"Фантастика 2026-96". Компиляция. Книги 1-30 - Вальтер Макс - Страница 71

— Я вас услышал, — совершенно серьёзно кивнул следак. — И данную версию мы обязательно рассмотрим. Уведите!

В кабинет тут же вошли уже знакомые мне мордовороты. Я поднялся со стула и вышел в коридор. На мгновение замер и обернулся.

— Простите, а заключённых у вас кормят? — спросил у следователя я.

— Шагай давай, — подтолкнул меня в спину конвоир с квадратной челюстью. — Ща я тебя накормлю. Зубами, ха-ха-ха.

Второй тоже заржал, оценив шутку приятеля. Ну а я покорно двинулся по коридору. Спорить с ними себе дороже, к тому же у меня ещё и руки связаны за спиной. Да и вряд ли в новых реалиях кто-то станет заботиться о правах арестованного по подозрению в убийстве своих же. Если следователь не изменит свою версию, то меня, скорее всего, поставят к стенке. Так в чём смысл переживать о моём благополучии? Я вообще удивлён, что они ещё пытаются в чём-то разобраться. Не исключено, что свою роль в этом сыграли те, кто меня сюда привёз.

Этот Старый. Мне бы с ним пообщаться. Уж он-то точно бы меня выслушал и уже бы начал внутреннюю проверку. И сейчас на моём месте в том кабинете сидел бы Напалм. Вот уж к кому у меня скопилось много вопросов. Чует моя пятая точка: он имеет ко всему этому дерьму самое прямое отношение. Одно то, как он сморщился, когда Глаз сменил место охоты, уже выглядело подозрительно. Особенно в свете последующих событий. Он ведь знал, что командир оставит его в кремле, если он продолжит со мной конфликтовать. И этот урод сделал всё возможное, чтобы так и случилось.

А если бы я не вернулся? Если бы сдох там вместе с остальными? Да наверняка он бы выкрутился. Но я здесь, и почву для размышлений следователю уже подкинул. Надеюсь, он не станет откладывать допрос в долгий ящик.

Чёрт, а ведь его ко мне антипатия, в смысле Напалма, вполне может быть вызвана тем, что меня в их группу подсадил Старый. Как знать? Вдруг он и в самом деле подозревал, что в кремле творится что-то нечистое. Как я понял из молчания следователя, люди у них пропадают регулярно, и руководство не могло об этом не задуматься. И если провести ниточку через все эти события, получится весьма любопытное украшение. Хех…

— Мужики, мне нужно обратно к следователю. — Я остановился у выхода на улицу.

— Не положено, — дежурной фразой ответил один из них.

— Я хочу признаться, — пошёл ва-банк я.

— Ты тупой? — Он угрожающе навис надо мной.

— Погодь, — придержал его второй. — Присмотри за ним.

— Рожей в стену! — Грубо схватив за рукав, мордоворот швырнул меня к стене.

Я покорно выполнил команду, дожидаясь, пока второй конвоир договорится о моём повторном визите к следователю.

Всё сработало ровно так, как я и ожидал. Вскоре меня вернули к знакомой двери и усадили на скамью напротив. Через пару минут прозвучало сухое: «Заводите», и меня бесцеремонно затолкали внутрь.

Следователь тщательно перебирал бумаги, делая вид, что меня здесь нет. Я терпеливо молчал, хоть и не понимал, для чего он повторяет весь этот цирк. Ведь я уже сказал, что собираюсь признаться, и не видел повода тянуть время. Напротив, он должен был ковать железо, пока оно не остыло.

— Ну? — так и не взглянув в мою сторону, произнёс он.

— Старый, — выдохнул я.

— Что — Старый? — всё-таки поднял на меня взгляд он.

— Это ведь он внедрил меня в отряд охотников. Не скажи он за меня своё слово, кем бы я у вас был?

— Понятия не имею, — пожал плечами следователь. — Вы, кажется, хотели сказать что-то другое?

— Как думаете, почему он сразу поставил меня в элитное подразделение?

— Во-первых, это не моего ума дело, — сухо ответил следак. — А во-вторых, вы, кажется, собирались в чём-то признаться. И, наконец, в-третьих, у меня нет времени догадываться о том, что происходит в ваших мозгах.

