Жажда бессмертия. Том 4 (СИ) - "Морфиус" - Страница 49

— Ба-та-та-рам! — Земля ухнула, а над холмом взвился протуберанец из ударных волн и потоков огня. Уже не малинового и всепожирающего, а ярко-белого, но, кажется, не менее жаркого. И судя по обилию вторичных детонаций, там, в лагере, была и другая взрывчатка, наверняка оставшаяся после вояк.

Тело перекувырнулось и вскочило на ноги, поднимая меч. А сознание продолжило считать возможности и вероятности. Вероятности того, смогу ли я победить и выжить. Ведь как бы ни пылала внутри кровавая жажда, как бы ни был праведен мой гнев, но умирать я не собирался. И теперь все сводилось к тому, как долго я смогу поддерживать себя в подобном глубоком разгоне, пока враги выдохнутся первыми. Только если их закалки, особенно энергетические, не выше моих. Но велик ли шанс, что кто-то из них задрал себе энергетику на исключительный ранг? Я в этом сомневался.

Из огненного шторма, разверзавшегося прямо рядом со мной, но чуть выше, вылетел какой-то комок, явно живой и активно полыхающий. На время я снизил интенсивность разгона, так что мир все же чуть ускорился. Но это не помешало мне рассмотреть улепетывающего из ада бандита. Слабая шестерка. Но кровавая. Последнее я успел заметить и это определило судьбу беглеца.

Кувырок, и мужик с обгоревшими в ноль волосами и пузырящейся кожей, несмотря на полыхающий во всю мощь покров с концептом, кажется, ветра, вскакивает передо мной, жмурясь и ничего не видя. Передо мной, потому как я уже сместился в сторону, парой прыжков, возникая перед ним.

— Привет! — Кричу я ему в ухо, а потом лезвие меча входит в живот, почти что в пах, и медленно, для моего восприятия, идет вверх, выходя уже из солнечного сплетения и раскрывая доступ ко всем внутренностям. Жалкий покров начальных уровней постижения и откровенно дерьмового качества был ничем против лезвия звука.

— Абх! — Кровавый лишь нечленораздельно что-то вякнул, продолжая стоять, но теперь уже раскрыв глаза и увидев меня. А потом.

Хлопок силы! — И я хватаю его за шею, разом перемалывая в труху трахею, кости и даже, наверное, мозг. Судя по тому, что награда появилась почти сразу. Но ее я касаться не стал, лишь несколько раз отпрыгнув назад и оказываясь подальше от инферно, чтобы сподручнее встретить новых врагов. Врагов, которые будут убиты мной.

Разогнанным разумом я, конечно же, понимал, что и сам сейчас погрузился в это кровавое безумие. Десять осколков душ? Этого количества хватило бы, чтобы свести с ума обычного человека. А я? А я сейчас просто жажду убивать. Убивать жестоко, упиваясь своей мощью. И для этой вакханалии у меня сейчас были все моральные права, так что ни совесть ни кто-либо еще не могли прервать этот праздник темной стороны личности.

Чуть слева, где огня было куда меньше, показалось две новые фигуры. Да и краем глаза я заметил, как со стороны нижнего лагеря и портала, где сейчас все люди повернулись в нашу сторону, глазея на столб огня, как-то резво к нам побежали новые адепты. Но до них пока что было далеко. А вот двоица противников слева, пылая, как факелы, двигались ну очень резко, как не для просветленных. И через мгновение я понял почему. Зомбаки.

Хлопок звука! — Ладонь рванула вперед, разрезая воздух и создавая ударную волну, отбросившую сразу два тела. Тела, что горели, заплетались ногами при беге, но продолжали нестись вперед как заводные. И я уже ожидал, что немертвые восстанут вновь, дабы продолжить свою миссию, но тут один из них засиял внутренним светом, а потом меня обдало сразу двумя взрывами, оставляя на покрове куски мертвой плоти. Живые бомбы с детонацией звезд? Очень оригинально, и так же тупо.

