"Фантастика 2026-96". Компиляция. Книги 1-30 - Вальтер Макс - Страница 41

Я уселся у окна и обхватил голову руками. Бабы вновь зароптали, окружив выжившего парня, но к их словам я не прислушивался. Все мысли были поглощены поступком брата. В памяти всплыли слова о том, как Колян выпрашивал у меня обещание его убить, если он вдруг обратится. Тогда я не понимал, с чего такие речи? Но сейчас, когда я начал перебирать наши дальнейшие похождения, некоторые моменты показались довольно странными.

Когда мы убили двоих выродков, вся наша одежда пришла в негодность, и переодеться в чистое — вполне естественное желание. Чем мы и занялись после того, как заглянули в квартиру к его приятелю за табаком.

Шмотки отыскали в магазине для рыбалки, что расположился в фойе торгового центра. Вот только я переоделся прямо в торговом зале, а Колян спрятался в примерочной. Тогда я не заострил на этом внимания. Ну бывают у него заскоки, и этот не казался чем-то из ряда вон. Затем этот разговор в машине… А подранок? Он пристрелил его так, будто уже утратил человечность. Слишком легко, словно уже больше нечего терять. Да и молчаливость… По обыкновению брат — в каждой бочке затычка, на всё есть своё мнение. Но здесь, в посёлке, когда вокруг творилась вопиющая несправедливость, он почему-то больше молчал. Даже когда мы одержали победу над вертухаями, отделался буквально парой фраз и без лишних вопросов отдал мне бразды правления.

Чёрт, как же я не догадался? Ну почему я такой тупой⁈

Да, сейчас уже стало очевидно, что в той квартире, когда мы охотились за чёрным сердцем, его укусили. Возможно, он понадеялся, что ничего страшного не случится, и промолчал. А ведь всего-то и нужно было спросить ещё тогда, когда мы только ехали сюда. Не уверен, что это что-то изменило бы… Но тогда я бы знал и не оставил бы его одного.

— А-а-а! — заорал я во весь голос и принялся лупить себя по лицу.

Дом снова погрузился в тишину. Все испуганно таращились в мою сторону, однако сочувствия в их взглядах я не заметил.

Боль немного отрезвила. Мрачные мысли никуда не делись, но их ход хотя бы стал последовательным. Я поднялся с пола и, подсвечивая себе лампой, принялся осматривать тела.

— Чего тебе от них надо? — спросил Дмитрий.

— Он кого-нибудь укусил?

— Уходи! — добавила женщина, которая ещё недавно помогала нам с Михаилом.

Судя по всему, она была здесь за старшую, потому как остальные столпились за её спиной и не помышляли перечить. Её имени я так и не узнал, а в разговоре его при мне не упоминали. Да я вообще не успел ни с кем особо познакомиться, слишком уж быстро закрутились события, не оставив мне и малейшей возможности проявить себя с положительной стороны. Ну кто я для них? Убийца, тот, кто привёл в их деревню врага и всё испортил.

— Если он успел кого-нибудь укусить…

— Вали отсюда! — снова перебила она и указала пальцем на дверь. — Мы сами разберёмся.

— Как скажете, — поморщился я и шагнул к сердцу, которое всё ещё лежало на столе.

— Думаю, мы имеем право на компенсацию. — Женщина заступила мне дорогу, уперев руки в бока.

— Оно не… — начал было я, а затем просто махнул рукой. — Где мои вещи?

— В сарае, — кивнула на выход она. — Дорогу найдёшь.

— Да пошли вы, — зло прошипел я. — Надеюсь, вы все здесь подохнете!

Дверью я хлопнул так, что с потолка посыпался мусор и попал мне за шиворот.

В сарае, в отличие от дома, было светло. Под потолком висела лампа, которая давала достаточно света, чтобы видеть предметы на стеллажах. Последние тоже были сколочены из почерневших досок от старого забора. Рюкзак я отыскал без проблем и на какое-то время замер, глядя на вещи брата. Я забрал их чисто из принципа, чтобы не оставлять этим неблагодарным уродам. Хотя в глубине души понимал, что они ни в чём не виноваты и на их месте я, скорее всего, поступил бы аналогично.