— Я считаю, что Старый догадывался о причине пропажи ваших людей и специально внедрил меня в отряд таким образом, чтобы все об этом знали. Я для него никто и звать меня никак. Он мог просто высадить меня у ворот, и только за одно это я был бы ему обязан по гроб жизни. Но нет, он приобщил меня к делу, которое пользуется наибольшим уважением среди всей вашей общины. Зачем?

— Чтобы спугнуть крота? — подхватил мою мысль следак.

— Вот теперь мы с вами на одной волне, — оскалился я. — А теперь думайте дальше, и правильная версия обязательно сойдётся. Даже мой рассказ перестанет казаться выдумкой.

— Я всё ещё не вижу мотива для подобных действий со стороны Напалма.

— Кем он был в прошлой жизни? У него ведь была семья, дети?

— Допустим…

— Допустим, кто-то ему пообещал встречу с ними, — продолжил раскручивать версию я. — Может, даже обратить его, чтобы он смог с ними воссоединиться. А что, если с просьбой к нему обратилась сама жена?

— Мы никогда этого не докажем.

— А это смотря как задавать вопросы, — ухмыльнулся я.

— Вы намекаете на пытки?

— Я предлагаю вам оставить меня с ним наедине буквально на пару часов.

— Это исключено.

— Я не собираюсь его бить или пытать, как вы выразились. Я даже не против остаться в наручниках, если вам так будет спокойнее. Просто пустите слух, что я во всём признался, и оставьте меня с ним наедине.

— И как вы себе это видите?

— Поверьте, он обязательно явится, как только узнает, что меня приговорили. Оставьте включенным диктофон или жучок мне куда-нибудь прикрепите…

— Мне кажется, вы пересмотрели детективных сериалов, — усмехнулся следак. — Боюсь, в реальной жизни это так не работает.

— Да хрен с ним, сделайте так, как работает. Вы ведь уже поняли, что я говорю правду. Мне незачем было убивать их. Вам сказали, откуда я к вам пришёл?

— Какое это имеет значение?

— Поверьте, — криво ухмыльнулся я, — то место, в котором я провёл полгода… Да для меня собачья будка сейчас была бы за счастье. Но мне дали в тысячу раз больше. У меня была тёплая постель и регулярное питание. Думаете, я бы стал этим рисковать ради какой-то там гипотетической наживы?

— Люди и не на такое способны.

— Вы понятия не имеете, о чём говорите, — покачал головой я. — Я же не идиот, в конце-то концов!

Следователь замолчал и уставился на меня пронзительным взглядом. Было видно, что он уже начинает понимать суть происходящего. И мои аргументы постепенно пробивают лёд недоверия. И я решил забить последний гвоздь в крышку гроба Напалма.

— Серьёзно? Считаете, Старый не проверил бы меня на пригодность?

— Ладно! — Он хлопнул ладонью по столу. — Выкладывайте ваш план.

— Да всё просто: сделайте вид, что я во всём признался, но в чём именно, лучше не объявлять. Закройте меня где-нибудь одного, в камере, например, подкиньте диктофон или жучок, не знаю. Наверняка в мире осталась куча всяких штук, способных записать наш с ним разговор. Но самое главное — установите за ним наблюдение, желательно так, чтобы он его заметил. Может, даже пару вопросов наводящих стоит задать. И я вам гарантирую: он сам ко мне прибежит.

— А вы не боитесь, что он попытается вас убить?

— Я на это рассчитываю, — ощерился я. — Только в этом случае он хоть что-то расскажет. Да даже если нет, сама попытка уже станет доказательством.

— А если она будет удачной?

— Ну не знаю, — пожал плечами я. — Дайте мне кусочек чёрного сердца.

— От серебряной пули оно не спасёт, — вздохнул следователь. — Хорошо, я подумаю, как всё можно устроить с минимальным риском. Уведите!

Дверь распахнулась в ту же секунду, словно конвойные уже держались за ручку. Меня вывели на улицу и отвели в одну из башен, где было организовано помещение, похожее на камеру. Спустя какое-то время принесли пожрать, и то, что было в тарелке, вернуло мне надежду на светлое будущее. Приличных размеров кучка риса и две жареные рыбины.

Не говоря ни слова, я набросился на еду. В прошлой жизни я бы в сторону рыбы даже не покосился. Разве что там лежал бы копчёный судак килограмма на два. Но сейчас я поглощал жирных окуней вместе с костями, при этом даже не морщился.