Однако взгляд мой тут же прикипел вновь к пылающим протуберанцам фениксов. Ведь я ожидал жесткого ответа. Четверку сильных врагов, бросившихся на меня в желании порвать на куски. А их пока что не было. Да и сквозь кровавую пелену я все же беспокоился за Нелл, понимая, что и ей в этом аду будет тяжело, хоть я и попытался кинуть копье как можно дальше, чтобы она появилась уже по другую сторону взрыва.

И будто в ответ на мои мысли из огня вырвалась новая фигура, тут же сбрасывая с себя все языки пламени и давая рассмотреть полностью черное, хитинчатое тело.

Через мгновение, еще в полете, враг свел вместе руки, как и тогда, еще на холме, только теперь в одной из ладоней был длинный искривленный клинок, впрочем, лишь полуторной длины. А следом вокруг его ладоней засияли языки пламени, выплескиваясь потоком плазмы.

Рывок, и я бью правой ногой вперед и вбок, смещая корпус влево и вниз, почти что прижимаясь к земле. После чего струя огня, пущенная словно из огнемета, проносится рядом, лишь краешком цепляя покров и позволяя ощутить «вкус» силы. Огонь! Без всяких сомнений, это был именно адепт пламени. А вот уровень стихии? С удивлением я понял, что противник находится на схожем со мной этапе. Пик ощутившего, может, чуть сильнее моего звука. Но уж явно не познавший! А значит, и опасаться его атак сверх меры не стоит. И только поняв это, я дал волю своим эмоциям, позволя ци вскипеть внутри.

Энергия хлынула в левую руку, готовя применить технику. А африканец, завершив первый каст, вдруг начал падать вперед, словно припадая к земле. Но лишь для того, чтобы вдруг размазаться в воздухе, за доли секунды преодолевая разделяющие нас метры. Техника перемещения? Вал огня? Отлично! Кровавое безумие, бушующее внутри, лишь радовалось сильному врагу. Врагу, которого можно убить!

Хлопок силы! — Ци начала изливаться через шесть звезд в ладони, формируясь в сгусток ударной волны. А противник, оказавшись уже почти вплотную, вскинул руку почти в зеркальном жесте, позволяя разглядеть, как и на его ладони зреет сгусток сияния.

Вспышка! — И все же враг оказался быстрее, и меня почти что захлестнуло плазмой, когда пучок звука отправился в полет, позволяя даже увидеть, как две волны ци схлестываются вместе, на мгновение образуя хаос и, кажется, ломая саму реальность переплетениями двух столь разных стихий.

Следом меня захлестывает потоком огня, начавшим облизывать доспех звука, и стараться проникнуть через защиту. Огонь! Огонь был опасен против защит. Потому что огонь тоже взаимодействовал с воздухом, который покровы пропускали.

Раскаленный газ ударил в лицо, благо, я уже не дышал. Да и не обращал внимания на такие мелочи, как ожоги, сосредоточившись лишь на враге. Что значит боль, когда перед тобой враг, которого нужно убить?

Сквозь языки плазмы я смог рассмотреть, как пучок сжатого воздуха, светящегося от ци, переполненного вибрацией, врезается уже во врага, расплескиваясь по его защите и сдувая хитинчатую тварь на несколько десятков сантиметров. Обычного человека бы отбросило и переломало как куклу, но адепты под просветлением идеально управляли телом, нивелируя почти любые несовершенства координации движений.

Внутри моей энергосистемы вновь вспыхивает волна, готовясь вылиться в хлопок, но враг приседает, и я понимаю его намерения, тоже чуть пригибая колени, и мучительно размышляя, продолжить ли бить хлопком, или переключить потоки ци на лезвие.

Хлопок силы! - С левой руки вновь срывается ударная волна, а потом я со всей доступной скоростью убираю конечность, подставляя вместо нее меч. И делаю это вовремя, ведь если бы я промедлил на еще одно мгновение, то мог бы лишиться руки. Ведь проверять крепость своего покрова против непонятной оружейной техники, сияющей на его клинке, не хотелось.