Клинок Журавля. Том 2. Проклятие Золотого города - Хоу Тай - Страница 9

В смятении Яо Линь вернулся в комнату и увидел, что Дагэ уже взял со стола бумагу о принадлежности к публичному дому, которую принес Юнь Шэнли, и теперь читал ее содержимое.

– Это то дело, в которое отброс семьи Юнь заставил тебя ввязаться? – спросил Дагэ, возвращая бумагу обратно на стол.

– Верно, это все он! Он много раз унижал господина! – Сяо Ши был безмерно рад, что наконец-то смог рассказать о злодеяниях этого Юнь Шэнли. Теперь-то с ним точно разберутся!

Яо Линь, пошатываясь, дошел до кровати и укрылся одеялом.

– Да, но я сам согласился. Не без угроз.

– Хочешь, я его изобью? – спросил Дагэ.

Его вопрос был таким непринужденным, словно бы он избивал людей каждый день. В голове Дагэ уже вырисовывались кровавые картины, стоило ему подумать о боли, которую он мог бы причинить Юнь Шэнли, чтобы отомстить за младшего.

– Не нужно, это принесет тебе проблемы. Тем более я уже с ним дрался, свое он точно получил… – Яо Линь хмыкнул, вспомнив, как впился в белоснежную кожу неудавшегося бойца арены, словно дикий зверек.

– Сяо Линь[11], ты меня удивляешь. Что же ты замыслил, если и дальше собираешься общаться с ним?

Что он замыслил? В том-то и дело, что ничего. Наверное, впервые Яо Линь скажет правду о том, что ничего он не собирался делать. Юнь Шэнли никогда не входил в его планы. Они встретились случайно, и ненависть Яо Линя к семье Юнь изначально не распространялась на вздорного главу Ведомства. Просто… просто хозяин постоялого двора не хотел с ним встречаться из-за воспоминаний о прошлом. Но так как глава Юнь сам не оставлял его в покое, то все же стоило его использовать, он мог быть полезным.

Решив поделиться с Дагэ своими мыслями, Яо Линь отослал Сяо Ши в обеденный зал, чтобы тот присматривал за посетителями, а сам понизил голос:

– Дагэ, ты слышал, что Орден Полуночников снова начал использовать «Кровавую бабочку»? Из-за них умер Бао Муян.

Дагэ был очень хорошо осведомлен о делах Ордена. Вся информация, которую знал Яо Линь, была передана ему от Дагэ. Но всех последователей Ордена трудно запомнить, особенно если они находились в самом низу иерархии. Поэтому Дагэ в замешательстве спросил:

– Бао Муян?

Яо Линь кивнул. Когда Юнь Шэнли пришел и рассказал ему новость о том, что Бао Муян – бывший Полуночник, Яо Линь едва сдержался, чтобы не выдать себя – ведь он давно об этом знал. Еще с момента самого убийства.

– Помнишь, очень давно в Ордене был громкий скандал, который даже вышел за пределы его стен? Один из мелких приспешников захотел уйти, начать новую жизнь, завести семью, уверяя, что будет вечно хранить все тайны. Тогда его отпустили, но… недавно они послали Чэнь Цзюня, и он доставил жене Бао Муяна яд. – Яо Линь грустно улыбнулся. – Иронично, Бао Муян ушел из Ордена ради любимой женщины, а она стала его убийцей. Он часто заходил ко мне на постоялый двор, но я делал вид, что не знаю его, ведь он давно отошел от дел. И я видел, как он умер. И тогда я даже не удивился, это было ожидаемо. Зная нрав главы Ордена… Неудивительно, что даже спустя столько времени Орден избавился от Бао Муяна, хоть тот и не представлял угрозы.

Дагэ помрачнел, будто бы его окутала мрачная аура:

– Это дело расследовало Ведомство наказаний? Неужели они заподозрили тебя в его убийстве?!

Яо Линь почувствовал, что еще немного – и Дагэ выйдет из себя и пойдет сносить головы с плеч. Ему пришлось вылезти из-под одеяла, чтобы охладить пыл брата. Яо Линь подошел к столу, где лежал его любимый веер, сделанный из редких бамбуковых прутьев, с легким шелестом раскрыл его и поднес к лицу Дагэ, начиная медленно махать, пытаясь отогнать «злую ци»:

– Дагэ, остынь! Разве я не могу достойно противостоять какой-то наглой собаке? Конечно, могу!

Дагэ оттолкнул его руку от себя:

– Не думай, что у меня сейчас хорошее настроение! Теперь вся столица говорит о том, как ты вместе с главой Ведомства обманул хозяйку «Дома Пионов». Что думаешь делать с этим?

Дело с борделем… Яо Линь ничего не мог поделать, только молча наблюдать за тем, как будут развиваться события.

– Не знаю, все рты не закрыть одним лишь моим словом. Пусть думают, что хотят.

– Ты привлек ненужное внимание.

