Системный Друид. Том 4 (СИ) - Ло Оливер - Страница 43

Рёбра ныли глухо, и я шёл медленно, прокручивая в голове каждый приём лисицы. Она била через дым-иллюзии и ложные тепловые следы, атаковала из мёртвых зон восприятия, и все её движения ложились в память, пополняя каталог боевого опыта, который нельзя получить из книг или тренировок на поляне. Надо будет прокрутить этот бой в памяти во время медитации, чтобы стать сильнее. Природа может многому научить.

Озеро показалось к середине следующего дня, я вышел к нему с северного берега, через берёзовую рощу, где стволы стояли белыми столбами на фоне тёмной воды. Лёд ещё держал, но края просели, обнажив полоску открытой воды, и воздух над озером был чуть теплее и влажнее лесного, с сырым, мягким, предвесенним привкусом. Водопад на дальнем берегу молчал, скованный льдом, но из-под ледяного козырька сочилась тонкая струйка, оставляя тёмный след на камнях.

Снег у берега был примят. Я замедлился, прочитал следы и увидел лёгкие отпечатки сапог с узким носком, оставленные тем, кто пришёл с южной стороны и сидел на валуне у воды. Следы были совсем свежие, края не обветрились, и рядом с валуном в снегу осталась неглубокая вмятина от колчана, поставленного на землю.

Луна сидела на том самом валуне, подтянув колени к груди, с луком на коленях. Её серо-зелёные глаза с золотистыми крапинками смотрели на озеро, на полоску открытой воды у берега, и тёмные волосы, убранные в высокий хвост, блестели на солнце. Она казалась повзрослевшей за то время, что мы не виделись, во взгляде появилась глубина, которой не было летом, и плечи девушка держала увереннее, чем раньше. Наручи на её запястьях были новые, из тёмной кожи с медными заклёпками, и лук за спиной тоже сменился, чуть длиннее старого, с рунной вязью на верхнем плече.

Я не скрывался, и Луна обернулась на мои шаги, когда я только показался из-за крайней берёзы.

На её лице проступило искреннее, открытое облегчение. Губы дрогнули, и она плотнее их сжала, чтобы спрятать это чувство, но я успел его заметить.

Её взгляд опустился на мои руки, на серебристые нити орнамента, проступавшие из-под рукавов, и выражение сменилось. В ней моментально включилось профессиональное любопытство, и я видел, как в серо-зелёных глазах заработал аналитический ум хорошей ученицы Академии, той, которая всегда рвалась вперед, собирая знания, когда остальные довольствовались личными силами. Она рассматривала узор, переводила взгляд с запястья на предплечье, отмечала ветвление линий и характер свечения, и вопросы уже формировались на её губах, готовые посыпаться один за другим.

Глава 16

Возвращения

Я сел рядом с ней на валун, подвинув ноги так, чтобы не касаться подтаявшей ледяной кромки у берега. Луна молчала, и я не торопил. За месяцы разлуки накопилось слишком много для первой фразы.

Она заговорила, глядя на воду.

— Мастер Виттоли приехала со мной, — Луна сорвала с валуна сухой лишайник, потёрла между пальцами. — Давно собиралась, с тех пор как узнала про цветок и его источник. Наставница привыкла проверять всё сама, я не могла ее отговорить.

Я кивнул. Наставник Луны в Пределе — этого стоило ждать. Интерес Академии к здешним травам и рудам проскальзывал ещё летом в ее рассказах про грызню между кафедрами за редкие ингредиенты.

— Академия смотрит на Предел как на полигон, — Луна понизила голос, хоть мы и были одни на всём берегу. — Мана, флора, фауна, подземелья — всё на учёте. Пока в рамках исследования. Виттоли получила разрешение ректора на полевую экспедицию, договор с Хранителем это позволяет, я уточнила на всякий случай.

— Знаю про договор, — сказал я. — Дед упоминал.

Серо-зелёные глаза Луны смотрели прямо, но пальцы её сдавливали оперение стрелы, торчавшей из колчана у бедра.

— Виттоли умная, Вик. Сперва раскладывает всё по таблицам и только потом решает. Будь на её месте кто-то другой, я бы волновалась сильнее.

