Медоед 8 (СИ) - Гудвин Макс - Страница 25

— Ты делаешь им хуже. Ты даришь им жар угасающей звезды. Они без твоих возможностей с такими установками этого никогда не получат. Да и им на тебя пофигу. Я сейчас любого разбужу и спрошу, как тебя зовут, — и они не ответят.

— Как будто ты знаешь истинное имя Бога? — спросил он у меня, больше укорил, чем спросил.

— Почему ты не доложил о своих проблемах в ОЗЛ? — спросил я, у бога этого дымного мирка.

— Потому что вы — демоны. А теперь демоны, которые ещё и не платят. Моя зарплата — 250 тысяч в месяц. Что я на эти деньги могу купить? Полноценное лечение себя — и всё равно сдавать часть своей квартиры в аренду? И я выбрал тратить свой ресурс, благо у меня скопилось достаточно.

— Мы тут как бы не за деньги убиваем. Деньги нам дают для того, чтобы нас не перекупил враг. Вот, предложи тебе Дональд Трамп миллион долларов — ты снова пойдёшь убивать? — спросил я.

— Я попрошу познакомить меня со Снуп Догом, или на концерт Фифти Сента попасть. Но убивать я больше не буду ни за какие деньги, — ответил он.

— Что ж, я тебя услышал. Боюсь, как ликвидатор ты больше ОЗЛ не нужен, — с этими словами я потянулся к его шее, чтобы взять её в захвате, который Серёжа «Саймон» Сидоров назвал бы нек-швунгом. А по моему телу возбуждающей волной прокатилось желание оборвать жизнь в одно мгновение. И теперь я знал как — и, самое главное, хотел этого…

Глава 12

Что речет сей забулдшиый муж?

Дёрнув Фому на себя левой рукой, я затащил его голову и шею себе под мышку и, оставив захват левой, перехватил свою руку удобнее, ту, которая уже душила ликвидатора. Взяв усиливающий захват, я стиснул его на шее, уперев свою правую стопу ему в бедро. Артерии под моими руками пережались, и я глубоко вдохнул, чтобы подержать ещё, и лишь когда услышал хрип, чуть помедлил и, подцепив человека под мышки, взвалил на себя. Всё произошло быстро, без навыков борьбы у него не было шансов.

Фома спал, а я нёс его на плечах из им же созданного притона. И вдруг на моём пути возникла та самая девушка, которая открывала мне дверь.

— Отпусти его! — потребовала она, протягивая ко мне руки.

Но я уже шёл на неё, чтобы схватить правой рукой её за ухо и, подняв вверх, болезненно выкрутить, отправив запутавшегося совершеннолетнего ребёнка в сторону. Думая, что какая-нибудь невинная пощёчина от меня вполне может свернуть ей шею, а вот сломанное ухо, наоборот, поможет в жизни. Купит себе машину с правым рулём, будет «решать» сложные вопросы на дороге одним видом своего «пельменя». Или у девушек это не так работает?

Она взвыла, застонала, рухнула на пол, жалея своё ухо и закрывая его ладонями. А я выходил из притона, унося на себе ценный человеческий «ресурс» для ОЗЛ.

Бедненький — ВИЧ, ВПЧ, рак, мистер «я не могу трахать всех как раньше», и поэтому курит как не в себя и, находясь в штате, устраивает наркоманские притоны, наполняя их, как и положено притонам, сомнительной аудиторией.

— Тиммейт, — позвал я. — Свяжи меня с отелем ОЗЛ этого чудесного города.

Вместо голосового подтверждения я сразу получил сигнал в своё ухо.

— Слушаю вас! — произнёс мужской голос.

— Медоед — моя фамилия. Сейчас привезу Фому, приготовьте номер. Распоряжение по ОЗЛ-спецсвязи вышлю тоже.

— Принято. На чём будете?

— Серебристый Land Cruiser с номером 111 на московском регионе.

— Ждём, — произнесли там и повесили трубку, пока я шёл по ступенькам вниз.

— Тиммейт, — снова скомандовал я. — Продублируй Еноту факт моего прибытия, пусть отошлют через ОЗЛ-спецсвязь и группу на этот адрес. Задача: всех хиппи досмотреть и выгнать на хрен! Далее — изъятие всего нашего: деньги, ценности, запрещённые к обороту вещества, оружие. Далее — перезакрыть дом, сменить замки, вызвать туда клининг.