– Этого было не избежать. Они начали действовать против меня.

Яо Линь задумался, понимая, что стал поступать так же глупо, как Юнь Шэнли, – хотелось разбавить напряженную обстановку какой-нибудь шуткой, но дело было слишком серьезным. Застучав пальцами по столу и поняв, что разговор все равно рано или поздно коснется Ведомства наказаний, Яо Линь произнес:

– Эта императорская ищейка буквально преследовала меня первые дни. Я не был причастен к убийству, так разве мог Юнь Шэнли меня обвинить? Он и не знал тогда, что Бао Муян был из Ордена Полуночников. Но, видимо, теперь он доверяет мне…

Рука Яо Линя дрогнула и остановилась. Юнь Шэнли и правда доверяет ему, иначе не пришел бы сегодня с угощениями, не присылал бы лекарства… Хотя, скорее всего, Юнь Шэнли точно не теряет бдительности и ждет, когда хозяин «Белого Журавля» оступится и выдаст себя. Яо Линь уже достаточно хорошо изучил главу Ведомства, чтобы понимать: если Юнь Шэнли не мог держать что-то под своим контролем, то начинал закипать – отсутствие власти в делах очень ему не нравилось.

– Сяо Линь, посмотри на меня.

Яо Линь поднял голову и встретился с темными, совсем не похожими на его собственные, глазами Дагэ.

– Ты же понимаешь, что не должен с ним общаться?

– Я знаю.

Дагэ сжал кулаки, пытаясь подавить гнев, и проговорил холодным тоном:

– Уже три года прошло, как ты поселился в столице и стал владельцем постоялого двора. Еще тогда я подумал, что был слишком снисходителен к тебе. Если Орден Полуночников поступил так с мелкой сошкой, которая не представляла никакой угрозы, то что он сделает с таким человеком, как ты? Не поступят ли они с тобой точно так же или даже хуже?

Яо Линь повернулся к брату, и его глаза сверкнули ничуть не скрываемой уверенностью:

– Могу сказать точно, что Бао Муяна убили лишь затем, чтобы припугнуть других. Напомнить, с кем все имеют дело. – Яо Линь улыбнулся, но в его улыбке не было ни капли радости. – Орден боится, что люди забудут о главной цели, перестанут дрожать от страха и слушаться, обернутся против него. А глава Ордена – лишь выживший из ума безумец. Боится он, страдают остальные.

Дагэ и сам понимал, что Орден обязательно придет за своим, и они должны продержаться как можно дольше.

– Похоже, они никогда не отпустят нас и будут использовать любые средства, чтобы сохранить свою власть… Если только сам Орден не падет.

Орден никогда не признавал своих ошибок. Однако, сколько бы ни предпринимали попыток уничтожить его, сколько бы ни искали его слабые места, Полуночники все равно оставались неуязвимы для атак. Эта организация не знала слабостей и с каждым годом лишь укрепляла свою власть, собирая под своим крылом все больше последователей и союзников. Госпожа Иньхань и Фу Чан были тому ярким подтверждением.

– Еще и госпожа Иньхань пропала из моего поля зрения. Я, как всегда, пришел переговорить с ней о наших делах, но… тут опять вмешалось Ведомство наказаний. Они ворвались на подпольную арену и спугнули бедную госпожу. Иньхань связана с Орденом, что может навлечь на нас беду, и все проблемы от одного Юнь Шэнли. Как с ним работать дальше?

Как только были произнесены эти слова, в голову Дагэ пришла странная догадка:

– Неужели ты хочешь присоединиться к Ведомству наказаний? Только не говори мне, что не знаешь, из какой он семьи?!

Яо Линь замолчал на несколько секунд, словно размышляя над своим ответом, и проговорил спокойным голосом:

– Я знаю, чей он сын, но это будет выгодно и для нашего плана, и для меня… У нас одни цели, почему бы не объединиться?

Он медленно подошел к окну, выглядывая наружу. Шумный город кипел жизнью. Люди внизу спешили по своим делам, кто-то ехал в паланкине, кто-то – в повозке. Его комната как раз выходила окнами на широкую дорогу, и он увидел спешащего куда-то Сяо Ши с миской молока. Его слуга часто кормил бездомных животных, но недавно у него появилась настоящая любимица. Тощая кошка непонятного окраса была доверчивой и глупой и все терлась о ноги сердобольного слуги, выпрашивая ласки. Тут любой бы не удержался и проявил сочувствие, а что уж говорить о Сяо Ши? Юноша поставил миску на дощатый пол крыльца и принялся наблюдать, как кошка торопливо лакает молоко, так, что капли разлетаются в разные стороны – словно боится, что еду отберут. Но тут его отвлекла группа подошедших к постоялому двору мужчин. Люди в одинаково грязных, скорее всего рабочих, халатах, перед которыми Сяо Ши склонился в приглашающем поклоне, зашли внутрь здания.