Друид Нижнего мира. Трилогия (СИ) - Золотарев Егор - Страница 24

— Ты-то что здесь делаешь? А ну, марш домой! — выкрикнул он и махнул рукой.

— Я не помешаю, — заверил я и остановился.

— Вали домой, тебе сказано! Быстро! — поддержал его второй охотник.

Вдруг со стороны ворот раздалось громкое угрожающее шипение. Мужчины разом развернулись в сторону звука и, прицелившись, медленно двинулись по дороге, высматривая крата в полутьме.

Я решил больше не попадаться им на глаза, поэтому пробежал между домами и очутился на Четвертой улице. В это время раздались выстрелы. Сначала стреляли справа, потом присоединились слева. Послышался яростный визг, и я увидел, как мне навстречу бежит гигантское черное существо.

Когда оно попало в круг света фонаря, получилось рассмотреть длинного ящера с черными пластинами чешуи, желтыми глазами и ярко-красным языком. Цепляясь изогнутыми когтями о булыжники, он передвигался с огромной скоростью и с каждым шагом приближался ко мне.

Вслед звучали выстрелы, но пули наверняка застревали в плотных пластинах, не причиняя смертельных ран ящеру, который лишь больше злился и пытался как можно скорее скрыться от обидчиков.

Понимая, что еще достаточно слаб, я все равно остался стоять на пути фурии: очень уж хотелось испытать свои силы.

«Остановись! — мысленно велел и поднял руку. — Я, друид Орвин Мудрый, приказываю тебе остановиться!»

Ящер замедлился, мотая головой, будто пытался прислушаться.

«Стоять! Я приказываю тебе…»

В это время ящер раскрыл зубастую пасть, взревел и ускорился. Гниль в корень! Очередной крат не слушается меня!

Пришлось развернуться и рвануть по тропинке между двумя дворами. Ящер побежал вслед за мной, сшибая на бегу заборы твердыми боками. Гниль в корень, и зачем я вообще пришел сюда⁈

Выбравшись на мощеную дорогу, я намеренно ринулся в сторону ворот в надежде, что охотники все еще там. Однако они уже были на Четвертой улице. А я уже порядком выдохся и надолго меня не хватит. Крат тем временем был все ближе.

Споткнувшись в полутьме о булыжник, я свалился на дорогу и сильно ударил колено. Когда поднялся, понял, что не то что бежать, идти не могу.

Ящер был уже на расстоянии двух десятков метров. Вот-вот догонит и набросится. Собрав всю энергию, что была во мне, я отправил ее в ладонь и выставил руку перед собой.

«Я приказываю тебе остановиться! Сто-о-о-ой!»

Вместе с мысленным сигналом отправил в ящера свою энергию, которая пульсирующим теплом вырвалась из ладони и устремилось к нему навстречу. За три метра от меня, когда я уже весь сжался, приготовившись к нападению вторженца, он остановился. Его бока ходили ходуном от частого дыхания после быстрого бега, ярко-красный язык постоянно облизывал удлиненную морду, лапы, дергаясь, царапали булыжники, но он не двигался с места.

Я протяжно выдохнул и провел рукой по лицу. Даже не припомню, когда в последний раз пугался зверя. Все-таки это большая глупость — вставать на пути такого большого, взбешенного крата. Нужно научиться жить в новом теле и не забывать, что я довольно слаб. Настолько слаб, что даже остановил с трудом, не говоря уж о том, чтобы связаться с духом.

В это время слева из-за домов выбежали охотники и продолжили пальбу. На этот раз они били не по прочной чешуе, а целились в голову.

Крат снова взревел и рухнул у моих ног от меткого попадания пули в глаз.

— Какого черта ты здесь делаешь? Тебе было сказано уходить! — напустился на меня охотник. — А если бы он убил тебя?

Это был молодой широкоплечий мужчина с моей улицы. Валера, но все звали его по прозвищу — Сокол, за зоркий глаз. Он так же, как и остальные соседи, помогал мне с колодцем.

Мне нечего было ответить, поэтому лишь кивнул и, хромая, побрел в сторону дома. Колено болело, а энергии, чтобы подлечиться, совсем не осталось, поэтому придется потерпеть.

Я зашел в калитку и поднялся на крыльцо. Не успел взяться за ручку, как дверь распахнулась и навстречу выбежала встревоженная Анна.

