Медоед 8 (СИ) - Гудвин Макс - Страница 8

Впереди был вечер. И завтрашняя рыбалка. И разговор, который мог всё изменить. Или ничего не изменить.

Но сначала — вернуться в отель и узнать, что там с тем ядом…

Глава 4

Первый и второй

Клюёт ли рыба в дождь? Потому что утро выдалось пасмурным. За окном моросило, омывая серые стены ведомственного здания, а я подорвался раньше и теперь стоял у окна в своей комнате на базе ОЗЛ и смотрел на такое же серое небо и пил кофе, который мне принесли по первому звонку. Пил и ждал. В целом я бы поддержал автора песни про то, что у природы нет плохой погоды, если бы в эту плохую погоду можно было бы сидеть дома или хотя бы в тёплом салоне авто. А если в слякоть, снег, мороз надо куда-то бежать и по кому-то стрелять, а тот скорее всего будет стрелять по тебе, то погода это один из врагов. Даже можно сказать — отдельная сторона конфликта, играющая свою игру.

Вчерашний вечер прошёл спокойно. После Патриарших прудов меня привезли обратно и я долго сидел в комнате, смотря в потолок и прокручивая в голове сцену с отравленным завтраком. Тошнота прошла, но осадок остался. Кто-то хотел меня убить. Прямо здесь, в Москве. Прямо в здании ОЗЛ.

А сегодня утром я ждал примерно такой же процедуры, как перед встречей с Трампом, и я дождался. В дверь постучали три раза.

— Одежда, — произнёс голос за дверью.

Софт-скиллы у ребят с ОЗЛ не работали, кстати. Это же не гостиница, где все готовы тебя облизывать, скорее казарма люкс-класса. Хотя в Москве могли бы и быть, но видимо сюда набирали не за вежливость.

И я открыл. На пороге стоял тот же коренастый безопасник. А рядом с ним — тележка, на которой лежали чёрные пакеты.

— Вам передали, — сказал он, закатывая тележку в комнату, и вышел.

Ну ладно, я принялся разбирать пакеты. Внутри было всё: термобельё, флисовая кофта, тёмно-зелёные штаны, куртка-ветровка с капюшоном, непромокаемые ботинки на толстой подошве. И две пары шерстяных толстых носков.

На дне одного из пакетов лежал спиннинг. В чехле. Разборный, лёгкий, с катушкой и набором блёсен.

— Серьёзно, придётся рыбачить? — спросил я пустоту.

Но вопрос повис в воздухе.

Я оделся. Всё село как влитое — словно портной снимал мерки, пока я спал. Ботинки не жали, штаны не сковывали, куртка сидела по плечам.

Телефон я положил на стол и, экипировавшись, вышел.

В коридоре меня уже ждали трое молодых бойцов с такими же невыразительными лицами. В руках у одного был термос и небольшой рюкзак.

— Ваше снаряжение, — сказал он, протягивая рюкзак. — Там перекус. Это покажет вашу подготовку и вовлечённость в мероприятие.

Я взял. Рюкзак оказался лёгким, и я положил туда спиннинг и термос.

Мы спустились на первый этаж, прошли через пост охраны. На улице стоял чёрный Mercedes V-class — такой же, как вчера, но с другими номерами. Дядя Миша уже сидел внутри, у окна.

— Садись, — сказал он, кивнув на место рядом.

На нём был тоже камуфляж, только не новый, как у меня, — видимо, товарищ генерал-полковник чаще, чем я, бывает на рыбалке. И я забрался в салон. Коренастый безопасник сел спереди, рядом с водителем. Двое остальных — в машину сопровождения.

Двигатель мягко замурчал, и мы поехали.

— Экспертиза подтвердила наличие органического яда в том соке, — начал Дядя Миша. — Это был Аконит. И отравлен не только твой сок, а вся партия. Травили не конкретно тебя, просто ты получил первый стакан этого.

— Понял. Снова всем повезло, — произнёс я.

Я посмотрел в окно. Мимо плыли высотки и бесконечные вереницы машин.

— Куда едем? — спросил я.

— Завидово. Резиденция «Русь». Там есть озёра. А в них — плотва, окунь, щука. Поговаривают, и сом водится, но его никто не ловил. Но, судя по тому, сколько сил ФСО тратит на организацию мероприятий, я не удивился бы и дельфинам.

