Убийства во Флит-хаусе - Райли Люсинда - Страница 30

Джаз оторвалась от экрана.

– Серьезно? Когда? Почему мне не сообщили?

– Вчера утром. Полагаю, с нами не связались, поскольку ребенка, оказывается, похитил отец, и школа, видимо, решила, что к расследованию это не имеет никакого отношения. Тут были местные ребята, они и помогали в поисках.

– Как зовут мальчика?

– Директор не сказал, но у него в кабинете сейчас мать похищенного. Я пообещал, что сразу же направляю вас к ним.

Джаз протянула Майлзу лист бумаги.

– Сможете раздобыть телефонный номер для этого адреса? Позвоните туда и предупредите о нашем скором визите.

– Так точно, мэм. Еще задания будут?

– Да. Выясните, куда запропастился сержант Роланд и почему он не проинформировал меня об исчезновении мальчика. И вызовите сюда Себастьяна Фредерикса через полчаса.

Джаз вышла, хлопнув дверью.

Секретарь директора выглянула из-за компьютера: лицо бледное, глаза круглые.

– Вас ждут, – кивнула она в сторону кабинета.

– Спасибо.

Напротив Роберта Джонса сидела хорошенькая миниатюрная женщина.

– Инспектор Хантер, доброе утро. Спасибо, что пришли. Это миссис Миллар, мама пропавшего мальчика.

– А кто?..

– Рори Миллар. Ваш сержант обрисовал ситуацию?

– Поверхностно. Здравствуйте, миссис Миллар. – Джаз пожала женщине руку. – Расскажите, пожалуйста, что произошло.

– Постараюсь.

Анджелина принялась сбивчиво излагать события последних суток. Дослушав до конца, Джаз кивнула:

– Хорошо. Значит, по факту ваш сын не пропал. Он с отцом, но вы не знаете, где именно.

– Я не получила ответа на сообщение с вопросом, где они, и мой… адвокат опасается, что из-за проблем с алкоголем у бывшего мужа, из-за его депрессии, стоит привлечь полицию. Думаете, стоит?

Джаз помнила Дэвида Миллара, отчаявшегося мужчину с безумным взором на пороге этого самого кабинета. Имя же самого Рори Миллара, с которым она никак не могла встретиться, всплывало в ходе расследования с досадной регулярностью.

– Если бывший муж не ответил на ваш запрос о местонахождении сына, тогда да, определенные причины для беспокойства есть. В то же время разве есть основания считать, что Рори в опасности, миссис Миллар? Он ведь с отцом.

Анджелина согласно моргнула большими голубыми глазами.

– Я так и сказала адвокату, но он настоял на встрече с вами.

– У вас есть предположения, куда бывший муж мог отвезти Рори?

– Нет. Мой адвокат боится, что Дэвид выехал с Рори за границу, но это невозможно, поскольку паспорт Рори дома.

– Это не исключает наличия у мистера Миллара дубликата.

– Правда? – Анджелина прикусила губу. – О боже.

– Я объявлю их в розыск. У вас, случайно, нет фотографий сына и мужа? Нужно их отсканировать.

– Да, Джули… адвокат предупредил, что вам понадобятся снимки. – Анджелина достала из сумочки конверт. – С Рори ведь ничего не случится?

– Уверена, что ничего, но лучше попробуем их отыскать. Если у вас все, я займусь работой. Позже загляну и сообщу новости, мистер Джонс.

Джаз попрощалась короткой улыбкой и покинула кабинет.

Вернувшись в «штаб», Джаз вытряхнула из конверта фотографии. На первой был Дэвид Миллар, явно еще до того, как пристрастился к бутылке и пустил жизнь под откос. Джаз отложила снимок в сторону, перевела взгляд на фото Рори Миллара – и ахнула.

– Боже правый! – присвистнула она.

Порывшись в портфеле, нашла прозрачный файл с фотографией юноши, идентифицированного теперь как Корин Конот.

Положила ее рядом со снимком Рори и позвала Майлза. Тот уставился на фотографии.

– Ну как? – поинтересовалась Джаз.

– Ну и ну! Родственники?

– Это – Корин Конот, в прошлом любовник Хью Данмана, ныне покойный. А это – Рори Миллар, пропавший мальчик.

– Секундочку. Корин – «он», а не «она»?

– Да. Мой старый добрый папочка навел справки и исправил мое заблуждение. Похожи, правда?