— Сынок, ты где был? Ты что, сирену не слышал?

— Слышал. Просто неудачно упал на колено и еле пришел домой, — ответил я, прошел мимо нее и включил свет, ведь в доме царила тьма, чтобы не привлекать крата. — Зверя уже убили, сам видел, — ответил я на ее вопросительный взгляд. — Ты Призрака кормила?

— Да, кормила, — с облегчением выдохнул она. — А где отец?

— В мастерской.

В это время из своей комнаты торопливо вышла Авдотья.

— Ты где весь день бродил? — напустилась она. — Ушел с самого утра и даже кушать не приходил.

— Был с отцом. Мастерил игрушку, — ответил и посмотрел на руки, на которых остались только отметины от мозолей. Энергия успешно справлялась с поддержанием тела в хорошем состоянии. — Мы с ним выпили чай из его термоса и съели по бутерброду с соленым огурцом.

Я понимал, что женщины волновались за меня, поэтому спокойно и терпеливо объяснял.

— Покажи колено, — велела Анна.

— Ерунда. Просто ударил. Завтра пройдет, — отмахнулся и зашел в свою комнату, где навстречу с тявканьем бросился Призрак.

Я ожидал, что придется мыть полы, но Анна и Авдотья, видимо, несколько раз выводили щенка во двор, поэтому пол остался чистым.

Покормив щенка кашей из своей тарелки, я заперся в комнате и снял штаны. Колено раздулось, но это ничего — вылечу. Осталось лишь дождаться, когда энергия накопится. Быстрее всего она копится во время сна, поэтому отправил Призрака на подстилку и сам лег спать. Уже сквозь дрему слышал, как вернулся из мастерской Иван. Из кухни доносились приглушенные голоса, но я не прислушивался и, натянув на голову одеяло, крепко заснул.

Снился мне тот самый крат-ящер. Только во сне он не остановился, а набросился на меня. Последнее, что запомнил, — как мощные челюсти смыкаются на моем лице. Кошмар, в общем. Но этот сон очень явственно показал, что могло со мной произойти из-за самонадеянности. Мне нужно научиться быть слабым и перестать проверять себя, иначе все может очень плохо закончиться.

На следующее утро я снова встал раньше всех и первым делом направил энергию на лечение больного колена, которое всю ночь ныло и мешало спать. К счастью, серьезной травмы не получил, поэтому уже через несколько минут стало легче.

Выгуляв Призрака, накормил его остатками вчерашней каши и принялся дрессировать. Это было трудно, учитывая, что щенку всего лишь чуть больше трех недель от роду, но он старался.

Можно было бы обратиться к духу, что жил внутри него, но это не тот случай. Призрак должен уметь выполнять не только мои команды, но и остальных членов семьи, поэтому нужно дрессировать на нашем языке, а не ментальном, на котором я связываюсь с его духом.

Мне не терпелось пойти в мастерскую и продолжить строгать жирафа, но без Ивана я не мог туда зайти, поэтому пришлось ждать его пробуждения.

Первой проснулась бабка и попросила меня почистить морковь, раз не сплю. Сама же занялась завтраком, который состоял из рисовой каши не лучшего качества и этой самой моркови.

Вскоре завтрак был готов, и все сели за стол.

— Вчера вечером по пути домой мне встретился Сокол, — проговорил Иван, аккуратно перемешивая натертую морковь в каше.

Я невольно напрягся и с раздражением выдохнул. Снова меня будет поучать, винить или даже стыдить.

— И что? — не дождавшись продолжения, спросил я.

— Говорит, крат, пока через стену с зубцами перелезал, всю шкуру поцарапал, но все равно перемахнул. Ничего этих мутантов не останавливает, когда хотят полакомиться человечиной. Может, в Высокий Перевал переберемся? — предложил он и обвел нас взглядом.

— Опять ты за свое! — вспылила Авдотья. — Никто там нас не ждет. Никто ничего нам не даст. Где мы жить будем? Где работать? Сорок лет мужику, а все мечтает о лучшей жизни. Смирись уже. Нет нам отсюда дороги. Не-ту.

Бабка резко встала из-за стола, с грохотом бросила посуду в таз и вышла из кухни. Я заметил, как Анна приободряюще сжала руку Ивана, а тот лишь горько вздохнул.

Похоже, такие разговоры уже случались ранее, раз старуха так отреагировала.