Я выволок на улицу всё своё добро, затем перешёл в противоположный двор и выгнал из сарая «мерс». Упаковать скудный скарб обратно в багажник труда не составило, так как большинство вещей осталось неразобранным. Они даже не удосужились заглянуть в рюкзаки, в которых хранились коробки с патронами и тушёнка. А вот сухие пайки я так и не нашёл, но обыскивать склад желания не было. Скорее всего, их первым делом закинули в УАЗ, на котором впоследствии сбежали оставшиеся в живых вертухаи.

Обидно было потерять серебро. В бою с изменёнными кастеты показали себя очень хорошо. И сейчас, когда брата со мной больше нет, один из них можно было бы смело пустить в переплавку на картечь. Но увы, такую ценность охранники посёлка прикарманили сразу. Да и плевать, что-нибудь придумаю.

Хлопнув дверью, я повернул ключ зажигания и дождался, пока загрузятся все системы. Как только лампочки на панели погасли, запустил двигатель и некоторое время сидел, всматриваясь в мерцающую голубоватым свечением улицу.

Уезжать не хотелось. Внутри горело совсем другое желание: выйти из машины и положить всех, кто остался. Но во мне говорил гнев, а эти люди ни в чём не виноваты. Во всём этом дерьме я винил себя и никак не мог найти выход эмоциям, а потому злился на всё и всех.

Выжав сцепление, я воткнул первую передачу и, утопив газ, сорвался с места, выбрасывая из-под колёс комья земли. Зад машины слегка вильнул на повороте, но я его тут же выровнял, отпустив педаль акселератора. Гнать во весь опор сейчас тоже не лучшая идея. Переваливаясь по ухабам, я добрался до места, где можно было съехать в лес. Ночь только вступила в свои права, и выезжать на трассу опасно. Преследовать брата в полной темноте — ещё более тупая затея. Нужно дождаться утра и хорошенько подумать, пока есть время.

Далеко он не уйдёт, ему придётся где-то остановиться перед рассветом. Если для меня ночь просто неудобство, то в его случае солнечный свет — смерть. Вопрос: куда он пойдёт? Вряд ли домой или ко мне в гараж, ведь там я стану искать его в первую очередь. И это не шутка, я на самом деле собирался посетить знакомые для него места, хоть и был уверен, что его там не окажется.

Нет, это как искать иголку в стоге сена. Он мог пойти куда угодно. Даже просто остаться в лесу или направиться в другую деревню…

Стоп!

Я выбрался с водительского места и полез на задний диван, куда бросил оба рюкзака. Вытащил атлас дорог и, включив карманный фонарик, принялся изучать округу. В умственных способностях Коляна я не сомневался, а потому сразу прикинул оптимальный маршрут, поставив себя на его место. Он ушёл через лес и, скорее всего, сразу выбрался к дороге. По ней он тоже вряд ли пойдёт, но будет держать её в поле видимости, в качестве ориентира. Можно попробовать проехать до перекрёстка с трассой, но я уверен, что толку от этого не будет. Заслышав шум двигателя, брат попросту уйдёт глубже в лес и переждёт опасность. Но я и не собирался так поступать, а просто прикидывал варианты.

Рано или поздно он выйдет на трассу. А вот дальше варианты начинают разрастаться в геометрической прогрессии. Что в одну, что в другую сторону рассыпано множество посёлков, где он без труда отыщет своих новых друзей, изменённых. А там всё может развиваться по совершенно непредсказуемому сценарию. Либо его увезут в какое-нибудь логово, либо назначат в качестве надзирателя на какой-нибудь ферме, либо вообще бросят на передовую — воевать с остатками человечества.

— Чтоб тебя, Колян! — простонал я и захлопнул атлас.

Развалившись заднем диване, я толкнул локтем один из рюкзаков и случайно задел какую-то консерву. Боль отстрелила в руку, на мгновение затмив тянущее чувство в душе́. И мне это очень понравилось. А потому я повторил манёвр, а затем ещё и ещё. Гнев наконец-то нашёл выход, и спустя несколько секунд я уже выволок огромный походный рюкзак из машины и от всей души принялся избивать его ногами. И мне было совершенно насрать на то, что всё внутри превращается в кашу. Я пинал его до тех пор, пока силы окончательно меня не покинули, а затем опустился на землю и уставился в никуда.

Я даже не заметил, как закурил. Очнулся лишь тогда, когда сигарета дотлела до фильтра и обожгла пальцы. Не уверен, что сделал вторую затяжку. Отбросив окурок, я вставил в рот новую сигарету, но так и не прикурил.