— Признаюсь, я не умею рыбачить, — признался я.

— А гольф умел играть? — усмехнулся Дядя Миша. — Ничего. Там главное не клёв, а разговор. А в разговоре с командованием всё просто: молчим, пока нас не спросят.

— Понял.

— И ещё, — он повернулся ко мне. — Алкоголя там не будет. Президент не пьёт. Вообще практически. Бережёт здоровье — а значит, Россию.

— Это вы про те три рюмки водки, которые я приговорил вчера? — спросил я.

— Считай, что это были твои наркомовские сто грамм. А сегодня снова сухой закон, если, конечно, Дмитрий Анатольевич не предложит по рюмочке. В этом случае ты, как более молодой агент-ликвидатор, будешь поддерживать зампреда Совбеза РФ своей компанией.

— Есть поддерживать ещё одного Медведева! — пошутил я.

Мы выехали из города через Ленинградское шоссе. Дорога была пустой — для нас. Я заметил, как машины ГИБДД перекрывали съезды на трассе, как патрульные вставали по обочинам. Кортеж шёл без спецсигналов — тихо и быстро.

— ФСО, — сказал Дядя Миша, перехватив мой взгляд. — Они за сутки оцепили парк. Водолазы проверили дно озёр. Даже ПВО наготове.

— Серьёзно? — спросил я.

— Наш бывший коллега Тим постарался, послужив прививкой для безопасников, и они больше не рискуют.

Я замолчал. Мысль о том, что где-то в лесу стоят расчёты «Панцирей», успокаивала.

Через час мы свернули с трассы. Пошли бетонные плиты, потом асфальт сменился гравием. По сторонам пошёл высокий забор с колючей проволокой, камеры на столбах, редкие парковочные точки, где стояли машины с затемнёнными стёклами.

И вот мы прибыли к КПП. И мы с Дядей Мишей вышли, направившись к пропускной. Вперёд к нам вышел боец с закрытым балаклавой лицом, в чёрной форме, с автоматом.

— Генерал Медведев, младший лейтенант Кузнецов, к Первому, — произнёс Дядя Миша.

— Проходите в зону досмотра, — кивнул он.

А в зоне досмотра у нас проверили наличие оружия и электронных средств, и я увидел, как у Дяди Миши извлекают из его рюкзака Тиммейта, вернее, устройство очень похожее на него.

— Аппарат согласован, — произнёс генерал.

— Будет доставлен после проверки, — было ему ответом.

К остальному претензий не было. И мы снова погрузились в машину, на этот раз ФСОшную, и поехали внутрь.

Территория резиденции была огромной. Сосны, берёзы, лужайки с подстриженной травой. Дорога вилась между деревьями, и я заметил, как в лесу мелькали силуэты — людей в камуфляже, с оружием, с биноклями. Видимо, внешний периметр.

Мы проехали мимо домика егеря, мимо вертолётной площадки, на которой стоял пустой Ми-8 белого цвета с триколором по всему борту. Потом — мимо здания, похожего на гостиницу, но без каких-либо вывесок. И наконец — к берегу.

Озеро было серым, как и небо, гладким и без ряби. Только ветер иногда пробегал по воде, оставляя тёмные полосы. Лес на том берегу стоял стеной — жёлтый, красный, уже потерявший летнюю зелень.

У пирса стояли две машины — чёрные, такие же, как и та, что привезла нас. Рядом было несколько человек в штатском. И двое — в куртках с нашивками ФСО, с наушниками и автоматическим оружием.

— Приехали, — сказал Дядя Миша.

Мы вышли. Воздух был приемлемо свежим, пахло хвоей и водой.

Ко мне подошёл человек в сером костюме — без галстука, с короткой стрижкой и с бейджем на лацкане. Я не успел прочитать, что там написано.

— Пройдёмте, — сказал он.

На пирсе стояли двое. Спиной ко мне, с удочками в руках.

Один был выше ростом, в тёмно-зелёной куртке с капюшоном. Второй — чуть ниже, в такой же куртке, но без капюшона.

— Владимир Владимирович, — произнёс тот, кто сопровождал нас, — генерал-полковник Медведев Александр Сергеевич и младший лейтенант Кузнецов Вячеслав Игоревич.

И, стоящие на берегу обернулись. Я увидел их лица. Те самые, которые каждый день показывали по телевизору.