

На экране начали мелькать довольные молодые сотрудники в офисах и цехах, спортивные мероприятия, субботники, конференции, хакатоны, тимбилдинги и выставки достижений народного хозяйства.

– БПН соответствует ESG-стандарту AA+! Мы заботимся об экологии, обществе, государстве и наших сотрудниках. Ежегодно мы сортируем и перерабатываем 200 тысяч тонн мусора…

«И это только внутри компании», – добавил Макс про себя.

– …высаживаем 4 миллиона деревьев, жертвуем 100 миллиардов рублей на благотворительность…

Максим почти не моргал. Все было настолько глянцево, что уже казалось сюрреалистичным.

– Основными направлениями БПН являются банковские услуги, промышленное производство, нефтедобыча, развитие ИТ-технологий. Мы изобрели и внедрили прогрессоцентричность. Провели цифровую, продуктовую, процессную и проектную трансформацию. Наши эксперты создают и развивают искусственный интеллект, микроэлектронику, медицинские технологии и даже проводят эксперименты в биотехнологиях и ракетостроении. Вместе создаем будущее прямо сейчас! – диктор завершал речь с максимально эпичными интонациями.

В кадре показали генерального директора корпорации, Аркадия Безенцева, снятого в кругу довольных сотрудников где-то на корпоративе. В народе его прозвали Безос – из-за сходства амбиций и разнонаправленности бизнеса с главным человеком Amazon, Джеффом Безосом. Честолюбие то же, нефти больше.

– БПН – на благо страны и всех россиян! – финальный лозунг прогремел так, будто его озвучивал сам голос государства.

Заключительный кадр – логотип компании на фоне Евразии, снятой с МКС в разрешении 4K.

«Ну вот, миллиарда два рублей ушло минимум на этот пятиминутный ролик», – подумал Максим. Ролик и правда был качественный – не исключено, что его снял один из лучших режиссеров страны.

Хотя… Если подумать критически, диктор-то ведь никогда не работал в компании. Вот почему каждый раз, когда звучало «Мы создаем», «Мы развиваем», Макс немного напрягался. Кто – «мы»?

В этот момент дверь открылась и в комнату вошел мужчина.

– Максим, добрый день. Меня зовут Алексей Борисович, я ваш наставник на период адаптации. Мы с вами коллеги, я тоже работаю в продуктовом офисе. Рад знакомству, – серьезным тоном и без особого энтузиазма представился он и протянул руку.

Алексей Борисович был одет в темно-коричневые брюки, чуть мятый темный пиджак и светлую рубашку. На носу у него сидели очки. Он был довольно высокого роста, худощавого телосложения, с небольшим животом. Сутулился – видимо, сказывалась работа за компьютером.

– Ну что, теперь короткий тест по видео. Сколько человек трудятся в «БиПи»? – спросил наставник.

Максим растерялся. Он не запоминал десятки цифр, мелькавших в ролике, который он посмотрел всего пару минут назад. Судорожно перебирая в голове обрывки информации, он выпалил:

– Порядка ста тысяч.

– Это шутка. Никакого теста не будет. Хотелось посмотреть на вашу реакцию, – ухмыльнулся наставник. – Да и точное число сотрудников никто в компании не знает. Как, впрочем, и полный список всех наших предприятий – вы его нигде не найдете. Все настолько запутано, что даже ведутся «эксельки» разных лет, которые берегут как зеницу ока. У финансов свой список, у безопасников – свой. А у нас вообще никакого. Но ничего, привыкайте к жизни в большой корпорации. Каждую неделю кого-то покупают, продают, поглощают, закрывают, открывают. Туда-сюда, туда-сюда… И не думайте, что так только у нас. В других крупных корпах та же ситуация. Слишком много людей и компаний – ты и за сто жизней не познакомишься даже с десятью процентами сотрудников. Чисто математически.

Максима удивила такая прямолинейность. Они говорили всего пару минут, но Алексей Борисович уже дал ощутить свою усталость и разочарование – чувства человека, обжегшегося о систему.

– Понял, спасибо. А сотрудников-то сколько примерно?

– А неважно. Вы будете общаться максимум с тридцатью – вот их вам и нужно знать. Остальное – просто цифры. И у всех они разные.

Максим собрался задать следующий вопрос и даже успел открыть рот, но Алексей Борисович его перебил:

– Максим, слушайте. Мне наставничество навязали. Я тут не добровольно. Это все еще западные модные штучки влияют. У нас в «БиПи» продолжают придумывать и насильно внедрять всякие «ценности», «помощь коллегам», «помощь стране» и прочее. Поэтому давайте так. Вы оформите все бумажки, которые вам дадут. Через пару недель, когда получите компьютер и доступы, я их подпишу. И еще разок встретимся для фотоотчета. И вам не напряжно, и я время не теряю. Договорились?