— Прости, Медоед, ты кому задачу хочешь поставить? — уточнил у меня Тиммейт.

— Не понял тебя, как это кому? — спросил я.

— В городе два ликвидатора: один, судя по всему, у тебя на плечах, а другой лежит с аппендицитом. В отеле двое — смотритель и боец охраны. Есть ещё два аналитика по этому региону, которые подчиняются Еноту и сидят на удалёнке. Поэтому и спрашиваю: кому отослать эту команду?

— Отличный я начальник отдела, — произнёс я, выходя на улицу. — Без отдела, как сапожник без сапог.

И тут раздался голос.

— Вот, смотрите!!! И так каждый день! Я вам говорила, и звонила каждый день! — вывел меня из временного замешательства женский возрастной голос.

Бабушка в синем халатике в белый цветочек и клетчатых тапках, с седыми растрёпанными волосами и раскрасневшимся от крика лицом указывала на меня трясущимся пальцем. А ко мне уже шли двое. Это были патрульные менты: сержант и младший сержант.

Молодые парни, обоим лет по двадцать пять — двадцать семь. Сержант — повыше ростом, худощавый, с короткой стрижкой, как и положено. Форма сидела на нём ладно, видно, что не первый год носит. На поясе была кобура с пистолетом, рация, наручники. Младший же сержант был коренастый, с бычьей шеей и квадратной челюстью. Глаза прищурены, а на скуле воспалился свежий прыщ. Форма на нём смотрелась мятой. Оба старались смотреться браво.

— Э, стой! Ты далеко его понёс! — окликнул меня сержант.

А я понял: куда все гопники делись. Они, сука, выросли и подались в менты. И я продолжил своё шествие к джипу, открывая его брелком из кармана.

— Гражданин, ты что, глухой⁈ — снова окликнули меня и поспешили ко мне.

— Вот-вот, а на третьем этаже там у них целый притон! — набрасывала сверху бабушка.

Открыв дверь машины, я повалил туда тело Фомы, вздохнул и повернулся к ментам.

— Документы есть при себе? — спросили у меня.

— Фух, — вздохнул я наиграно. — А я уж думал, в прошлое попал и меня какие-то гопари за шмот стопят и предъявить хотят.

При этом я достал удостоверение и протянул им в открытом виде, дав возможность и время ребятам без высшего образования прочитать, что там у меня написано.

— А теперь, господа, давайте по уставу. Начнём со «здравия желаю», закончим причиной обращения ко мне!

Сержант замер с открытым ртом. Его напарник переводил взгляд с удостоверения на моё лицо, потом обратно. Глаза у обоих округлились — таких корочек они в жизни не видели. Печати, голограммы, подписи и страшные для любого человека три буквы — ФСБ.

— Товарищ… младший лейтенант? — неуверенно произнёс сержант, сглотнув. — Мы… нас вызвали. Жильцы жалуются, что из этой квартиры шум, запах, подозрительные лица.

— Наркоманы, — добавил младший сержант, стараясь звучать увереннее, но голос всё равно дрожал. — Соседи говорят, там притон.

— Мы не знали, что вы… что тут… — сержант запнулся, не зная, как сформулировать.

— Вы не знали, а Родина слышит, Родина обо всех заботится. Смотрите, на третьем этаже, в квартире, откуда я вышел, находятся наркоманы, много и разные. Все в состоянии опьянения. Можете забирать всех и оформлять по полной программе.

Сержант замялся.

— Товарищ младший лейтенант… нам бы с командиром взвода это решить. Вы уж простите, но такие вопросы без командира…

— Решайте, — кивнул я и, дай пока твои наручники.

Я получив браслеты, обернулся к Фоме, который уже приходил в себя — мычал, мотал головой, пытался сесть удобнее. А я быстро защёлкнул БРС у него на запястьях, закрепив за ручку над сиденьем. Металл звякнул, и ликвидатор, дёрнувшись, ощутил, что никуда не денется.

— Ты… — прохрипел он, глядя на меня мутными глазами.

— Я, — сказал я. — Поговорим в дороге, пока кайфуй дальше.

Сержант тем временем достал телефон, набрал номер, отошёл на пару шагов. Говорил тихо, но я слышал:

— Товарищ капитан, тут такое дело… Вам лучше с ним поговорить.

После чего он подошёл ко мне и протянул трубку.