Я слушал и понимал больше, чем она говорила. Предел уходил с окраины карты в чью-то картотеку. Виттоли могла быть сколько угодно разумной, но за ней стояла Академия, а о нуждах леса у нас с дедом никто не спрашивал.

— Я здесь, в том числе, поэтому, — Луна отвела взгляд обратно на озеро. — Чтобы ты был готов к встрече с ней на тропе.

Ветер тронул воду, лёд у берега чуть качнуло. Я обдумал её слова. То, что она пришла первой, стоило больше самого предупреждения.

Потом Луна заговорила о себе, о том, что было после отъезда из Пади. Говорила коротко, без украшений. По голосу было слышно, что она сама ещё не до конца поверила в перемены.

— Цветок, что ты мне подарил, изменил всё, — Луна смотрела на свои наручи из кожи с медными заклёпками. — До него я сидела в задних рядах Внешнего двора. Обычная девчонка с западного побережья, до середины списка дотягивала через раз. После прорыва Виттоли забрала меня во Внутренний двор. Там другой уровень. Первый месяц я засыпала на ходу, в попытках догнать остальных.

Она коротко усмехнулась и продолжила:

— Двойные формирования, огонь и лёд одновременно. Спарринги с конструктами третьего ранга. В лаборатории Виттоли заставляла стабилизировать дикую ману голыми руками. Лук, — Луна коснулась оружия за спиной, — подогнан под мой рост и силу натяжения, на верхнем плече рунная вязь для усиления стрел. Виттоли подобрала сама.

Я посмотрел на оружие. Рисунок рун был сложнее базовых гравировок, что были у нее ранее, очевидно штучная и очень дорогая работа.

— Не знаю, как правильно за это благодарить, — Луна сложила руки в замок на коленях, посмотрела на воду, не на меня. — За цветок. Слова кажутся слишком мелкими.

Внутри кольнуло. В прошлой жизни ученики благодарили меня за мелочи, которые я считал ерундой, и каждый раз я не знал, куда деть руки.

— Рад, что пригодилось. Подарки должны быть полезными, как я считаю, а этот цветок подходил тебе.

Луна кивнула и привалилась плечом к моему. Мы сидели на валуне и смотрели, как тёмная полоска воды у берега расширяется. Торопиться никому не надо было.

Говорили, пока солнце не ушло за кроны западного берега и тени от деревьев не вытянулись поперёк льда. Луна рассказала про Академию и наставников, про новые заклинания. Я слушал и запоминал: большой мир за хребтом оставался мне по большей части чужим. Она расспрашивала про Предел, про зиму и зверей, и я отвечал немногословно. Карьер де Валлуа обошёл, Ниру с тигрицей тоже. Луна видела, где я умолкаю, и не лезла дальше.

Прощание получилось коротким. Она поднялась с валуна, забросила лук за спину и пошла вдоль берега к южной тропе. У крайней берёзы обернулась и подняла руку. Я поднял в ответ. Тёмный хвост волос мелькнул между стволами, и берег опустел.

Маркус вернулся через несколько дней. Я увидел группу с тропы у восточных дворов, когда шёл от Сорта с заказом мазей. Пятеро, нет, шестеро людей с тюками двигались по тракту со стороны Предела. Авантюристов я узнал по походке и расстановке в колонне.

Впереди шёл довольный командир отряда с полным тюком. За ним двигался Стен под тяжестью набитых подсумков. Вальтер нёс арбалет на ремне, руки оставались свободными. Коул тащил два мешка на плечах, мороз разогнал румянец по веснушчатому лицу. Чуть позади Маркуса шла высокая женщина с посохом.

Прямая спина, уверенный шаг человека, отработавшего движение годами. Виттоли на ходу оценивала крыши и встречных, подмечала следы на снегу. Она уже работала, прямо на улице.

Вечером я зашёл в дом, который Маркус снимал на краю деревни.

В общей комнате было тесно от людей и снаряжения. Маркус раскладывал кристаллы по размеру на промасленной ветоши. Стен держал кольчугу на коленях и продевал новую полоску кожи через сломанную пряжку. Вальтер стоял у стены с глиняной кружкой и, по своему обыкновению, молчал. Коул сидел у окна, подпирая голову кулаком.

Виттоли водила пальцем по расстеленному пергаменту и о чём-то тихо говорила с Маркусом, а Луна устроилась рядом с наставницей и слушала.