– До жути, – подтвердил Майлз. – Они состоят в родстве?

– Пока не знаю. Мама Рори только что дала мне эти снимки. Вполне может оказаться совпадением. Фотографии часто обманчивы. Однако Рори надо найти поскорее. – Джаз вручила Майлзу снимки мальчика и отца. – Отсканируйте и объявите в розыск.

– Сделаю. В Конот-Холле нас ждут к одиннадцати. Я разговаривал с экономкой лорда Конота. Она оказалась не слишком приветлива, заявила, что его светлость – инвалид и гостей не любит.

В дверь постучали.

– Войдите!

В кабинете материализовалась фальшивая улыбка Себастьяна Фредерикса вместе с хозяином.

– Вы хотели меня видеть?

– Берите стул, присаживайтесь, мистер Фредерикс.

– Есть новости о бедном Рори?

– Пока нет. Расскажите-ка, мистер Фредерикс, почему вы не пресекали регулярные издевательства Чарли Кавендиша? В частности, его издевательства над Рори Милларом?

Себастьян пошевелил бровью.

– Кто вам такое сказал?

– Не важно. Прошу ответить на вопрос.

Он скрестил на груди руки.

– Возможно, вы слышали, что старина Чарли порой третировал младших мальчиков…

– Слышала неоднократно, мистер Фредерикс. Хотите сказать, это неправда?

– Не хочу. Однако выходки Чарли были беззлобными, и у меня совершенно нет ощущения, будто он как-то особенно цеплялся к Рори Миллару.

– Неужели? А тот случай, когда Кавендиш запер Рори в подвале на всю ночь? Не цеплялся, говорите?

– Послушайте, доказательств, что это сделал Чарли, не было, – неубедительно возразил Фредерикс.

– Зато вероятность была большая, так?

– Возможно, да. Только, инспектор, что я мог сделать без доказательств?

Джаз досадливо вздохнула.

– Вы проработали учителем двадцать лет, педагогом-воспитателем – больше восьми. У вас большой опыт подобных ситуаций. Даже друзья Кавендиша знали, что это он. – Джаз повернулась к Майлзу: – Верно?

– Да, мэм, – кивнул тот.

По лицу Фредерикса градом тек пот.

– Уверяю вас, инспектор, я наказываю мальчиков за травлю беспощадно. Однако раз за разом сталкиваюсь с одной и той же проблемой. Жертва настолько боится последствий, что не смеет указывать на обидчика.

– То есть Рори Миллар не говорил вам, что его запер в подвале Чарли Кавендиш?

– Нет. Да и как бы Рори узнал? Он находился по другую сторону двери. Тем не менее я видел, что мальчик страшно напуган. Это я его нашел. Приписал испуг байке, гуляющей по общежитию: о призраке мальчика, который якобы умер в том подвале. Рори, естественно, знал легенду. Когда я его отпер, он сам походил на привидение.

– Поразительно, что его никто не слышал. Рори наверняка кричал. Бедный ребенок, – добавил Майлз.

– Мальчики спят на третьем и четвертом этажах, а я, как вам известно, – в своем крыле. Должны мы были слышать крики или не должны, какая разница? Главное – мы их не слышали.

– Говорите, Рори был сам не свой? Вы тогда связались с его родителями?

– Безусловно. Это происшествие стало последней каплей. Рори уже довольно давно выглядел несчастным, замыкался все больше. Я считал, дело в психологической травме от развода родителей, но после случая с подвалом я понял, что пора с ними поговорить. Дабы не расстраивать миссис Миллар, которая чрезмерно опекает сына и излишне за него волнуется, я решил позвонить мистеру Миллару. Поговорил с ним на прошлой неделе.

– В данных обстоятельствах у миссис Миллар, похоже, есть все основания волноваться о благополучии сына, – процедила сквозь зубы Джаз. – Как среагировал Дэвид Миллар?

– Мы немного пообщались по телефону. Я изложил все очень сдержанно – пугать родителей ни к чему. Посоветовал мистеру Миллару побеседовать с сыном, попробовать выспросить у него, в чем дело. Затем попросил Рори позвонить отцу.

– Рори позвонил?

– Помню, я видел его у общежитского таксофона… в четверг, да, за день до того, как умер Кавендиш.

– Однако вы не знаете, с кем именно говорил по телефону Рори?